Чтение онлайн

Регис дернул запястьем, распустив уцелевший шов плаща и позволил весу убийцы завершить остальное.

Когда Регис спустился с уступа, убийца все еще продолжал висеть, но его плащ начал расползаться.

Артемис Энтрери исчерпал свой запас уловок.

Матрона Бейенре сидела, облокотившись на мягкую спинку стула, выбивая сморщенными пальцами нетерпеливую дробь по каменным подлокотникам. Подобный же стул, единственный кроме первого в этой комнате, стоял прямо напротив ее и сейчас его занимал наемник.

Джарлаксль вернулся

из Митрилового Зала с новостями, которые для Матроны Бейенре не стали особым откровением.

«Значит, Дриззт До’Урден свободен», – пробормотала она себе под нос. Странно, но Джарлаксль никак не мог отделаться от ощущения, что эта новость ничуть не рассердила верховную мать. Что Бейенре задумала на этот раз? – подумал наемник.

«Во всем виновата Виерна», – без видимых угрызений совести произнес Джарлаксль. «Она недооценила коварство своего младшего брата». Он слегка усмехнулся. «И заплатила за эту ошибку своей жизнью».

«А я во всем виню тебя», – отрезал Матрона Бейенре. «Чем заплатишь ты?»

На сей раз, Джарлаксль не улыбался, но ответил на угрозу твердым, решительным взглядом. Он слишком хорошо знал Бейенре, чтобы понять, что она, подобно животному, чувствовала страх, и эти ощущения зачастую руководили ее дальнейшими действиями.

Матрона Бейенре встретила его взгляд, по-прежнему барабаня пальцами по подлокотникам.

«Дварфы дали нам отпор гораздо быстрее, чем мы на то рассчитывали», – продолжил наемник, прерывая затянувшееся молчание. «Их защитные ряды слишком сильны, как и их решимость и, очевидно, их преданность Дриззту До'Урдену. Мой план» – он акцентировал ударение на этих словах – «сработал как нельзя лучше. Мы захватили Дриззта без особых проблем. Но Виерна, вопреки моему мнению, позволила человеческому шпиону совершить часть его сделки до того, как мы удалились от Митрилового Зала. Она не понимала, насколько преданны Дриззту его друзья».

«Ты должен был пленить Дриззта До’Урдена», – почти про себя произнесла Матрона Бейенре. «Дриззта здесь нет. Значит, ты провалился».

Джарлаксль замолчал. Он знал, что спорить с Матроной Бейенре не было никакого смысла, поскольку ей не требовалось ни чье бы то ни было одобрение, ни чья бы то ни было помощь. Это был Мензоберранзан, и в городе дроу у Матроны Бейенре соперников не было.

И все же Джарлаксль совсем не боялся, что эта иссохшая верховная мать может наложить на него свои лапы. Она продолжала изрыгать проклятья, и к тому времени, когда она закончила, ее голос уже буквально срывался на крик. Однако, несмотря на все это у Джарлаксльа было смутное ощущение, что она наслаждается затеявшейся игрой – Дриззт До’Урден по-прежнему был на свободе, и, насколько мог судить наемник, Матроне Бейенре было наплевать на потерю дюжину воинов и Виерны До’Урден.

Затем Матрона Бейенре перешла к описанию всевозможных способов, с помощью которых она могла запытать Джарлаксльа до смерти. Одним из ее любимых был «похищение кожи», особый метод дроу сдирания кожи с жертвы, когда за раз, с помощью различных кислот и специально заточенных кинжалов, сдиралось по дюйму плоти.

Джарлаксльу приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы не рассмеяться ей в лицо.

Внезапно Матрона Бейенре остановилась, и наемник на какое-то мгновение испугался, что она поняла, что он не воспринимает ее всерьез. Джарлаксль знал, что это было бы непростительной ошибкой. Бейенре не волновали мертвые воины и Виерна – похоже

она даже была довольна тем, что Дриззт остался на свободе – но задеть ее гордость означало обрести мучительный и ужасный конец.

Молчание Бейенре, казалось, длилось бесконечно; она даже отвела взгляд в сторону. Когда она вновь обернулась к Джарлаксльу, тот облегченно вздохнул, поскольку она широко улыбалась какой-то мысли, очевидно, только что пришедшей ей в голову.

«Я недовольна», – явно солгала она, – «но на этот раз я прощаю твой провал. Ты снабдил меня ценной информацией».

Джарлаксль тотчас понял, кого она имела в виду.

«Оставь меня», – произнесла она, отсылая его прочь взмахом руки.

Джарлаксль предпочел бы остаться чуть подольше, чтобы получить хоть какой-нибудь намек на коварные планы верховной матери. Однако он понимал, что противоречить Бейенре, особенно когда она находилась в столь скверном настроении как сейчас, явно не стоило.

Он заставил себя подняться со стула, переместил вес тела на сломанную ногу и тут же вздрогнул, едва не упав на колени перед Бейенре. Покачав головой, Джарлаксль подобрал свою палочку для ходьбы.

«Триэль не завершила лечение», – извиняющимся тоном произнес наемник. «Она вылечила мою рану, как ты и приказала, но, похоже, вложила в заклинание не всю силу.»

«Думаю, ты этого заслужил», – холодно бросила ему Матрона Бейенре, и вновь отмахнулась от Джарлаксльа рукой, выпроваживая его. Вероятно, сама Бейенре приказала своей дочери залечить наемника не до конца, чтобы он испытывал боль, и теперь явно получала удовольствие, наблюдая за его страданиями.

Как только за наемником сомкнулись дверные створки, Матрона Бейенре разразилась искренним смехом. Да, именно она, Бейенре, дала добро на поимку Дриззта До’Урдена, но это совсем не означало, что она рассчитывала на успех этого предприятия. По правде сказать, потрепанная жизнью верховная мать именно на такой поворот событий и рассчитывала.

«Ты далеко не глуп, Джарлаксль. Вот почему я сохранила тебе жизнь», – произнесла она в пустоту комнаты. «Сейчас ты уже должно быть понял, что дело вовсе не в Дриззте До’Урдене. Он всего лишь небольшая помеха, болотный комарик, и совсем не заслуживает моего внимания».

«Но он представляет собой весьма удобный предлог», – продолжила Матрона Бейенре, вертя в руке большой дварфий зуб в виде кольца, что свисал на цепочке с ее шеи. Бейенре подняла руки, расстегнула защелку на цепочке и вытянула кольцо на своей ладони. Своды комнаты огласило тихое бормотание на древнем языке дварфов.

Во имя всех дварфов Королевств,Их тяжелых щитов и блестящих шлемов,Услышь стук звенящих молотовИ выйди на свет, старый Король!

На кончике дварфьего зуба вихрем закружилась голубоватая дымка. С каждым мгновением туман клубился все быстрее, постепенно увеличиваясь в размерах. Вскоре перед Матроной Бейенре уже танцевал небольшой ураган. По ее мысленному приказу вихрь, усиливаясь в своем свечении, отклонился от нее и словно застонал. Через мгновение он отделился от зуба и завертелся в центре комнаты, переливаясь ярким голубым сиянием.

Постепенно в клубах вихря начали проступать некие очертания: в его центре, сжимая протянутые вверх руки, стоял старый, седобородый дварф.