Чтение онлайн

Ася с Андриком искали дочь, остальные – ведьму. Дед Митяй все всем рассказал, без утайки – чтоб Марека преследовать перестали. Однако тело девушки так и не нашли. Оно исчезло, как и говорила Ярина, будто испарилось. Ася с Андриком горевали, что ни попрощаться с дочерью, ни похоронить ее не могут; деревенские же искали, боясь, что та осталась жива и однажды вернется – не видя тело, не верили они ни заверениям Агафьи, ни словам Ярины, ни слезам убитых горем родителей. Зато с подозрением косились на Марека – он, живое свидетельство колдовства, и, правда, был совсем не похож на того, кого еще недавно видели они на помосте правосудия.

–

Агнешка мертва, - заверяла Агафья потянувшихся к ее дому людей, – вам нечего бояться. Была б жива – погиб бы Марек. Но он жив – видите?

– Агафья, – качали головой люди, с укором глядя на знахарку, – мы от тебя зла не ждем, но ты опять привела к нам ведьму! Как нам верить тебе?

Женщине нечего было ответить в свое оправдание. Люди боялись – ее боялись! – а ей нечем было их успокоить. Не верили они больше ее словам, что сила ее безобидна, не верили, что сила ее не попадет больше в чьи-то злые руки, – жалея умирающих, Агафья уже дважды привела беду в Хомячинки. Сама того не желая.

Спас ситуацию Митяй. Узнав, что к дому знахарки потянулся возмущенный народ, пришел и он.

– А ну расступитесь! – раздался зычный его голос. – Что вы тут устроили, а? Оставьте женщину в покое. Она сколько вам добра сделала? Скольких вылечила своим даром? А вы готовы сожрать ее лишь за то, что доброе сердце не позволило ей дать умереть ребенку?

– Митяй, да мы же не об этом! – возмутились люди. – Но как нам верить ее словам, что Агнешка мертва и больше никому здесь зла не причинит? А если Агафья ее покрывает? А если Агнешка где-то рядом?

– Зачем Агафье покрывать ее? Разве вы не видите, что она помогает Мареку и Яринке?

– Мы всего лишь не хотим, чтоб зло вернулось! Мы не хотим новых бед! Не хотим бояться ни за дочерей своих, ни за сыновей!

– Вы знали эту девушку двадцать лет. Она росла здесь, вместе с нами, на наших глазах… Вы видели хоть раз, чтобы она кому-то зла желала? Зачем ей зло творить?

– Но Марек…

– Она ему зла не желала. Она всего лишь хотела свою личную жизнь наладить. Нехорошо поступила, да, но без злого умысла, и сама за это поплатилась. А Марек, к счастью, жив остался, и это самое верное свидетельство того, что девушка мертва. Он умирал на моих глазах, в моем собственном сарае еще недавно лежал бездыханный, – мне вы верите? А сейчас вы сами видите: он жив, здоров, вернулся к нам тем прежним, которого вы знаете. Какие вам еще доказательства нужны? Расходитесь. Нет среди нас больше ведьмы. А если и появится, - Митяй строго посмотрел на притихшую Агафью, - то сперва с меня за это спросите, а потом уже с Агафьи. Идет?

Не сказать, что люди совсем уж успокоились, предстояло им еще многое обдумать, но словам старика вняли и потихоньку начали расходиться.

– Спасибо тебе, - всхлипнула Агафья, когда все ушли и Митяй подошел к ней ближе.

– Агафья, смотри мне! – пригрозил старик пальцем, как маленькой провинившейся девочке. – Я за тебя поручился – не подводи меня!

– Я не подведу, - и вдруг улыбнулась сквозь слезы: - На чай зайдешь? Ярина с Мареком уезжают завтра…

Дед Митяй замешкался сперва – неудобно как-то, – но потом, стянув с себя шапку, пригладил седые волосины и пошел за Агафьей. Чай у нее знатный! На травках особенных! Вот так попьешь – и враз себя помолодевшим почувствуешь.

