Чтение онлайн

—Веранда, веранда. — Лениво размышляю я с улыбкой и тут же спрашиваю у самого себя: — Почему-то в каждом городе, меня рано или поздно заносит на балкончик или веранду. Интересно почему? Что меня сюда тянет? Может свежий воздух? Или возможность посмотреть на окрестности? А они тут любопытные, узкие улочки, все в камне, церкви. Что-то видно и отсюда. Или все таки дело в другом, в той компании, которая немедленно образуется рядом?—

И я оборачиваюсь к рядом стоящим Долорес, Даниэлле и Володе. У нас компания образовалась, прямо как по канону и вон, Даниэлла уже во всю переключилась

на Володю, строит ему глазки, и так повернется и сяк. Всячески себя показывает.

—Я кстати вроде разобрался с ее статусом. Даниэлла, фактически служанка - подружка - наперсница Долорес. Чуть постарше, заметно по опытней, наверно, присматривает, чтобы молодая и горячая Доли не попала в неудобную ситуацию. Но и сама не прочь пококетничать. Поняв, что я объект интереса хозяйки - подружки, она тут же переключилась на другого персонажа, Володю. А то и тает, от оказываемого внимания и причем, это ведь искренне, это Испания, тут все горячо и искренне. И от Доли ко мне летит, то же искреннее и не менее горячее внимание. Что интересно, никто и не препятствует, лишь присматривают, чтобы не обидели, а там, все по принципу:

************************************************************

Молодые, сами разберутся.

************************************************************

—Все-таки и тут идет та самая революция в отношениях. Да и Испания, никогда не была особо пуританской. Не тот у них темперамент. — Думаю я и ловлю вопросительный взгляд Доли, в котором изо всех сил стараюсь не утонуть.

Очень уж затягивают «эти глаза напротив».

Я улыбаюсь ей, а она набирается смелости и просит:

—Володя говорит, ты поешь? Спой, пожалуйста.—

Я киваю, думая:

—Почему бы и нет—

Потом почему-то вспоминаю о прошедшем завтраке, о всех этих бутербродах в местном стиле: с красным салом, с кремобразными белыми сырами, с кофе.

—Все вкусно, сытно и остро. Заводит, натурально заводит. — Думаю я и отгоняю эти мысли, одновременно спрашивая:

—Я тогда сбегаю за гитарой?—

И тут же слышу ответ, уже от Даниэллы, протягивающей мне прекрасную испанскую семиструнку:

—А эта не пойдет?—

Я киваю, одновременно отвечая:

—Конечно пойдет.—

И я беру гитару, еще пара минут уходит на проверку настройки, небольшое изменение тональности, на более мне привычную. Дальше, подгонка под голос, он у меня пониже, чем у Даниэллы, которая тоже поет и играет, мы это вчера вечером уже оценили.

И я начинаю концерт по заявкам. Сперва звучит несколько романсов от Сплина и еще кое-кого, Володя привычно переводит слова благодарным зрителям. И вот, час Х, звучит «Скажи» от того же Саши Васильева:

**********************************************************

Нева, великолепный вид

Иди по головам, иди через гранит

Переступи черту

Впервые за сто лет

Взгляни

на красоту

Взгляни на этот свет

Шагая в темноту

Скажи, что я её люблю

Без нее вся жизнь равна нулю

Без нее вся жизнь равна нулю

И дождь сквозь плащ и капюшон

И пробегает дрожь

И страшно и смешно

И тесно облакам

И кругом голова

По буквам, по слогам

Возьми мои слова

И брось к ее ногам

Скажи, что я её люблю

Без нее вся жизнь равна нулю

Из-за нее вся жизнь равна нулю

Постой, преодолевший страх

Пропавший под водой

Затерянный в песках

Нарисовавший круг

Опять в последний раз,

неуловим для рук

Невидимый для глаз,

Я превращаюсь в звук

Скажи, что я её люблю

Без нее вся жизнь равна нулю

Без нее вся жизнь равна нулю

Из-за нее вся жизнь равна нулю.

**************************************************************************************************

— Да, эта песня так бьет по нервам, даже в переводе, что я уже ничему не удивляюсь. — Думаю я, глядя на Даниэллу, уже повисшую на шее у Володи.

Потом оборачиваюсь и вижу отчаянную решимость поселившуюся в глаза Долорес. Шаг на встречу и она просто впивается в мои губы. И, крышу рвет конкретно, мне приходится огромные усилия приложить, чтобы просто не утащить ее в первую попавшуюся пещеру. И я просто чувствую, что она совершенно не против. Горячее дыхание уже обжигает шею, а губы раз за разом ищут друг друга.

Но я все-таки останавливаюсь и придерживаю ее, простой и почти невинной лаской успокаиваю, и вроде получается, она уже просто замерла в моих руках. Нежится, просто нежится. Еще мгновение и она выкручивается из моих объятий, черное пламя мелькнуло в коридоре, оставив за собой медленно тающие слова: