Чтение онлайн

Нота была доставлена в Париж, и вскоре Наполеон пригласил Куракина на частную аудиенцию во дворец Сен-Клу. Император был разъярен. «Каким же способом хотите вы сговориться со мной? — начал он. — Герцог Бассано уже сказал мне, что, прежде всего, вы хотите заставить меня очистить Пруссию. Это невозможно. Это требование — оскорбление. Это значит приставить мне нож к горлу. Моя честь не позволяет мне согласиться на это. Вы — благородный человек; как решились вы сделать мне подобное предложение? О чем думали в Петербурге?.. Я не так обошелся с императором Александром, когда он приехал ко мне в Тильзит, после моей

победы при Фридланде… Вы поступаете, как Пруссия до битвы при Йене. Она тоже требовала эвакуации Северной Германии. В настоящее время

я тем более не могу согласиться на эвакуацию Пруссии. Вопрос идет о моей чести» {145} .

Наполеон не знал, что ответить царю. Он хотел развернуть свои корпуса и беспрепятственно перейти границы России, однако необходимость реагировать на ультиматум и сведения его агентов ставили его в сложное положение. На основании некоторых данных император думал, что русские войска перешли через Неман. Наполеон предложил Куракину подписать в Париже временное перемирие на случай, если боевые действия уже начались. Посол с радостью принял предложение.

Сведения о начале конфликта были ложными. С Востока доносили, что русские войска не перешли границ и стоят в полной боевой готовности. Наполеон хотел выиграть время, необходимое для развертывания сил Великой армии, и искал возможности немного оттянуть начало войны. Отрицательный ответ на требования русской ноты мог навредить его планам. Наполеон нашел неожиданный ход: он решил сделать вид, что не получал ультиматума, и перенести переговоры в другое место. Он направил своего флигель-адъютанта графа Нарбонна в стан русских. Наполеон знал, что царь скоро прибудет в Вильно, и именно туда был послан Нарбонн.

Адъютант императора Наполеона должен был представить царю французские мирные предложения. Нарбонн якобы ничего не знал о ноте российского правительства и тем самым был избавлен от необходимости давать ответы на неприятные вопросы. Посланник Наполеона должен был вести пространные разговоры о мире, успокаивая Александра, и в то же время внимательно следить за движениями русских войск. Чтобы придать вес и значение миссии Нарбонна, герцог Бассано направил ему пакет с официальной нотой для передачи канцлеру Румянцеву. Документ сообщал о намерении Наполеона пригласить Англию за стол переговоров. Император информировал союзника о своем плане в соответствии с буквой Тильзитского договора. В ноте были перечислены обиды Франции и подчеркнуто, что Россия может окончить спор мирным соглашением: это зависит исключительно от нее. Вместе с нотой было направлено письмо Наполеона русскому царю, в котором император французов сердечно уверял Александра в своем упорном желании мира.

Один видный участник событий действительно хотел мира. Это был русский посол во Франции князь Александр Борисович Куракин. Наполеон все еще был в Париже, и Куракин настойчиво требовал ответа на ноту своего правительства. Он добросовестно искал путей к соглашению. Наполеон и герцог Бассано тянули время, выискивали предлоги и водили Куракина за нос. Он стал предметом издевательства и насмешек, его курьеры задерживались, и посол России не мог своевременно информировать свое правительство об истинном положении вещей. Наконец, Куракин понял свое унижение, которое справедливо считал унижением своего государя и своей отчизны, и решился на смелый и отчаянный шаг. 8 мая он направил ноту французскому правительству, в которой заявил о своем отъезде из Парижа в случае новых отсрочек. Посол потребовал немедленной выдачи своих паспортов.

Этот шаг обычно предшествует объявлению войны и равносилен ее объявлению. Поступок Куракина противоречил планам и желаниям обоих императоров: Александр не думал объявлять войну, а Наполеон собирался напасть и создавал видимость переговоров. 9 и 10 мая Куракин встречался с Маре. Он настаивал на выдаче паспортов и до конца убеждал герцога Бассано сделать все возможное для сохранения мира.

