Наколдую любовь...
Шрифт:
Но, несмотря на то, что сама Яринка была крайне далека от деревенских забот, Марека она поддерживала. Только скучно говорить о фермах, о заводах – уже через пару минут девушка не выдержала и сама прильнула к губам парня. И снова руки его сомкнулись за ее спиной, и снова земля ушла из-под ног, да так неожиданно, что не заметили ни он, ни она, как вдвоем скрылись в высокой траве.
– Но только я хочу, - Марек чуть отстранился, нависнув над возлюбленной, - чтобы ты всегда была со мною рядом. Без тебя – ничего не хочу, Ярина.
Раскрасневшиеся от бесконечных поцелуев губки девушки тут же вытянулись в счастливой
– Я всегда буду рядом. Но ты лжец, Марек! – притворно нахмурилась она.
– Это почему же?!
– Ты столько времени видел во мне только соседского ребенка… У тебя в городе много девушек было?
– Ревнуешь?
– Конечно, ревную! И не поверю никогда, что там тебя женским вниманием обделяли. А ты мой, Марек!
– Прости, малая, но когда я уезжал, тебе было только тринадцать. Боюсь, дядь Андрик тогда за подобный интерес мне голову б открутил, - рассмеялся Марек. – А в городе… Ничего серьезного у меня там не было. Так, любопытство… Я же не знал, что дома меня ждет такое сокровище! А знал бы – ни на одну не посмотрел бы! Честно!
Были у него, конечно, в городе девушки – парень он молодой, видный и свободный. Но не сравниться им с той, что лежала сейчас с ним рядом. Трепетной, как лань, красивой, как сама природа, и желанной до дрожи в пальцах… Марек гладил ее личико и любовался дрожащими ресничками, проступающим под его взглядом румянцем и вздымающейся под тонкой тканью грудью. Доверчивая такая, невинная… Рыжее его солнышко.
– Люблю тебя, малая.
Прогуляли они так до позднего вечера. А когда пришло время расставаться, долго не могли распрощаться. Марек с тоской посмотрел на девушку и напоследок предупредил:
– Завтра вечером идем петь песни у костра.
– Петь песни?!
– Ага! Все ребята наши собираются. Костер, танцы, гитара… Ты Агнешку позови – пусть тоже приходит.
– Да она не любит такое.
– Ну что она все одна да одна? Зови, Ярин! Ну сколько можно ей от людей прятаться? Пусть приходит! Авось, и жениха ей найдем хорошего.
– Хорошего я уже забрала, - улыбнулась Ярина, оставляя на губах парня прощальный поцелуй. – Хорошо, я поговорю с ней. Но обещать ничего не буду.
Глава 10
Пока младшенькая купалась в лучах первой любви, старшенькая, как примерная девочка, сидела дома – помогала матери по хозяйству и читала умные книжки.
В принципе, такой образ жизни ее устраивал, но, глядя на счастливую сестренку, Агнешка немного завидовала – самую малость! Особенно в моменты, когда возвращалась Яринка домой поздним вечером, падала на кровать и блаженно улыбалась, глядя в потолок. Агнешка тогда тоже ложилась на кровать и начинала смотреть в тот же потолок. Потолок как потолок – обычный, белый. Иногда замечала она в углах паутинку, но от этого приходила не вселенская радость, а мысль о том, что утром надо бы ее убрать. А Ярина… А Ярина вообще, казалось, ничего не замечала. Хотела бы Агнешка хоть разок испытать такую эйфорию! Да где ж ее испытаешь? С кем?
И все-таки за сестренку Агнешка была рада. Яринка сердечной радостью особо не делилась и о том, где с Мареком дни напролет лазит, рассказывать не спешила, но любили девушки, выключив в комнате свет, просто помолчать, посидеть рядышком, пообниматься и
Вот и сегодня, едва вернулась Яринка домой, сидели они так рядышком на Агнешкиной кровати и шутливо толкали друг дружку плечом:
– Мы найдем тебе самого лучшего жениха! – заявила Яринка.
– Разве лучшего ты еще не забрала себе?
– Ну…
Лучшего Ярина, конечно, забрала уже, но…
– Все равно, мы найдем тебе ничуть не хуже! – настаивала она, обнимая улыбающуюся Агнешку. – И знаешь что?
– Что?
– Завтра вечером ребята собираются у костра посидеть, и ты идешь с нами – отговорки не принимаются!
Агнешка, как всегда, хотела отказаться:
– Зачем я там? Ты ж знаешь, я не люб…
– Отговорки не принимаются! – упрямо замотала головой Ярина.
– Ярин, ну я лишняя там буду! Идите без меня…
– Ну почему лишняя, Агнеш? Там все ребята наши будут! Не будешь ты лишней, не бойся! И не одна ты будешь, а со мной и с Мареком! Что ты прячешься от всех, а? Скоро паутинкой здесь вся покроешься!
Агнешка улыбнулась: ну уж Яринке точно не до нее будет, с Мареком-то рядом! Но… Может, правда, стоит попробовать? Не ради женихов – а просто погулять, развеяться. Сидит ведь тут в четырех стенах и ни с кем, кроме семьи, не дружит, не общается… А вдруг понравится? А вдруг действительно встретит там того, с кем сиять, как сестренка, будет? Агнешка плечиками пожала:
– Ну не знаю…
И, к радости Яринки, взяла и согласилась.
К вылазке на обычные деревенские посиделки она готовилась так, будто предстояла ей поездка на самый настоящий бал. Яринка с самого утра убежала к Мареку, отец, как всегда, работал, мать возилась в саду, а Агнешка принялась выбирать платье. Выбор предстоял большой: Андрик дочерей баловал и частенько привозил им из города обновки – только выгуливать платья и сарафаны Агнешке было негде, и раз уж появился такой повод… Как же она волновалась! Боялась выглядеть яркой, боялась привлечь лишнее внимание – перебрав все варианты, остановилась на темно-синем платьице в мелкий цветочек; скромное, но в то же время идеально подходящее под чуть подернутые зеленцой темные Агнешкины глаза, загорелую кожу и длинные – до поясницы – черные волосы, тяжелым волнистым каскадом рассыпанные по плечам.
Как и обещала Яринка, на вечернюю посиделку на окраине Хомячинок собралась вся деревенская молодежь. Даже Ванька-дурачок, как называли местные сына Агафьи за абсолютную немоту и постоянную улыбку, и тот здесь ошивался – к ребятам близко не подходил, таился в темноте поближе к лесу, но Ярина с Мареком, заметив его, расселись, между собой освобождая место и ему.
– Вань, да не бойся, иди к нам! – похлопал Марек по освободившемуся месту на бревне.
Светловолосый паренек заулыбался и замотал головой. Хоть и считали его дурачком, хоть и называли за глаза ведьминым отродьем, но все он понимал и знал, что не любят его местные. Разве что рыженькая эта благосклонно относилась – только благодаря ей научился он в свое время и читать, и писать, и считать, – да парень рядом с ней, но тому на людскую молву всегда наплевать было. Кое-как уговорили Ваню, усадили рядышком.