Наемник
Шрифт:
Бормоча себе под нос все известные мне нехорошие слова, я направился обратно к костру, присел на корточки рядом с ведьмой и вынул кляп у нее изо рта, потом разрезал веревки. Лиловые следы, оставленные ими, отчетливо видны даже в сереньком предутреннем свете. Для начала я поднес к ее губам флягу с вином, а когда она напилась, взял измятую и опухшую кисть в свои руки и принялся разминать запястье. Она застонала.
— Ничего, терпи. Бывает хуже.
Когда она оказалась в состоянии сама растирать себе лодыжки,
— Подкрепляйся. Как рассветет, надо драпать. Чем дальше мы отсюда окажемся, тем лучше, — а сам присел на поваленное дерево и закурил.
Значит, упустил я Дикса… На рысях мы от Цитадели сюда добирались с полсуток, значит, галопом, загоняя лошадь, Дикс окажется там часов через восемь. Еще столько же, не меньше, будет добираться погоня, да прибавим где-нибудь часок на ее снаряжение… И все равно у нас меньше суток в запасе. У нас?
Я повернулся к ведьме:
— Как хоть тебя ругают?
— Ругают?
— Ну, звать тебя как?
— Гельда.
— А я — Мик Меченосец. Вот что я тебе скажу, Гельда: во-первых, коню понятно, надо убираться отсюда, да поскорей. А во-вторых, теперь, получается, ты мне кое-чем обязана, так? Мне от тебя нужно только одно — чтоб ты мне до Торианской границы добраться помогла. Годится?
Она передернула плечиками:
— Ладно. А потом ты меня не прогонишь?
«Нор-мально!» — стукнуло в голове от виска к виску. Сейчас она скажет, что теперь, как честный человек, я обязан жениться…
Я обалдело поскреб в затылке и пробормотал:
— Н-ну… Как тебе сказать… Вот ведь — нашел, называется, спутницу жизни нежданно-негаданно.
— А ты думаешь, тебя в Ториане искать перестанут? А насчет спутницы жизни — так мне просто деваться некуда.
— Ладно, пусть так. Здешние места хорошо знаешь?
— Да уж знаю.
— Ладно, женщина, в таком случае собери в комок свой речевой аппарат и дай мужчине подумать.
Она послушно замолкла. Молодец все-таки девчонка — за эту ночь фактически дважды мне жизнь спасла. Пока что не жалею, что ее вытащил, а дальше видно будет, если, конечно, будет какое-то дальше. А значит, надо подумать, как мы пойдем.
Прямиком на запад топать — дело дохлое заведомо. Даэл знает о существовании базы у озера и должен предполагать, что я стопы свои именно туда направлю. А раз он это предполагает, естественно, расставит там такие кордоны, через которые мне не прорваться. А значит, придется дать большой-пребольшой крюк и выйти к базе с запада, со стороны Ториана. На восток топать абсолютно ни к чему, на севере — орденцев кучи, если уж на меня внимания не обратят, то на Гельду обратят, да еще как. Да еще учесть, как быстро распространяются сведения об отлучениях по орденским каналам… А уж на мою поимку сил не пожалеют, это уж можно быть спокойным. Ладно, до южной границы добраться меня хватит,
Я повернулся к Гельде:
— Значит, прямо к границе не пойдем, там Западная Цитадель под боком, а меня к ней теперь и калачом не заманишь. Думаю, перевалим Свинцовый и подадимся в Гэлфост. Реально туда незаметно пробраться?
— В двух днях отсюда Забытый Тракт.
Оригинальное совмещение пространства и времени…
— В двух днях чего?
— А у нас что — лошади есть?
— Логично… Значит, ходьбы. Ты идти-то в состоянии?
— Если нужно, то да.
— Еще бы не нужно… Из арбалета стрелять умеешь?
Она не ответила, но подарила мне такой насмешливый взгляд, что я понял — умеет.
— Забытый тракт, говоришь… А он хорошо забытый?
— Годами по нему никто не ездит.
— Устраивает. Ладно, пока отдыхай, а я мародерством займусь.
Шмонать трупы своих бывших товарищей — занятие на редкость неприятное, но что тут поделать — не до брезгливости — надо же привыкать к своему новому статусу в этом мире. Теперь я уж точно отлученный. А дорога предстоит дальняя, и есть, товарищи, такое мнение, что деньги и припасы в дороге ой-ой, как понадобятся.
У обоих егерей в общей сложности набралось около трех золотых, да парочка у Бораха. Хотя нам придется избегать оживленных мест, так что отсутствие денег не очень скажется. А припасы… Если пиров не закатывать, хватит дней на десять. Во фляжках егерей обнаружился местный ром — пойло, омерзительное на вкус, зато крепкое, как серная кислота, его я слил в одну флягу, вино перелил в другую, снял с Бораха пояс, пристегнул к нему с одной стороны фляжку с вином, с другой — длинный кинжал, протянул Гельде:
— Надевай.
Еще в число трофеев попал пятнистый егерский плащ, его я накинул на плечи ведьмы:
— И не скандализируй местное зверье.
— Какое еще зверье?
— Какое-какое… Двуногое вертикальное. Да, еще момент, — я вынул из поясной сумки ларец с Камнем, протянул ей — не оставлять же девчонку без защиты.
Она как ни в чем не бывало надела Камень на шею, провела по нему рукой и осведомилась:
— Выходим?
— Погоди, трубку выкурю… Копи Силу.
— А чего ее копить, вся со мной, — и спокойна, вернее, старается казаться спокойной. Черт, меня-то, по всему судя, живым брать не будут, а вот ее…
Неожиданно даже для себя я хриплым, севшим голосом выдавил:
— Вот что, родная… За мной сейчас охота пойдет, как за бешеным волком. Со мной тебе опасней, чем одной. Хочешь уйти — топай сразу.
— Ты чего? — неподдельно удивилась она. — Что мы — не прорвемся? А потом, я ж тебе говорила — деваться мне некуда.