Чтение онлайн

– Мы сотрудничаем со многими международными компаниями, – пояснил Каргин. – «Боинг», «Кольтс индастриз», «Сумимото Арсенал»… Собственно, они принадлежат нам, в одних случаях на треть или на четверть, а в других – практически полностью.

Максим перевел. Впрочем, большинству журналистов английский был понятен.

Вспыхнули новые кадры: угловатый авианосец с истребителями на взлетной палубе, атомная субмарина, танковый батальон в африканской саванне, вертолеты над джунглями, исторгающие напалм, снова вертолеты – с командой десантников в зеленых беретах, боевые пловцы, буксирующие мину, звено бомбардировщиков, лица солдат, европейцев, африканцев, азиатов, под касками всех форм и размеров.

– Мы вооружаем армии пятидесяти семи стран, – прокомментировал

Каргин. – Разумеется, в первую очередь военные силы США и Европейского Содружества, куда, как мы надеемся, вступит и Россия. Для этих партнеров и союзников готовятся новые разработки, интеллектуальные боевые системы и высокоточное оружие. Вот, например…

Черная тень «Стеллса» промелькнула на экране, затем появился солдат-пехотинец в сверкающей броне, вспыхнула холодным голубым разрывом фризерная бомба, на фоне космической тьмы возник силуэт спутника с торчавшими тут и там ракетными боеголовками, сверкнул угловатый корпус «Шаттла», взмывшего с мыса Канаверал. Последним, как бы случайно, был показан экраноплан-истребитель «Шмель», подмонтированный Гальпериным к рекламному фильму. Его изображение появилось на пару секунд – машина стремительно промчалась над морской поверхностью, выскочила на берег и сшибла ракетой радарную установку на ближнем холме.

«Клюнут или нет? – подумал Каргин. – И кто клюнет? Кто в этом зале не газетчик, не штемп с телевидения, а человек из иных сфер?» Такой, вероятно, здесь имелся – ведь кто-то же приехал на «БМВ», дозволенном лишь высоким чиновникам!

Демонстрация закончилась, и тут же, отшвырнув сигару, резво поднялся Бак Флетчер.

– Не знаю, как к вам попала эта рекламная кассета… впрочем, в наши времена хакеры что угодно украдут и скопируют. Не знаю, вы где раздобыли черного с бруклинским акцентом… Не знаю, но постараюсь выяснить! А сейчас… Сейчас я сделаю важное заявление! – Он вскочил на стул и вскинул руки вверх. Зал ответил возбужденным гулом.

– Черным тебя обзывает, – сказал Перфильев Флинту. – Оскорбляет, гад! – Он начал подниматься, одновременно поворачиваясь в Каргину. – Что скажешь, Леха? Успокоить этого фраеристого педрилу?

– Ни в коем случае! – прошипел Каргин. – Если бы здесь не нашелся такой Бак Флетчер, пришлось бы его выдумывать или за деньги нанимать.

– Ты это о чем?

– О том, что он сейчас работает на нас. И совершенно бесплатно!

Флетчер яростно размахивал руками над головой.

– Слушайте, слушайте! Внимание! Сенсация! – Глотка у него была здоровая, да и акустика в зале не оставляла желать лучшего. – Я утверждаю, что эти люди – компания самозванцев и мошенников! – Белобрысый ткнул пальцем в сторону подиума. – В Штатах, да и во всем цивилизованном мире, известно, что Патрик Халлоран, владелец корпорации, трагически погиб в прошлом году, а вместе с ним был убит его наследник, президент «Халлоран Арминг Корпорейшн» Роберт Генри Паркер! Повторяю, это всем известно!

– Разумеется, – подтвердил Каргин. – Но это случилось в прошлом году, а теперь у нас год нынешний, и мистер Флетчер слегка отстал от жизни. Теперь президента зовут Алекс Керк, и он перед вами.

Рогов придвинул к себе микрофон.

– Информирую всех, дамы и господа, что документы, подтверждающие полномочия мистера Керка, равным образом как и наши, а также договор между ХАК и «Росвооружением», переданы в ВОПиОБ, то есть в министерство Военной Промышленности и Обороны Турана. Их подлинность бесспорна. Что же касается заявления мистера Флетчера, то оно представляется мне, если забыть про дипломатический язык, просто гнусной болтовней.