«Так как еще есть время, — говорил он, — не будем терять ни одной минуты; приступим искренно к переговорам по существу дела; составим проект договора,

и я подпишу его, сохраняя за моим повелителем право утверждения, которое, наверное, будет дано. Действуя таким образом, мы окажем добрую услугу нашим государям и нашим странам. — Нет, — ответил герцог, — наши роли не будут одинаковы. У меня имеются полномочия, у вас их нет. Более года мы просили, чтобы вам их дали. Как же хотите вы, чтобы я вел переговоры с вами, прежде чем вы получите полномочия? Я не могу согласиться на такой способ действия» {146} .

Утром 11 мая Куракин получил записку от Маре, из которой узнал об отъезде министра из Парижа. Он не получил паспортов и был вынужден оставаться в столице Франции. Посол снял дачу близ Сен-Клу и из ее окон наблюдал дворец, надолго покинутый воинственным императором.

Наполеон управлял событиями и придал им желаемый курс и нужную скорость с помощью лжи, коварства и бессовестных проволочек. Он дурачил русского посла и не хотел уезжать из Парижа, прежде чем Александр покинет свою столицу. Узнав об отъезде царя в Вильно, Наполеон собрался в дорогу. 5 мая он вместе с Марией-Луизой был в опере и мысленно простился с парижанами. Утром 9 мая император и императрица покинули Сен-Клу. За ними следовали тысячи экипажей.

Император направлялся в город Дрезден на свидание европейских монархов. Он ехал по немецким дорогам, специально отремонтированным и приведенным в порядок местными жителями. Ночью при приближении их величеств зажигались костры, освещавшие путь императорскому поезду. Наполеон и Мария-Луиза въехали в столицу Саксонии при свете факелов, звоне колоколов и под звуки пушечных залпов.

Саксонская королевская чета предоставила Наполеону свой дворец. Император и императрица привезли многочисленные свиты. Приехали государи Рейнского союза, однако Наполеон не пригласил в Дрезден короля Мюрата. Император счел нежелательным общение своего родственника с монархами древних родов и не дал ему шанса завязать дружбу с кем-либо из них. Наполеон считал себя единственным источником и творцом политики и хотел, чтобы его вассалы оставались в рамках полнейшей зависимости.

Прибыли император Франц и его супруга — мачеха Марии-Луизы. Австрийский государь был счастлив видеть дочь и очень растрогался, а его жена вовсе не обрадовалась цветущему виду своей падчерицы. Она ненавидела Наполеона и хотела получить повод для сочувствия Марии-Луизе, выданной замуж за виновника многих несчастий Австрийской монархии.

Город был великолепно украшен, были устроены зрелища и иллюминации. Жители Дрездена заполняли улицы, набережные и террасы. Они наблюдали государей и самых высокопоставленных лиц многих европейских стран, однако Наполеон не показывался на публике. Он проводил время в узком кругу близких ему людей, общался с хозяевами и занимался делами армии и дипломатии. Император приказал своему послу в Санкт-Петербурге графу Лористону отправиться в главную квартиру царя, попросив разрешения на это у русских властей. Лористон должен был создавать видимость переговоров и продолжать выигрывать время.

На обедах с государями Наполеон очень вежливо исполнял обязанности хозяина, был сердечен и словоохотлив. Он упивался своим родством со старыми династиями Европы. В недалеком прошлом он свергал Бурбонов с их престолов, приказал казнить одного из королевских отпрысков, однако теперь гордился вхождением в их круг: муж Марии-Луизы стал внучатым племянником Людовика XVI.

После обеда наступало время большого раута. Наполеон делал свои обходы, одаривая гостей вниманием. Он бывал то обворожительным и льстивым, то резким, с военными мог обойтись по-дружески грубо и фамильярно, говорил комплименты будущим друзьям Франции и находил проникающие в душу слова. Закончив обход, Наполеон обращался к своему тестю и увлекал его за собой. Императоры общались один на один. Говорил в основном Наполеон, и Франц был счастлив общением с великим человеком. Он чувствовал все большую привязанность к императору французов.