Начало
Шрифт:
Он, увидев крестьян, страшно распалился и бросился к Ата.
— Как ты посмел взять лодку, которая тебе не принадлежит?! — закричал он. — Кто дал тебе право находиться здесь? У тебя мало работы и много свободного времени чтобы нарушать заперты? Хорошо! Я добавлю тебе заданий да так, что тебе и голову некогда будет поднять!
— Господин! — один из слуг увидел в лодке гусей. — Они занимались охотой в имении нашего господина! Посмотри сюда!
— Что? — управляющий был возмущен еще больше. — Да как ты посмел?!
Он поднял палку и
Яхотеп также первым не решился ударить чиновника, а лишь слегка оттолкнул его от брата.
— Ты посмел напасть на меня? — закричал он. — Посмел поднять руку на доверенное лицо Якубхера?
Он обезумел от ярости и бросился на второго крестьянина. Его палка опустилась вниз и больно обожгла плечо противника, и это решило его судьбу.
Яхотеп на этот раз не стал церемониться и нанес удар веслом по голове управляющего и его череп треснул как гнилая тыква.
Слуги за все это короткое время, что происходила схватка, не успели и двинуться с места. Они опешили и пришли в себя только после того как увидели кровь чиновника.
Первый кинулся к Яхотепу с палкой, но Ата подставил ему ногу и он растянулся на земле. А когда пытался подняться получил удар веслом и свалился без чувств.
Второй слуга бросился бежать со всех ног и в схватку с обезумевшими крестьянами не вступил.
— Брат, ты убил его, — Ата осмотрел тело управляющего и поднял глаза на брата.
— Убил, — согласился тот.
— Что же теперь будет? Нам здесь более не жить.
— Ты прав. Стоит немедленно возвращаться домой и, забирав отца и мать, бежать отсюда. Ведь скоро сбежавший слуга донесет о случившемся хозяину гиксу. И тогда и по нашему следу пойдут многие ищейки.
— Но отец в городе и вернется едва ли к вечеру! — в отчаянии вскричал Ата.
— Тогда стоит забрать мать и идти к нему навстречу. И с дороги повернуть всем вместе с большой дороги. Медлить нельзя.
— Но куда мы пойдем, брат? Куда нам бежать?
— На Юг. Там свободные номы и там мы найдем себе место.
Ата не был в этом уверен, но понимал, что брат прав. Бежать было нужно, ибо в противном случае их ждала смерть и за более меньший проступок, чем убийство чиновника фараона.
И братья поспешили к своему дому. Но матери дома не застали. Соседка сообщила, что он отправилась с другими женщинами к Нилу, к плотине.
— Что же нам делать? — Ата заломил руки. — Будь я проклят. Зачем я повел тебя, брат, на эту охоту!
— Не вини себя, Ата. Все произошло не по твоей вине. Нам стоит уйти пока двоим.
— Бросить мать? Ты в своем уме, брат?
— Да, погоди, Ата. Ведь это не мать и отец убили чиновника, а мы с тобой. И искать станут в первую очередь именно нас. Мать они не тронут. Она женщина и при том больная. Но мы с тобой если
— Ты снова прав, брат! Прав! Идем в направлении города и, может быть, встретим отца, и он посоветует что делать.
Братья быстро ушли из деревни. По пути они увидели большой отряд колесниц, что промчался мимо них. Это был конвой князя Нубти-Сета, что следовал за своим господином в имение Якубхера.
Яхотеп остановился и посмотрел на гиксов. Как уверенно они правили лошадьми и направляли большие и грозные повозки, запряженные каждая парой лошадей.
— Чего ты так смотришь на них, брат? — спросил его Ата. — Это не за нами. Там еще никто и ничего не знает о случившемся.
— Я не на то смотрю, брат. Какие у гиксов воины. На таких повозках можно завоевать полмира. Они быстры и стремительны словно ветер и их атака кажется несокрушимой.
— Да, брат, победить таких дело не простое. Но нам сейчас не до разговоров о победе египтян над гиксами. До этого еще далеко. И не наше это с тобой дело воевать. Нам бы подумать о собственных жизнях.
— Уйдем по пустыне в Фивы. Но до этого у нас здесь еще уйма дел.
— До Фив дорога не близкая, Яхотеп. И стоит не слишком то удаляться в пустыню. Хорошо бы спуститься по Нилу. Но на египетскую барку на не попасть. Там сразу же донесут чиновникам о подозрительных крестьянах, что бегут на Юг. А вот если попасть на иностранный купеческий корабль что идет в Фивы с товаром. Но нам нечем заплатить за место купцу.
— Пока стоит подумать, как вызволить отца и мать. В их доме для нас наверняка устроят засаду. Нужно подумать, где нам скрыться и как все провернуть.
— Укроемся в болотных зарослях, брат. Не впервой нам с тобой ночевать там, а еда на первое время у нас есть…
Но братья совсем не знали Якубхера. Этот гикс был упрям как осел, и никогда не забывал обид. Он едва только узнал о поступке своих крестьян как пришел в неописуемое бешенство. Может быть, если бы в имении в этот момент не гостил князь Нубти-Сет, все было бы и иначе, но показать себя перед лицом великого вельможи из Авара слабым хозяином, бывший солдат не мог. А такие случаи, когда крестьяне убивали чиновников, в Египте случались не часто.
— Ты знаешь этих людей? — спросил он дрожавшего всем телом слугу, что был напуган гневом господина.
— Да, господин.
— Судя по твоему цвету кожи, ты не гикс, а египтянин.
— Да, господин, я египтянин и твой верный слуга.
— Если бы ты был гиксом и бежал от египтян я бы приказал тебя убить. Но ты всего лишь египтянин и не можешь не быть трусом и размазней. Поэтому я тебя прощаю. Но сейчас ты вместе с воинами пойдешь в дом к этим негодяям и притащишь их сюда. С тобой в этот раз будет десяток настоящих солдат. Это гиксы и они не побегут и от сотни египтян!