Напарник чародея
Шрифт:
— Ну, это только крестьянин действовал непреднамеренно, моя дорогая, но не футуриане, стоявшие за ним.
— Однако вряд ли это можно назвать отдыхом, — заключил Джефри и улыбнулся. — Хотя мы и получали удовольствие.
Глаза Корделии загорелись, и она начала приплясывать, вспоминая.
— Хватит, — приказал Род. — Больше никогда не буду доверять музыке.
— В таком случае, — послышался у него в ухе голос Фесса, — ты тем более должен быть готов нести одежду в мешке.
Род
— Есть какие-нибудь особые причины для подслушивания? Тебе полагается, как доброй старой лошади, жевать свой овес в стойле. Или, во всяком случае, как настоящей лошади.
— Ни одного неэспера в конюшне нет, Род. Но я думаю, что ты просто упрямишься, когда разговор заходит о том, чтобы взвалить на плечи мешок.
Род поморщился.
— Тебе хорошо, ты — стальной. А нам, созданиям из бренной плоти, каково? Когда мы устанем, ты понесешь все наши мешки!
— Итак, мы все согласны тягать мешки? — спросила Корделия.
Род застыл, не зная, что на это ответить.
— Ну, все готово, — Гвен затянула узел, взвесила мешок в руке и бросила Роду. — Пошли, супруг.
Род натянул поводья перед тем, как въехать в лес, и повернулся назад, прощаясь со своим домом. Когда-то это был коттедж, но теперь его так не назовешь: слишком много помещений пришлось пристроить. Точнее, их пристроили эльфы-шабашники.
— Все в порядке, супруг, — мягко проговорила Гвен.
— Поехали, папа! — потянула отца за руку Корделия.
— Не стоит волноваться, Род, даже если в твое отсутствие произойдет чрезвычайное происшествие в масштабах всего государства, — послышался в ухе Рода тихий вкрадчивый голос Фесса. — Королевский ковен отыщет тебя в секунды, если ты понадобишься.
— Знаю, знаю. Но я не проверил, погашен ли огонь в камине...
— Я проверил, — быстро отозвался Магнус, — пожарников вызывать не придется.
— ...и закрыты ли двери...
Корделия на мгновение зажмурилась, потом открыла глаза и улыбнулась.
— Теперь наверняка закрыты, папа.
— И закрыты ли шкафы...
Грегори несколько мгновений смотрел в пространство, потом сказал:
— Один ты пропустил, папа. Теперь он закрыт на два оборота ключа.
— А если еще что-то упущено, за этим присмотрят эльфы, — твердо подытожила Гвен, беря супруга за руку.
— Никто не попытается нарушить покой нашего жилища: все в округе знают, что за ним присматривает легион эльфов, — заверил Рода Грегори.
Гвен кивнула и ласково позвала:
— Пошли, супруг. Наш дом в полной безопасности, пока мы отсутствуем.
— Знаю, знаю. Я слишком беспокойный человек.
Но Род еще несколько мгновений смотрел на дом, едва заметно улыбаясь. Гвен встретилась с ним нежным взглядом, потом повернулась
Род с грустной улыбкой повернулся к жене:
— Неплохо мы справились, верно?
Глаза Гвен блеснули, и она кивнула в знак согласия:
— Дом подождет нашего возвращения. Идем, супруг, пусть он отдохнет.
— Ты молчалив, милорд, — заметила Гвен.
— Разве это так необычно? — удивился Род.
— Нет, — осторожно ответила Гвен, — но обычно ты более разговорчив...
— Ты хочешь сказать, что я обычно молчу, когда сердит?
— Нет, я не имела в виду что-нибудь...
— Мне просто казалось, что я умею слушать.
— Да, конечно! — Гвен схватила его за руку, в которой он держал повод. — Когда мне нужно, ты охотно слушаешь. Но я чувствую себя одинокой, когда ты погружаешься в мысли, которых я не понимаю.
— Глупышка! Помолчи со мной немного! — и он крепче обнял любимую.
Она замолчала, прижалась к нему, провожая затуманенным взором детей, которые стайкой мотыльков порхали над полем вдоль дороги; изредка до супругов доносился их смех, похожий на звон колокольчиков. Потом Гвен посмотрела на возвышающийся впереди лес и сказала:
— Я молчу, милорд, но знаю, что в эту минуту ты думаешь не обо мне.
Через несколько секунд она услышала его негромкий смех.
— Неужели ты так эгоистична, что не позволяешь мне подумать о чем-то другом?
Услышав этот смех, Гвен слегка успокоилась.
— Я радуюсь твоим мыслям, но есть радостные мысли и есть мрачные размышления. Почему тебя посещают темные мысли, милорд?
Род вздохнул:
— Я думаю о прошлом, дорогая. Стараюсь вспомнить, сколько времени у меня не было по-настоящему нормального отпуска. Конечно, пока я оставался холостяком, у меня возникали периоды вынужденного безделья между работами. Но их тоже нельзя было бы назвать каникулами. Интересно узнать твое мнение, можно ли считать отпуском наш медовый месяц?
Гвен улыбнулась и поудобней устроилась рядом с мужем.
— Может быть, его можно засчитать, хотя тогда перед нами были поставлены трудные задачи. Мы узнавали друг друга по-новому и удивлялись этому узнаванию. Но потом несколько месяцев ты был отстранен от общения с королем и королевой. Я ждала рождения Магнуса, а ты затеял строить наш дом...
— Да, и эльфы показывали мне, как это делать. Я все еще считаю, что, в основном, дом построили они...
Гвен поторопилась заговорить о другом: не стоит объяснять строителю-дилетанту, что в действительности удерживало камни в кладке, пока эльфы готовили раствор.