Чтение онлайн

Прошел месяц, Полуостров заняла осень.

Ночью ясное небо над Хассе затянуло тучами. Задул порывами ветер с моря, нагоняя сырость, а ранним утром пошел дождь. Начавшись нудной, холодной моросью, он все набирал и набирал силу, пока не лупанул ливнем. Мигом все спуски превратились в стоки – мутная вода журчала по брусчатке и каменным плитам, разливаясь на площадях лужами, рябя под косыми струями.

К обеду дождь подуспокоился, но моросить не перестал. Похолодало, и тем, у кого в сапогах дырки, а плащи промокли, мир казался неуютным и малопригодным для жизни.

Однако вода,

льющаяся с небес, службу бравых рыцарей не отменяла.

Сразу после обеда младшего приора Тавиту Вишту вызвали в резиденцию Большого Жреца. Помещалась она на самом высоком месте города и представляла собой необъятную круглую башню. Высотой своей башня не поражала, но лишь потому, что ее занесли толщи песка и земли – это был наземный терминал тоннельного города Волхвов, а для землян – база КГБ «Пале-Рояль».

Настроение у Давида было приподнятое. Всё более-менее разрешилось, он был при деле, и дело обещало быть живым, горячим даже.

У треугольных врат башни дежурили хмурые горцы, но выскочивший малый жрец провел Даву мимо них.

Свантессен поджидал Виштальского в огромном круглом зале на самом верху резиденции. Ничего особенного: кресла, тяжелый стол с крышкой из полированного камня, кровать под балдахином, резные шкафы. Из предметов, сделанных на Земле, Давид углядел лишь пару силикетовых сейфов.

– Добрый день, приор… – Большой Жрец показался из-за расшитой шторы. – Присаживайся. Для тебя есть задание.

– Всегда к услугам вашего преосвященства, – поклонился Давид.

Свантессен снисходительно усмехнулся, и Виштальского передернуло. «Небось решил, – подумал он, – что мальчик заигрался в мушкетеров…»

– Возьмете с собой добровольцев, – властно проговорил Большой Жрец, – и отправитесь за Пустынные горы. Там находится большой мегакомплекс Волхвов, а еще дальше, на перевале в Одиноких горах, увидите корабль. Подойдите сюда.

Давид шагнул к столу, куда его поманил Свантессен, и увидел несколько листков бумаги с непонятными планами.

– Здесь – примерные кроки мегакомплекса, его центральной части. А вот план корабля – пройдете стрежневым коридором третьего или четвертого яруса – точнее не могу сказать… – Кардинал вытащил из-под стола странный овальный обруч, метр в поперечнике. – …И отыщете вот такой предмет. Волхвы носили их на головах, как мы носим венцы.

– Ну и головы у них! – вырвалось у Виштальского. – Овальные, что ли?

– Вероятно. Этот вот обруч – мертвый, он не функционирует. Вам надо будет найти точно такой же, но живой. Распознать функционирующие обручи просто – они теплые. Найдете такой – приложите все силы и старание, чтобы доставить его в целости. Даже если потеряете всех своих людей.

– Он так важен? – спросил Давид, поглаживая обруч.

– Да. Чрезвычайно! Это корона, Давид. Понимаете? Вообще-то говоря, это транслятор. Так сей предмет прозван в «Анналах Лабораториума планеты Йу толо», а это не только самый емкий перечень объектов культуры Волхвов, но и самый точный. Ну, йу разбирались со следами деятельности сверхцивилизации добрых пять веков, так что у них было время накопить опыт.

– Транслятор гиперполя? – пробормотал Виштальский. – Трансгрессивные воплощения. Универсальные превращения. Но это же сказки, профессор! Черная, белая и серо-буро-малиновая магия!

