Начало пути

Незнакомка покачивалась в такт долбящим битам. Черная смоль длинных волос сливалась с полумраком ночного клуба. Кислотные лучики проектора скользили по точеной фигуре. Бесконечно можно смотреть на три вещи: горящий огонь, бегущую воду и извивающийся силуэт незнакомой девушки.

Я слизнул соль с запястья и опрокинул стопку текилы, закусив долькой лайма. Алкоголь живительным теплом разлился по жилам. Заигравший медляк разогнал скачущих посетителей за барные столики. Танцпол поредел, давая смуглянке

волю. Она переместилась в центр площадки и, закрыв глаза, ушла в нирвану. Я не сводил с нее взгляда, не решаясь нарушить таинственный танец.

Пятничный вечер был в самом разгаре, но особо меня не радовал. Хотелось спокойствия и уединения, и только бутылка текилы и фигура в золотисто-черном платье, обтягивающем тело девушки словно кожа змеи, удерживали меня в привычном заведении.

На танцпол шаткой походкой выдвинулся бритоголовый бугай. Желтая цепь в палец толщиной едва обхватывала бычью шею. Он пристроился к незнакомке, пытаясь исполнить "танец локтями", вырисовывая ритуальные па альфа-самца. Девушка демонстративно отвернулась к барной стойке, на миг зацепившись со мной взглядами. Бритоголовый, приняв это как призыв к сближению и подергиваясь, пристроился к ней сзади почти вплотную. Смуглянка отпрянула, отстранив кабана жестом. Но тот не унимался, расплывшись в тупой улыбке, больше напоминавшей оскал, схватил девушку за руку и притянул к себе. Та выскользнула из медвежьих объятий и юркнула в темноту зала.

Я опрокинул очередную стопку текилы и поморщился, разжевывая кислую дольку. Боковое зрение уловило тонкий силуэт, примостившийся рядом за барную стойку. Незнакомка в змеином платье смотрела на меня, прищурив глаза:

— Ты один?

Я улыбнулся:

— Теперь нет... Клубничный дайкири, — махнул я бармену.

— Угощайся, — я подвинул красный коктейль девушке. — Сергей, — и протянул открытую ладонь.

— Лана, — девушка улыбнулась и вложила ладошку в мою руку.

Я демонстративно чмокнул её кисть, которая оказалась на удивление холодна.

— Можешь одолжить мне свой поцелуй? Обещаю его вернуть, — продолжил я.

— Нельзя занимать незнакомцам...

Кто-то толкнул меня в плечо. В то же мгновение потная туша протиснулась между нами за барную стойку. Кабан, будто не замечая меня, осклабился в улыбке, возрадовавшись, что нашел сбежавшую.

— Куда ты пропала? Поехали ко мне, — прохрипел бугай, приобняв Лану.

— Девушка со мной, — я похлопал по плечу назойливого ухажера.

Тот повернулся ко мне:

— Слышь, паря, а тебе не тяжело будет поломанными руками зубы с пола собирать?

— Я не такой дурак, как ты выглядишь... Зачем мне собирать твои зубы?

Лана хохотнула. Кабан побагровел, схватил меня одной рукой за грудки и другой ударил в голову.

За мгновение до встречи его кулака с моим лицом я поднырнул под локоть вцепившейся в меня руки и правым боковым хряснул по квадратной челюсти. Кабан пошатнулся и расцепил захват. Но опомнившись, ринулся на меня словно буйвол. Я перехватил летящий кулак и, уйдя с линии атаки, подсечкой швырнул тушу в сторону. На полном ходу бугай врубился в барную стойку. Хрустальным дождем на пол посыпались рюмки и бокалы, распугав по углам посетителей.

Подоспевшие

секьюрити попытались меня скрутить, но разглядев мою ксиву, в недоумении замерли возле бугая, пытаясь привести его в чувство.

Лана схватила меня за руки и потянула к выходу:

— Пойдем, здесь шумно...

Я швырнул пятитысячную на барную стойку и устремился за девушкой.

***

Мотор такси мирно урчал, луна высвечивала задумчивое лицо Ланы на заднем сиденье. Я наслаждался рядом треком, лившимся из динамиков.

— Куда едем? — мой взгляд невольно остановился на глубоком декольте.

— Ко мне, — глаза девушки блеснули отраженной луной.

— Хорошо, только я не сплю с незнакомками...

— Жена не разрешает? — Лана прищурилась.

— Жена погибла.

— Прости...

— Два года уже прошло, — я поежился и закрыл глаза.

Подъезд старого дома дореволюционной постройки встретил запахом нафталина и подвальной сырости. Оштукатуренные стены с лепниной едва освещались одинокой мерцающей лампочкой, свисавшей над головой на заскорузлом проводе.

— Ого! Если бы не номера квартир, я бы подумал, что мы идем в гости к Дракуле, — сказал я, поднимаясь за Ланой на третий этаж.

— Квартира досталась мне от бабушки, — ответила она, отпирая массивную деревянную дверь на проржавевших петлях.

Дверь скрипнула, пропуская нас внутрь. Где-то щелкнул выключатель и пространство наполнилось приглушенным мертвенно-синим светом.

Из темной прихожей мы попали в огромную и единственную комнату с окнами от пола и закопченным камином.

— Мило... лофт с налетом старины, — я плюхнулся на диван из толстой потертой кожи. Из полумрака комнаты выглядывали статуэтки языческих богов. На стенах висели панно с изображениями мифических существ и ритуалов.

— Да у тебя как в музее! — глаза привыкли к полумраку, и я с интересом разглядывал необычную обстановку.

Лана схватила полотенце и выскользнула из комнаты. На резном столике у дивана гостеприимно расположился набор мини-бара: коньяк, мартини и какие-то ликеры. Я плеснул в бокал коньяка и посмотрел в окно. Лиловые тучи раздвинулись, обнажая полную луну. Сизая дымка зловеще ползла по небу, окутывая ночной город, словно хотела его поглотить. Я включил экран смартфона и посмотрел на часы. Близилась полночь пятницы. А число сегодня какое? Тринадцатое...

Чьи-то руки скользнули по моему торсу, обхватив сзади. Я почувствовал легкий аромат женского тела и обернулся. Обнаженная Лана обвила мою шею руками и впилась в меня поцелуем. Я скинул с себя одежду, и мы плюхнулись на огромную кровать с коваными спинками. Лана вскочила на меня сверху и, покрываяпоцелуями, накинула петли на мои запястья.

— Я хочу тобой овладеть так, — прошептала она, ловко пристегнув петли к кованому орнаменту кровати. — Какое мускулистое у тебя тело...

Я не сопротивлялся, если хочет — пусть почувствует свое доминирование, потом все поменяется... Луна полностью вышла из-за туч и осветила ее великолепную фигуру с неестественно пепельно-серой кожей, приятной на ощупь. Странный загар.