– Все ваши документы – подлог! – завопил белобрысый. – Уверен, их изготовили где-нибудь на границе между Украиной и Казахстаном! А потому – обмазать смолой и вывалять в перьях! [26]

Половина публики замерла в оцепении и страхе, другая половина повскакала с мест, готовясь бить и крушить. Рослая дама из «Туран бишр» размахивала увесистой, окованной латунью сумочкой, корреспондент

«Гарема» тянул из штанов ремень с тяжелой бляхой, что-то возбужденно лопотали французы, а турецкий журналист с глазами, налитыми кровью, шарил у пояса – видно, искал ятаган. Только телеоператоры с невозмутимым видом двигали камеры туда-сюда, примериваясь, как лучше запечатлеть назревающую драку.

Каргин склонился к микрофону.

– Суд Линча отменяется, господа! – Он повторил это на русском, английском, французском и, для убедительности, на испанском. – Вспомните, вас ожидает банкет на тридцать тысяч долларов, коньяк, шампанское, икра… Скандалисты и бузотеры этого не попробуют.

Напоминание о банкете слегка разрядило обстановку. Каргин, уже не ломая язык, продолжал на русском:

– Через несколько минут вы получите все доказательства моей реальности как президента «Халлоран Арминг Корпорейшн». Отчасти я согласен с мистером Флетчером – наших бумаг вы не проверяли и можете усомниться в их подлинности. Но я представлю другие документы… ровно две тысячи документов, которые вы можете унести с собой и тщательно исследовать.

– Какие именно? – осведомился Бак Флетчер, все еще не слезая со стула.

– Те, которые имеют хождение среди людей богатых и отличают их от всякой гопоты, – сказал Каргин, уставившись на белобрысого. – Сядьте, сэр, и успокойтесь! Это м о я пресс-конференция, и я вижу, что в зале есть журналисты, желающие задать вопрос. Прошу вас, мистер…

– Савельев, «Известия», Москва, – сообщил, поднимаясь, тучный пожилой мужчина в очках. – Хочу заметить, что не согласен с корреспондентом «Вашингтон Пост» и считаю, что мы наблюдаем не комедию, не клоунаду, а некое четко спланированное действо, цель и смысл которого пока ускользают от нашего понимания. Я бы выразился иначе – они непонятны большинству присутствующих, которых, как и Бака Флетчера, нельзя отнести к слишком проницательным умам. Я прав, мистер Керк?

Наконец-то! Каргин, нежно улыбаясь журналисту «Известий», вздохнул с облегчением и решил, что не все тут кретины.

Но вслух он сказал другое:

– Вы правы, сударь. Я далек от того, чтобы подозревать Бака Флетчера в излишней проницательности.

– Я имел ввиду не это, мистер Керк… Или совсем не Керк? Ваш русский за последние пять минут значительно улучшился… – Савельев погладил объемистый живот со свисавшим на него магнитофоном. – В фильме, показанном нам, в самых последних кадрах, промелькнула одна картинка, некий любопытный артефакт, вызвавший споры между Тураном и Россией. Не сомневаюсь, вы действительно сотрудник ХАК, и по справкам, наведенным мной в Москве, договор между вашей корпорацией и «Росвооружением» вовсе не относится к разряду газетных «уток». Вы явились сюда, чтобы поставить точку в споре, который я упомянул? А все остальное – дымовая завеса?

«Ловок! – восхищенно подумал Каргин. – Вопрос задал, а так, что никому ничего не понятно. На прямой ответ не надеется, но за реакцией следит в четыре глаза!»

Он притворился смущенным, махнул рукой Гальперину – мол, прячь скорее диск! – и, припомнив десяток слов на языке байя, сообщил Савельеву, что река Мбари [27] сильно обмелела, и охота на крокодилов будет, вероятно, удачной.

– Простите, не понял! – произнес корреспондент, снова раскрыл рот, но в это мгновение в зале появился Балабин, а за ним – Дима и Слава, тащившие накрытый скатертью детский резиновый бассейн.