– Как знать, – хмыкнул Свантессен, – может, и магофизика. Кстати, уважаемый академик Линдгрен, мой учитель, и вовсе отрицал само существование трансляторов, полагая, что генерация гиперполя невозможна в принципе. Но имеем ли мы право отрицать то, чего не знаем? Лично я придерживаюсь мнения, что трансляторы для Волхвов были примерно тем же, чем для нас служат биоточные сервисы, – надевая эти

обручи на головы, галакты мысленно управляли объектами техносферы планеты. Впрочем, для нас важнее иное – древних правителей Курре короновали этими обручами, не ведая, для чего они. Мне тоже придется возложить на себя эту старинную регалию, ибо я не хочу проливать кровь! Мне нужно дать землю безземельным и дома бездомным, а трапперы с ведунцами мешают, вцепились в старое и держатся, животы готовы положить за варварство и дикость. Только став императором, я смогу покончить с беспределом и обеспечить землянам свободный доступ ко всем объектам сверхцивилизации. С Землей я уже договорился. Вы всё поняли, Давид?

– Почти, – признался галактист.

– Что вам не ясно?

– Я не пойму, как на человеческую голову можно надеть такую здоровую штуку.

Большой Жрец улыбнулся.

– Всю бы жизнь интересоваться вашими вопросами, – вздохнул он и добавил: – Если найдете живой обруч, возьмите его обеими руками и как бы наденьте на голову. Примерьте – и он сам подгонит свой размер под вас. Вопросов больше нет?

– Когда выступать? – подтянулся Виштальский.

– Завтра на рассвете. И запомните хорошенько – трапперы будут вам мешать на всём пути! Опасайтесь засад. Горцы тоже могут стать проблемой. Да что – могут! Обязательно станут. А чего вам опасаться за перевалом, я могу лишь догадываться. Повторяю – будьте бдительны! Трапперы стерегут все подходы к кораблю на Перевале, для них и Город, как колдуны прозвали мегакомплекс, и сам звездолет суть святые места, куда даже паломникам вход строго воспрещен. И вот что – поменьше думайте о том, чтобы выглядеть храбрым командиром, – избегайте стычек. Вы мне нужны живым, Давид. Вы – и вот это, – Свантессен погладил обруч.

– Разрешите идти?

– Вот что, Давид. Вы, помнится, отличались логикой и холодным расчетом в опасных ситуациях. Это ценно. Постарайтесь и впредь не поддаваться эмоциям, абстрагируйтесь от частного, чтите принципы галактизма! Взвешивая все «за» и «против», принимайте оптимальное решение, не оценивая процесс слезой ребенка, – это глупость и юродство. Дитяте поплакать, что пописать. Вот если вы остановите свой выбор на самом добром решении, оно как раз и потребует максимума жертв. Не допускайте в сердце жалость и освободитесь от химеры совести, не растрачивайте себя на мелкие людские горести. Вместо того чтобы спасти одного-двух и потешить тем свое чувство справедливости, помните – вы можете и должны помочь миллиардам землян, миллионам маранитов! Короче говоря, оставайтесь бесстрастным наблюдателем.

– Так точно.

– Секундочку.

Большой Жрец скрылся за шторой и вскоре вернулся, держа в руках черный длинноствольный пистолет-дезинтегратор.

– Квантовый разрядник? – вырвалось у Давида.

– Он самый. Держите, это вам. Неадекватно, конечно, но что делать? Жизнь такая!

Виштальский с опасливым восторгом принял увесистое оружие, сжал удобную рукоятку, погладил керамическое цевье. Из разрядника он стрелял один раз в жизни, на полигоне. Убийственная штука!

– Берегите батарею, Давид, здесь всего шесть зарядов.

– Так точно!

– Ступайте. Стоп! Чуть не забыл. Возьмите и это заодно.

Большой Жрец протянул младшему приору блестящий стержень, с палец величиной. Стерженек успокаивающе мигал зеленым огонечком.

– Это дозиметр, изготовленный на планете риттов. Если будет фонить, загорится желтый индикатор. Если радиация опасна для жизни – красный.

– Спасибо.

– Не за что.

Ранним утром отряд Виштальского тронулся в путь – сто двадцать шесть отборных бойцов. Сто двадцать седьмым был Давид. Младший приор Тавита Вишту.