Чтение онлайн

На бумаге они с Лондоном были похожи. Оба хранители клинка, обоим за сорок, оба почти десять лет занимались проходом во врата. Когда-то, много лет назад, разница между их способностями была гораздо меньше.

С каждым годом сила Элиаса росла. Через десять лет после пробуждения он стал сильнее, быстрее и опытнее, чем в начале пути. Он научился насыщать свой клинок энергией, и теперь его оружие было способно разрубать даже прочную сталь и камень. Его щит теперь держался на целых пять секунд дольше, чем в тот момент, когда он прошёл через свои первые врата, и каждая секунда давалась ему с трудом, через изнурительные

тренировки и сражения не на жизнь, а на смерть.

Лондон развивался не так быстро. Возможно, дело было в ограниченности их врождённых способностей, но Элиас начал подозревать, что дело было в ограниченности воли. Лондон был доволен своим нынешним положением в гильдии. Он получал хорошее вознаграждение за относительно безопасную работу, у него не было непосредственного начальника, который дышал бы ему в затылок, и он редко ночевал в разломе. Элиас понимал, почему ему это нравилось. Но он также знал, что сам никогда не удовлетворился бы этим.

Он думал об этом, перечитывая досье Лондона. Александр Райт происходил из семьи, принадлежавшей к высшему среднему классу, учился в школе-интернате, затем в Кембридже и в итоге устроился на работу в сфере финансов. Состоятельный, обеспеченный, респектабельный, как и ожидалось. К несчастью для Райта, обвал рынка после того, как рухнули первые врата, привёл к банкротству фирмы, в которой он работал, и уничтожил его личное состояние. Он был вынужден сменить сферу деятельности. Эта борьба была недолгой, так как он вовремя осознал свой талант. Шесть месяцев спустя он уже был в США и прославился как Лондон, переходя из небольших гильдий в более крупные, пока шесть лет назад его не заметил рекрутер «Холодного Хаоса».

Похоже, у Лондона была такая тенденция. Он жил как в сказке. Не то чтобы он не сталкивался с трудностями, просто, когда случался кризис, всегда появлялась новая возможность. От него ждали, что он будет преуспевать, и всегда будет твёрдо стоять на ногах, и он не сомневался, что так и будет.

Элиас пребывал в состоянии стресса с того самого момента, как открылись врата. Это никогда не прекращалось. Выхода не предвиделось, а если бы и был, он не был уверен, что воспользовался бы им.

Его дед был плотником, которого призвали на службу во время Второй мировой войны, и он с честью служил. Его отец поступил на службу в военно-морской флот, чтобы избежать службы во Вьетнаме, потому что знал, что рано или поздно его призовут. В итоге он сделал карьеру, вышел в отставку через двадцать лет и устроился на работу гражданским подрядчиком в Министерстве обороны. Сам Элиас учился в Виргинском военном институте, и его главным бунтарским поступком было то, что он выбрал службу в армии, а не в военно-морском флоте, отчасти назло отцу. Он был первым выпускником колледжа и первым офицером в четырёх поколениях МакФеронов. Для него стремление к карьерному росту было само собой разумеющимся. Ты всегда хочешь стать лучше, сделать больше, получить следующее звание, преуспеть и изменить мир к лучшему.

Куда бы ни занесла их жизнь, Лондон всегда будет смотреть на него свысока. Снисходительность, присущая классовому неравенству, была настолько привычной, что сам Лондон, скорее всего, даже не замечал её. Обычно Элиасу было плевать, что о нём думает Лондон или кто-то ещё, но сейчас ему нужно было напомнить капитану сопровождения об их ролях. Это была не деловая встреча.

Лондон не оказывал ему услугу. Его вызвали на ковёр и заставят отчитываться за свои действия. Этому человеку было слишком комфортно, а когда людям комфортно, они лгут без зазрения совести. Ему нужно было нанести мощный и точный удар и вывести Лондона из равновесия, иначе он никогда не докопается до сути дела.

Элиас пристально посмотрел на Лондона.

— Это что, ещё один Лансинг? Если да, то тебе нужно сказать мне об этом сейчас.

Лондон побледнел.

Да-да. Вспомни, как ты оказался на своём нынешнем месте. Вспомни, почему ты больше не командир отряда.

Лондон откинулся на спинку стула с возмущённым выражением лица.

— Сколько ещё? Сколько раз мне нужно себя проявить? Вы когда-нибудь отпустите это? Что мне нужно сделать?

Слишком просто.

— Для начала неплохо было бы не потерять всю команду сопровождения и большую часть шахтёров.

Слова повисли в воздухе.

Дверь распахнулась. Лео вошёл в комнату и сел слева от Элиаса. Они договорились об этом перед допросом.

— Это несправедливо, — сказал Лондон. — Никто не мог этого предотвратить. Вы не могли этого предотвратить.

— Я бы попытался.

— И умерли бы.

Элиас указал на план места добычи, напечатанный на большом плакате. Пребывание в библиотеке имело свои преимущества.

— Расскажи мне об этом.

Лондон взглянул на Лео.

— Я уже рассказывал заместителю главы гильдии.

— А теперь ты общаешься со мной. — Элиас сделал паузу, чтобы его слова дошли до адресата.

Капитан сопровождения отклонился влево, облокотившись на спинку стула, и скрестил руки на груди. Если бы они стояли в разломе, а не сидели в кабинете, щит Лондона был бы поднят.

Элиас наклонился вперёд, чтобы лучше видеть Лондона, давая понять, что стол между ними не является серьёзным препятствием. Он говорил неторопливо.

— Знаешь, что самое простое в том, чтобы говорить правду? Она всегда одна и та же. Тебе не нужно думать, не нужно следить за ней. Она никогда не меняется. Начни с того момента, как вы вошли во врата. Вы припозднились на четыре минуты. Почему?

Лондон вздохнул.

— Мисс Мур срочно позвонили по поводу её дочери. Я решил, что в интересах гильдии будет позволить ей уладить эту ситуацию до того, как мы войдём. Так она сможет полностью сосредоточиться на оценке.

— Что произошло дальше? — настаивал Элиас.

— Мы вошли в разлом и направились к месту добычи полезных ископаемых. — Лондон указал на карту. — Мы шли около двенадцати минут. Переход прошёл без происшествий. Через семь минут мы наткнулись на группу мёртвых противников, в которых мы опознали разновидность сталкеров Кэллоуэя…

История во многом совпадала с записями допроса, которые читал Элиас: они добрались до места, начали добычу, а затем из туннелей выскочили пятеро противников и перебили всех. По словам Лондона, он спас тех, кого смог, обрушив вход. Однако в тот раз он упомянул только адамантит, но не золото.

— В своём первоначальном интервью ты умолчал об обнаружении золота. Почему?

— Это не имело значения. Я был сосредоточен на том, чтобы донести суть угрозы.

— Пятнадцать человек погибли или считаются погибшими, — сказал Элиас. — Всё имеет значение.