Наполеончик. Часть 3

Annotation

Есть маленькие ростом люди, но с большим сердцем. А есть те, кто, подвержен "комплексу коротышки". И все бы ничего, если бы "наполеончики" не портили жизнь другим людям. "Комплекс Наполеона" или "синдром коротышки" проявляется у мужчин невысокого роста, когда из-за своей внешности они ощущают себя ущербными людьми. Этот комплекс неполноценности низкорослые люди приобретают с детства и таят обиду на весь мир.

Соловьева Марина

Соловьева Марина

Наполеончик часть 3

Наполеончик

Часть 3

Автор Соловьёва Марина

Есть маленькие ростом люди, но с большим сердцем. А есть те, кто, подвержен "комплексу коротышки". И все бы ничего, если бы "наполеончики" не портили жизнь другим людям.

"Комплекс Наполеона" или "синдром коротышки" проявляется у мужчин невысокого роста, когда из-за своей внешности они ощущают себя ущербными людьми. Этот комплекс неполноценности низкорослые люди приобретают с детства и таят обиду на весь мир.

Человек с младенчества несёт в себе зародыши добродетелей и пороков, которые со временем под воздействием внешних обстоятельств дают всходы.

Отец, который родил Наполеончика и бросил, не знал своего сына и не раскаивался в том. В ту пору ничего не было омерзительнее роли брошенного ребёнка, а незаконнорожденный ребёнок вообще оказывался изгоем.

Какое духовное наследие мог получить мальчик от отца-бегунца, у которого отсутствовали стремления к честной жизни, ответственность перед семьёй?

Отец наполнил всю будущую жизнь Наполеончика. Это случилось само собой, шло по мере его роста - пример отца заполнял все его мечты и планы на жизнь.

Будучи маленьким, Наполеончик плакал под одеялом, оттого, что у него нет отца. Сын мечтал о нём. Благодаря рассказам матери об отце, он боготворил его, представлял отца героем, в каком-то сиянии, в ореоле святости, потому что убеждения ещё не успел сформировать: не чувствовал разницу между подлецом и честным человеком.

Когда Наполеончик подрос, в его жизни вдруг появился отец, который никого не любил, кроме себя, жил праздно, постоянно брюзжал, был высокомерен, говорил как-то двусмысленно, насмешливо.

Характер у отца был нервный, капризный, непредсказуемый. Чтобы быть рядом с таким человеком, надо иметь большое терпение и забыть о себе, подчиняя свою жизнь его капризам: хочу - не хочу, буду - не буду, и вообще могу исчезнуть на неопределённое время, не предупредив.

Всё это не располагало к откровенности.

Первое пережитое оскорбление Наполеончик получил от отца. Если сын попадал ему под руку, то получал такую затрещину, что искры сыпались из глаз. Но мальчик не ревел, не выказывал слабости, тем более что отец, поостыв, старался загладить свою вину,

ласково трепя сына за вихры. И Наполеончик, как щенок, не уклонялся от запоздавшей отцовской доброты.

Отношение отца принуждало Наполеончика добиваться его любви, постоянно носить чужую личину. Для того чтобы добиться признания отца Наполеончику приходилось льстить, заискивать, раболепствовать, прислуживаться, обманывать, предавать, разрушать.

Несмотря на все старания мальчика, отец не баловал его лаской, придирался, срывал на нём накопившееся зло, отвешивал подзатыльники.

– Неужто я такой плохой?
– с обидой думал Наполеончик.
– Или не на ком больше сорвать зло?

Он бы озлобился на отца, но мать снимала горечь обиды. Наполеончик же, боясь нагрубить отцу, срывался на матери.

Для него притворяться, значило терпеть насилие. И тот, кому Наполеончик лгал был ненавистен ему.

Наполеончик уже не знал, ненавидел он или любил отца.

Появление отца в жизни Наполеончика было фатальным толчком, с которого началась его падение, его деградация. Наполеончик не увидел ту кривую своего падения, которую описала его судьба за сравнительно короткий промежуток времени.

Не будь отца совсем, его ум, мысли, судьба были бы иными, не смотря на характер, который не избегнуть, ибо он определён судьбой.

Отец - это лишь мечта детства. Наполеончик сам его выдумал хорошим и чистым человеком. Но отец был другим: весь свой ум он направлял на удовлетворение поглощавших его страстей.

Наполеончик видел, что мать и сестра работали, чтобы содержать семью.

– Все при деле: жена готовит, мужчины едят, а дочь посуду моет, - любил пошутить отец.

И сын, подражая отцу, вторил:

– Мать стирает, сестра гладит, а мужчины носят, - никто не бездельничает.

Для отца семейные узы не были священными: время от времени он исчезал из семьи.

Отец был шалопай, у которого ветер гулял в голове. Любил бродяжничать и когда он возвращался из очередного скитания, был странным, трудно было угадать, какая затея взбредёт ему в голову не сегодня-завтра.

Часто случалось, что он ничего не объясняя, покидал семью на неведомый срок, не заботясь о жене и детях. Шли недели, месяцы, пролетал год, а о нём не было ни слуху, ни духу. Может, пропал мужик?

Объявлялся он неожиданно, как исчезал, молча смывал дорожную пыль у рукомойника, садился за стол, как ни в чём не бывало. Все смотрели на него с испугом, поражённые внезапной немотой.

– Где ты был?- спрашивала мать.

– Где был, там меня уже нет! Вернулся же, не подох.

Мать, разозлившись, начинала ругаться:

– Совесть у тебя есть? Или она тебе ни к чему, бродяга несчастный! Вернулся пустоболт, ничего не привёз! А может тебе не с руки жить с семьёй? Тогда вали мимо дома! Всё равно, откормишься и снова пятки смажешь. Ты не думаешь ни о ком! Явился объедать детей!

– Да будет тебе! Я ведь не кусаюсь, чего же ты меня грызёшь?

– Какая от тебя польза?