Награда Бога
Шрифт:
— Лер, я давно хотела тебе сказать... То есть предупредить...
— Девчонки, волейбол!!! — крикнул Вадька.
— Сейчас! — отозвалась Лерка. — Ты хотела что-то сказать? — и она тронула Натку за плечо.
— Да... — Натка на секунду задумалась и бойко сказала: — А ну-ка, подруга, колись, у тебя с Радькой что-то было?
— Ох ты, господи, напугала. — У Лерки отлегло от сердца. — Да нет, так — повалялись на сеновале. Это не тот человек, который станет моим первым мужчиной.
— Вот и правильно. Ладно, пошли. — Натка поднялась и побежала
Лерка на мгновение остановилась и посмотрела ей вслед. Отчего-то ее не покидала уверенность, что Натка хотела сказать совсем другое. Какое-то непонятное, еще ни разу не ощущаемое чувство вдруг охватило ее и сжало живот. И не понять было четырнадцатилетней девчонке, что впервые, в жизни ее накрыло своей покалывающей ледяной волной чувство безотчетной тревоги.
— Я люблю другую женщину. — Алексей будто прыгнул в ледяную воду.
Они сидели с Ольгой в беседке. Вокруг зажженной люстры, свисающей над столом, вились ночные бабочки. Ольга вдруг подумала, что и она, как эти бабочки, кружит-кружится вокруг яркого пламени и ее так же ждет погибель от палящей вольфрамовой спирали.
Алексей приехал час назад. Лера уже давно спала, так и не дождавшись отца. Фаина встретила сына, пытаясь его накормить, но Алексей резко сказал матери, что не голоден, и, взяв Ольгу под локоть, повел к беседке.
Она даже не успела предъявить свои претензии, высказать ему все, что заготовила за сегодняшний день. Одной фразой, лишь одной фразой муж поставил все эти проклятые точки над i. Теперь все понятно, ясно и нет нужды в чем-то разбираться и искать оправдания его поведения за последнее время.
— И что дальше? — спокойно спросила она.
— Я прошу у тебя развода. Лана беременна, и я больше не могу тебя обманывать.
— Хорошо, ты получишь развод.
Алексей удивленно посмотрел на Ольгу. Он ожидал чего угодно. Истерики. Скандала. Обвинений. Всего, что только могло представить его воображение. Только не это холодное «хорошо». Перед ним сидела не его мягкая веселая Олька, а жесткая, практичная работница банка. Начальник кредитного отдела, которая каждый день работает с огромным количеством денег.
— Лера останется со мной, — также жестко продолжила Ольга. — Машина — тебе, квартира — мне. Дача принадлежит твоей матери, поэтому это не обсуждается.
— По поводу имущества — согласен. А вот дочь стоит спросить саму, — тихо ответил Алексей.
— Ты так говоришь, поскольку стопроцентно знаешь ее ответ. — Ольгу начало трясти. Но ему ни в коем случае это не должно быть известно.
— Оля, если мы не решим вопрос полюбовно, то на это есть суд. — Он опустил глаза.
— Что ж, тогда встретимся в суде. А до тех пор дочь останется со мной. Дай ключи от машины, я уезжаю в Москву.
В Москву она не поехала. Они решила дождаться утра и поговорить с Леркой.
Натка с остервенением полола грядку клубники. Бабка опять заставила ее заниматься этим идиотским делом.
Хотя, с другой стороны, может и хорошо, что сегодня она придет попозже. Надо поставить мозги на место. Вчера она чуть не проговорилась Лерке.
Уже полгода Натка находилась в полном смятении: рассказать Лерке, что она видит почти каждый день ее отца в подъезде своего дома или нет.
Первый раз она увидела Алексея Павловича в канун Нового года. Мама послала Натку за пачкой майонеза в магазин. Натка летела по лестнице, мысленно ругая маму за то, что вечно она не может рассчитать все заранее. А сейчас начнется ее любимый фильм, который показывают только тридцать первого декабря.
Он шел с большой елкой и шампанским и не заметил Натку как раз из-за этой елки. Пушистые ветки заслоняли его лицо, но Натка шла сверху и тут же его узнала. Она уже хотела радостно поприветствовать дядю Лешу, но тут открылась дверь на нижней площадке.
— Лешка, ты опять промахнулся, — раздался веселый голос Светланы, соседки Натки по подъезду.
Натка всегда наливалась жгучей завистью, глядя на эту роскошную женщину. И в своих мечтах старалась стать на нее похожей. Но это было невозможно. Хотя бы потому, что Натка в свои четырнадцать уже была на две головы выше Светланы. И у нее никогда не будет таких шикарных блестящих черных волос, густой шапкой обрамляющих тонкое бледное лицо. И уж конечно, у нее никогда не будет таких огромных фиолетовых глаз с пушистыми ресницами. И она никогда не будет говорить таким нежным голосом и так заразительно смеяться, словно перезвон серебряных колокольчиков.
Натка приостановилась и почему-то спряталась за перила. Выглянув, она увидела, что папа Лерки и Лана страстно целуются прямо на пороге ее квартиры.
У Натки забилось сердце. Дядя Леша был таким добрым, понимающим, ласковым. Когда Натка жила у них, только он мог остановить поток ее слез. Он говорил какие-то правильные слова о жизни, об отношениях между людьми, о судьбе, в которой все может случиться. Убеждал, что ей все так же надо любить родителей, несмотря на то что теперь они не вместе.
И вот теперь он так же, как и ее отец, завел любовницу. В том, что Лана его любовница, Натка не сомневалась. Именно такие красавицы и уводят отцов из семей. Надо срочно позвонить Лерке и все рассказать.
Натка, забыв про майонез, рванула домой, бросилась к телефону и уже даже набрала номер подруги.
— Пап, это ты? — раздался веселый счастливый голос Лерки. Натка тут же бросила трубку.
А имеет ли она право вмешиваться в чужую жизнь? Натке было всего четырнадцать, но все вокруг говорили, что по уму она много старше своих лет. Натка этим очень гордилась. Да и мама не раз наказывала, что если что-то знаешь запретное, нельзя говорить это, пока точно не убедишься. И Натка решила подождать.