Нас больше нет
Шрифт:
— Нож грейте! — скомандовал он, продолжая торопливо готовить лекарство.
— Кто…! — крикнул Амур, склоняясь над ним, осматривая рану.
— Мы на сирхов наткнулись поначалу, — дрожащим голосом произнёс Мерьян. — Прости, Амур, забылись, везде пустота, людей никого, а тут они как из земли выросли, пять человек. Пешие все были, мы их к праотцам быстро отправили. Решили дальше пройти. За одним холмом, в низине, снова их заметили, но уже много. Они лагерь готовили, а чуть подальше другой лагерь стоял… — Мерьян запнулся, протёр лицо ладонями.
—
— Там наши стояли…. Я видел шатёр твой и ещё три рядом, — устало выдохнул боец. — Когда опомнились, решив уходить, поздно было. Драконы брата твоего из дозора видимо шли, мы на них и выскочили, хоть и далеко было, но незамеченными уйти не смогли. Я думаю, сирхи Тариману присягнули…
Бохай вдруг сильно захрипел, и медленно выдохнул. Его веки слегка прикрылись, взгляд замер. Лекарь обречённо взглянул на него, держа в руках глиняную чашку, в которой растирал снадобье.
Император опустился на колени, перед мёртвым бойцом и осторожно дотронувшись, закрыл его глаза полностью.
— Не брат он мне! — закричал во всё горло Амур, сильно выдыхая ноздрями, глядя в одну точку перед собой, — Не брат!
Воины склонили головы, виновато уставившись в землю.
До плеча дотронулась чья-то рука. Император вскочил на ноги, резко отшвырнув от себя Камири. Та отшатнулась в сторону, испуганно глядя на него.
— Не брат… — вновь повторил он, но уже тихо и зашагал прочь.
Амур дошёл до ручья, что протекал неподалёку и, зачерпнув в пригоршню воды, жадно умыл лицо. Он опустился на землю, отрешённо глядя на воду, что быстро проносилась мимо. Сзади тихо подошёл Зор и присел рядом.
— Прости, сын, за то, что заставляю дышать тебя всем этим, — прошептал император.
— Не страшно, отец, я стараюсь забыть, как ты велел когда-то, помнишь? — ответил ребёнок.
— Удастся ли… — обхватил он его за плечо и прижал к себе. — Как бы хотел обернуть жизнь вспять, и может изменить что-то, но знаю, что невозможно подобное…
— Всё возможно, отец, лишь постараться нужно, — прошептал мальчуган. — Я очень попытаюсь обязательно, чтобы ты не печалился.
Взгляд Зора был очень расстроен, он непременно искренне хотел осуществить это желание отца, но пока сам не знал как.
— Пойдём, сын, — поднялся император. — Земля нас ждёт, а мы предаём её, рассиживаясь здесь.
Небольшой отряд двигался вглубь Гарии, стараясь уйти подальше от тех мест, где была замечена армия империи. По пути, наконец попалось первое селение, вернее то, что от него осталось. Когда-то красивые жилища на высоких холмах, окружённых рощами, были превращены в пепел. Чем дальше они шли, тем больше становились селения, но все они были сожжены, земля вытоптана, в воздухе витал запах смрада и смерти. Амур понимал, что Тариман стремительно продвигался вперёд, в надежде, наконец достичь больших городов, о богатстве и красоте которых ходили легенды.
Одним дождливым
Амур был рад встретить первого живого гарийца на этих бескрайних просторах. Его усадили к костру, предложив испить горячего отвара из ароматных трав, что по пути собирал лекарь-даканец.
— Как звать тебя, человек? — спросил император.
— Зови — Яр, — устало ответил он.
— Куда путь держишь, Яр, и откуда?
— К тебе иду, Амур.
— Говори! — попросил император, потягивая благоухающий отвар и протягивая глиняную чашку дальше по кругу.
— Мы воинами стать желаем, но не умеем ими быть пока, ты научи нас, Амур.
— Неужели решили землю защищать свою? А я слыхал, что каждый из вас является воином великим?! — вопросительно посмотрел император на него.
— Ты может понял по своему услышанное. Жизнь отобрать несложно, сложнее её вернуть. Мы до последнего ждали, в надежде, что не прольётся кровь, но она пролилась и продолжает усиливать свой поток. Нас тысяча бойцов, принёсших разум свой в жертву, чтобы остановить эти потоки. Мы не вернёмся больше назад, даже если живы останемся. Не сможем жить начать заново, дух наш разрушен будет. Все гарийцы пытались встать на защиту, но мы решили, что кто-то должен остаться и жизнь продолжить. Считай, Амур, что, нас больше нет… Тебе, если сложно понять, о чём толкую я, спрашивай, я постараюсь объяснить.
— Нет, Яр, я знаю, о чём говоришь, и сожалею об этом. Если бы раньше понимал это, думаешь, взял бы меч в руки хоть раз в жизни? Нет! Но теперь поздно и могу лишь попытаться подобное остановить подобным. Мне искренне жаль, что ты расстаёшься с жизнью по собственной воле. Я верю, что знаешь об этом больше моего. Где воины твои, Яр?
— Они неподалёку.
— Что умеете вы делать?
— Скажи, что нужно и мы сделаем.
— Воевать нужно уметь!
— Это несложно, Амур, скажи только, как правильно?
— Ты, Яр, может быть уверен, что взяв в руки меч, сможешь противостоять моему бойцу?
— Для чего? — не понял тот.
— Тогда возьми! — император отстегнул ножны от пояса и бросил гарийцу. — Сибур, крикни бойца любого.
Генерал подозвал воина, стоявшего неподалёку.
— Деритесь! — коротко приказал император.
— Это незачем… — сказал Яр.
— Но как ты собрался воевать, если тебе это незачем?
— Я же говорю, что несложно это, ты лишь скажи что делать, куда идти, и мы сделаем.