Да и с детьми попрощаться надо бы. Жалко, что они уезжают, но понимал Митяй, что здесь им тяжко будет – не

забудут они уже никогда эту осень. Все правильно, пусть уезжают. Мать Марека отыщут, жизнь свою построят…

До самого вечера просидел у них Митяй. Молодым наставления все давал, чай с ватрушкам уминал и на притихшую Агафью искоса поглядывал – мало бедной женщине укоров от местных за Агнешку, так еще и Ярина с Мареком уедут, а она к ним ой как прикипела! Останется теперь одна со своим молчаливым Ванькой и будет корить себя остаток жизни за мертвую девочку, что вернула двадцать лет назад к жизни. Не нужно было ей идти на поводу у Асиных с Андриком слез и спасать умершую малышку. Тогда б родилась у них потом Яринка – и жили б они, бед таких не зная, и радовались бы… Счастливы были б и они, и дочь их. А теперь? Раной кровоточащей навсегда останется у них Агнешка, лишились они одной дочери – лишатся теперь и второй. Яринка лишилась родителей, жизнь Марека верх дном перевернулась… А теперь еще и смерть Агнешкина тоже отчасти на совести Агафьи.

Утром уехали навсегда из Хомячинок Ярина с Мареком.

Забежав перед отъездом домой за документами, Ярина выведала у отца, в какую больницу отвозил он мать Марека – там ее, наверно, уже нет, но хотя бы знать теперь будут, откуда поиски начинать. У Марека в городе есть дальние родственники – наверняка, кто-то из них приходил к несчастной женщине, и раз в Хомячинки она не вернулась, значит, осталась у кого-то из них. Осталось только выяснить, у кого именно.

Андрик все рассказал. Узнав, что дочь уезжать собирается, попытался даже отговорить, удержать ее, но Ярина, взглянув на мать, даже не обернувшуюся в ее сторону, лишь головой покачала:

– Я здесь не останусь.

Да и как оставаться? Пусть она их поняла и простила, пусть со временем и мать поймет ее, успокоится и простит – хотя, за что? – но Марека, живое напоминание об Агнешке, они все равно принять не смогут. А значит, не будет им тут жизни.

– Прощай, пап, - всхлипнула Яринка, обняла напоследок отца и вышла из дома.

– Давай я хотя бы отвезу вас в город? – хмурился Андрик, понимая, что теряет сейчас и вторую дочь.

– Не надо. Дед Митяй уже нашел нам машину.

– Возьми хотя бы деньги! – в Яринкину ладонь легла пластиковая карта. – Пин-код: двенадцать двадцать четыре. Марек знает, как ей пользоваться, и тебе покажет. На первое время вам хватит, я буду ее пополнять.

– Пап, мы сами…

– Не отказывайся. Ярин, мне сложно смириться с тем, что случилось, но ты по-прежнему моя дочь. Ты – единственная моя дочь.

Глядя в отцовы глаза, Ярина видела несчастного человека. Еще недавно он был врагом, который покушался на жизнь Марека, но сегодня перед ней стоял просто отец – растерянный, убитый горем. Ярина взяла карту, понимая, как важно ему хоть чем-то помочь оставшейся дочери. Да и деньги, правда, нужны – и квартиру снять, и как-то жить, пока работу не найдут.

– Если захотите, вы найдете меня, - тихо ответила Ярина. – Но имейте в виду, я от Марека ни за что не откажусь, и если вам нужна дочь, вам придется смириться и с ним. Он ни в чем не виноват – ты прекрасно знаешь об этом.

Сказала и ушла. Выпорхнула из родного дома, улетела к другому… Увидев, что Марек ждет Ярину на крыльце своего дома, увидев, как обнял ее, дождавшись, Андрик развернулся и ушел, оставив за порогом дома теперь уже единственную дочь.

Глава 39