Чтение онлайн

– Я буду завтра, – сказала миссис Уилтон, глянув вдоль рядов боксов.

Внезапно ее глаза высветили Африку.

– А чего это она там делает?

– Я выводил ее рано утром, – не моргнув глазом соврал Джейк. – Она всю свою голову извела бы на пронзительное ржание, если разделить ее и Данделиона. Так я и подумал, почему бы не устроить лежбище и для нее.

– Ну, хорошо. Только не забудь ее выставить, когда будешь уходить. Мне совсем ни к чему, чтобы она бесилась.

«Ага. Это не смотря на хорошие деньги, которые тебе платит Бобби Коттерел», – подумал Джейк.

Миссис Уилтон заглянула в бокс. На какой-то кошмарный

момент Джейк подумал, что она вот-вот поднимет край покрывала.

– Доброе утро, миссис Уилтон, – прокричала Фен. – Подойдите и взгляните на Данделиона. Он выглядит просто чудесно, вы согласны?

Миссис Уилтон рассеяно отвернулась от Африки.

– Доброе утро, Фен, дорогуша. Ты сегодня ранняя пташка. Данделион действительно выглядет прекрасно. О, ты даже смазала маслом его копыта. Пожалуй я награжу тебя розочкой.

– Я даже не смела мечтать, – как то тоскливо произнесла Фен. – Последний раз он съел всю картошку на картофельных бегах.

– Ффух, тяжко было, – сказала Фен, когда машина миссис Уилтон с мордой лабрадора в заднем окне исчезла за поворотом.

– Давай сюда, – сказал Джейк. – Я сооружу что-то типа завтрака.

Перед тем как одется для скачек, Джейк переместил желтый увядший и раздавленный цветок пижмы с верха своего левого резинового сапога на левый же сапог для верховой езды. Пижма предохраняла от зла. Джейк был очень суеверным. Королевская кровь бродяг Ловеллов не зря текла по его венам. [1]

Билли очень нервничал по поводу того, как сказать Хелине о женитьбе. С Рупертом не было проблем. На самом деле и Руперт и Дженни испытывали сильное облегчение от того, что они ужасно нравились друг другу, но физического влечения не испытывали, возможно потому, что были очень похожи по характеру. А Руперт, обеспечив спонсорство, которое дало возможность Билли жениться на Дженни и завести свою конюшню, чувствовал себя зачинщиком всего дела, что смягчало его зависть.

В любом случае ничего быстро не делается. Билли должен подыскать себе дом, и хотя трудно будет оставаться партнерами, если Билли уйдет в профессионалы, Руперт надеялся, что они что-нибудь придумают. Несмотря на возможные финансовые трудности Руперт не собирался становиться профессионалом, пока не сделает еще одну попытку получить золотую медаль в Лос-Анжелесе в течении ближайших четырех лет.

Хелина, однако, была просто убита этим известием. Без Билли непрочное равновесие их семейной жизни несомненно будет разрушено. Он был так ласков с Маркусом и всегда мог улучшить настроение Руперта, рассмешив его. И потом обе женщины не питали расположения друг к другу. Когда Билли и Руперт вернулись из путешествия по Америке, Билли привез Дженни к ним домой на уикэнд. Обе были выбиты из колеи внешним видом друг друга. Дженни не ожидала, что Хелина так красива. А Хелина не думала, что Дженни выглядит так сексуально. Дженни не носила бюстгальтеров, ее одежда всегда была ей слегка узковата, т. к. она не очень беспокоилась о диете, а ее блузки и платья были растегнуты на одну пуговичку ниже, чем следовало бы. Хелина всегда была застегнута до подбородка. После шести лет, проведенных на Флит Стрит, Дженни, в

сущности, ничто не шокировало и на обеде в пятницу она смешила до упаду Руперта и Билли малодостоверными росказнями о сексуальной жизни известных общественных деятелей.

Хелина приложила много усилий, чтобы приготовить роскошный обед: блины с крабами в сырном соусе, бараний окорок и превосходный шербет из айвы. Дженни подумала, что подать такие маленькие порции, как это сделала Хелина, – хороший тактический прием, чтобы заслужить репутацию прекрасной хозяйки, так как все гости попросили еще порцию. Дженни, которая не ела весь день, умирала от голода и съела по три порции каждого блюда, расхваливая все до небес. Все выпили очень много. Дженни с удовлетворением почувствовала, что она насытилась.

Как прекрасно, подумал Руперт, отыскать женщину с таким аппетитом. Он никогда не восхищался Лавинией, она была дурочкой. Дженни – забавная и сильная. Это как раз то, что нужно Биллу.

Хелина и Дженни испытывали друг к другу и профессиональную ревность. Дженни стала расспрашивать Хелину о ее повести. Хелина ответила, что она подвигается очень, очень медленно.

– Видишь ли, я придерживаюсь академических взглядов и не хочу создавать что-либо второсортное.

– Почему бы тебе не попробовать себя в журналистике? – поинтересовалась Дженни.

Хелина ответила, что она действительно не может убедить себя заниматься чем-то подобным. Она никогда не читала «Пост», но слышала, что эта газета – очень сенсационна. Дженни уловила в словах Хелины пренебрежительные нотки и заметила, что ее жизненный опыт показывает, что писатель – тот, кто пишет что-нибудь хорошее.

– Я получила книгу, которая выйдет весной. Это сборник интервью, я как раз закончила часть, которую я делала с тобой в конце, дорогой, – обратилась она к Биллу.

Она и Билли были так влюблены, что не могли не касаться друг друга. Хелина тоскливо пыталась вспомнить время, когда они с Рупертом чувствовали то же самое. Попытка повторить медовый месяц после Олимпии не продлилась долго.

Принесли Маркуса, его накормили и все им восхищались. Как такие красивые родители могли произвести на свет такого отвратительного ребенка, – подумала Дженни. Но спросила, может ли она подать Маркусу его бутылочку, сознавая, что этим внушит Хелине любовь к себе.

– Билли сказал, что вы нанимаете нянечку?

– Да, нанимаем девушку. – ответила Хелина. Это даст мне возможность проводить больше времени с Рупертом. Она должна постараться полюбить это самоуверенное, сексуальное создание. – Я так довольна, что вы с Билли поженитесь. – сказала она, когда они остались одни. – Он такой замечательный, но он очень уязвим. Вы будете заботиться о нем?

– Забавно, но Руперт сказал то же самое, – проронила Дженни. – Вообще же я надеялась, что это он будет заботиться обо мне.

Все, кроме Хелины, находили ее изумительной – собаки, конюхи, Маркус, мисс Хокинс, миссис Бодкин – все, кому Хелена, давала подачки. Однажды в субботу вечером Дженни переодевалась к обеду и поленилась спуститься вниз по переходу в туалет. Она подставила стул и взобравшись на него присела пописать над бассейном. Как раз в этот момент зашла Хелина, чтобы перестелить постели, и была шокирована поведением Дженни. И рассердилась еще больше, когда Руперт нашел эту сценку смешной. Дженни, чувствительная как радар, поняла, что Хелина не одобряет ее.