Нам было отпущено лето...
Шрифт:
Вообще, за те несколько часов, что я находилась на «отдыхе» уже не первый раз ловила себя на мысли, что, несмотря на все неурядицы, людям, которые тут живут, удается переключить меня на легкое восприятие действительности.
– Если что, я пошел с Аликом, - вылезая из машины сообщил мне Егор, - А у тебя есть выбор: или ты идешь с нами, или идешь в сторону заторной трассы. Такси к тебе не приедет. Потому что серпантин забит. Они не доедут. Но можешь попроситься к стоящим в пробке водителям попутчицей. Будешь слушать их шутки. Все им будет веселее, - совершенно без злобы и издевки произнес мужчина, кидаясь в объятья немного тучного, улыбчивого,
Обрисованные перспективы никак не внушали решимости. Оставалось определиться с выбором. Для этого выбралась из салона вслед за водителем, горячий, пряный воздух ударил в лицо.
– Надень очки, слушай! – проговорил подошедший мужчина, указывая эмоционально в мою сторону рукой.
– У нее есть шляпа! – небрежно бросил Егор, и начал движение от машины.
– Ей, где? – недоумевал Алик.
– В чемодане!
– жалобно, щурясь от яркого солнца, произнесла я.
На небольшой парковке, которая упиралась почти в обрыв, внизу которого текла мелкая, но очень быстрая река, было нестерпимо жарко. Но шум снизу, и легкие порывы ветра, которые доносили мелкие капельки брызг от воды в реке, что билась о камни, освежал. Запах разнотравья за счет начинающейся жары оставлял на языке легкий сладковатый привкус. Вдохнула полной грудью. Голова закружилась. Но меня вовремя поддержали крепкие, чуть мозолистые руки.
– Эх, в чемодане она тебе не поможет, - раздался с боку голос Алика.
Повернулась к нему, мужчина держал мой локоть двумя руками и так же лучезарно улыбался. Не удержалась и улыбнулась ему в ответ.
– Пойдем, Нарка тебе даст панамку. Она с утра пирогов напекла, как тебя ждала, ловеласа! – обратился он то ко мне, то к Егору.
Тот стоял недалеко от машины, разминал затекшее тело, после управления машиной в пробке. И, так же как и Алик, легко и просто улыбался.
– Я на твою Нарку не имею волшебного влияния! – отмахнулся небрежно мой попутчик.
– Она уже под моими чарами! А они куда сильнее твоих! Потому как, опыт! – поднял вверх указательный палец Алик. И оба мужчины рассмеялись в голос.
– Господи! – звонко зажурчал, чуть низкий, но ласково-бархатистый, женский голос.
От туда же, откуда спустился мужчина, шла высокая, стройная женщина. На голове у нее был намотан белый платок, из-под которого виднелась черная, как воронье крыло, коса. На ней был легкий длинный сарафан, который удачно подчеркивал рост и стать.
– Егор! Я уже извилась! Интриган! Чего не поднимаешься! – дойдя до водителя, стукнула его по плечу шутливо рукой, - а ты? Ушел звать и пропал! – обратилась она уже к мужчине, который стоял рядом со мной.
Как только появилась эта женщина, так сразу руки на моем локте исчезли. А гостеприимный хозяин отправился к своей хозяйке.
– Нарочка, видимо они так затекли в своей пробке, что с трудом передвигаются, - рассмеялся Алик.
– Пойдемте скорее. Чай остывает, пироги тоже! Я холодное есть не хочу! – топнула женщина ногой.
И мы все гуськом пошли вверх по небольшой тропке между заборами, кустами и большими валунами. Впереди шла Нарочка, за ней резвым козликом шел Алик, а мы с Егором за ними. Внутри боролось два чувства: восторг от открывающегося вида природы, запахов и легкости общения, и страх быть покусанной пчелами.
Тут я почувствовала легкую, но очень резкую, как молния, боль в ягодице. Что было дальше я не знаю. Способность критически мыслить вернулась ко мне не скоро. Горло саднило. Глаза были слегка припухшими
– Дорогая, все хорошо, успокойся, - сказала, наконец, хозяйка пасеки.
– Егор, я тебя сам в улей посажу, ты зачем Нарку так пугаешь? Не видишь? – указал он рукой на ее живот, произнося слова очень рассерженным тоном.
Я посмотрела по направлению, в котором указывал хозяин, и заметила чуть-чуть заметный округлый животик. Мне стало так не по себе. Даже чуть стыдно за себя. Взрослая женщина, а устроила истерику от укуса пчелы. Но мой стыд тут же прошел, когда я узнала, что же это была за боль. И в моей реакции меня поддержали и хозяева пасеки.
Глава 3
Егор
Всю дорогу гостья молчала. Или фыркала как лошадь в стойле. Я за годы работы с людьми выработал иммунитет от таких постояльцев. Но одно дело вырабатывать позитивные вибрации, борясь с негативом в просторном помещении гостиницы, и совсем другое – в тесном салоне автомобиля. Пробка была уже достаточно плотной. Затор растянулся на километры. И перспектива несколько часового соседства с измотанной и недружелюбной постоялицей меня не прельщал.
Я вырос здесь, у моря. И у меня было много знакомых, друзей и партнеров по бизнесу. Так, к примеру, Алик и Нарине. Сначала мы сошлись на почве туристического бизнеса. Я тогда только начинал, а они тоже пробовали развиваться в разных сферах. Так и познакомились. И теперь могу сказать точно, что мы больше чем деловые партнеры, мы друзья. Поэтому ни секунды не сомневался, когда сворачивал на горную дорогу, ведущую к их дому. Время проведенное за столом с этими людьми сродни празднику. Вставали они рано, чтобы выпустить на облёт пчел, да и собирать чай лучше до того, как будет жарить солнце. Поэтому, не боясь разбудить, не стесняясь прийти без приглашения, я был настроен на приятный завтрак в кругу друзей.
– А-а-а-а-а, - кричала так, что закладывало уши, Марина.
Я и не рассчитывал на такую реакцию, когда уколол девушку в ягодицу шипом гледичии. Таких деревьев много рядом с пасекой, так как они очень любимы пчелами. Но было одно и рядом с домом. Я не знаю, зачем поднял колючку и стал ее вертеть в руках. А в тот момент, когда Марина пошла передо мной, виляя своей подтянутой попой, мне просто нестерпимо захотелось эту попу ущипнуть. Я подавил это странное желание. Но напряженная спина, задумчивый вид, зажатые движения подтолкнули к другому действию. Мне захотелось над ней подшутить, чтобы она наконец расслабилась. И я не придумал ничего умнее, как воспользоваться шипом в руках для имитации укуса пчелы.
Что тут началось!
Девушка заверещала, замотала головой и руками. Стала кружиться на месте. Это поведение всполошило Нарине. Она попыталась привести Марину в чувства и выяснить, что же случилось. Но вместо внятного ответа, она получила надрывные рыдания у нее на плече. Алик испугался за жену, попытался оттащить девушку. Но она вцепилась в Нарку и стала причитать, что умрет молодой. Оглядываясь без конца на свой зад, она старалась что-то углядеть в лицах хозяев пасеки. Но те лишь недоумевали. Меня вся эта сцена настолько рассмешила, что я закатился в истерическом смехе. Что прибавило хлопот и озадаченности Алику и Нарке.