Чтение онлайн

— Ну-ну… Мы ждем, — с надеждой кивнул он. — Возьми в толк, что происходит.

Наташа подумала и сказала:

— Значит, по вашей логике, я одолжила слайды каким-то бандитам. Они напечатали фотографии, ограбили Людмилу Ильиничну и теперь хотят меня убить, чтобы я их не выдала.

— По нашей логике точно так, — подтвердил Беляков. — А по твоей?

— Почему же они сразу меня не убили — когда грабили? Ведь я могла выдать их по горячим следам.

— Выйдите, Румянцева, и подождите в коридоре, — сурово приказал Беляков.

Наташа

подчинилась.

— Барышня права, — признал Котов. — Концы с концами у нас не сходятся. Тут какая-то неувязка.

— Но покушение-то было, — напомнил Беляков. — Нутром чую, знает она что-то, но молчит. Убьют ее, глупую — тем и кончится.

— Охрана нужна, — подал голос молчавший до этого Никольский.

— Позвони в управление, — попросил Беляков Котова. — Пускай наружку пустят.

— Виталий Петрович, вы что — первый раз замужем? — удивился Котов. — Пока рапорт, пока визы… Раньше утра никто ей на хвост не сядет.

— В КПЗ переночует.

— Не имеем права задерживать, — возразил Сергей.

— А что делать, — ответил Беляков. — По крайней мере, будет жива.

— Она переночует у меня, — твердо сказал Никольский. Теперь он знал уже точно: ни в чем Наташа не виновата. И не будет никакого служебного проступка, если он с ней подружится. Наоборот, личные отношения могут даже принести пользу делу.

Услышав фразу майора, Беляков и Котов многозначительно переглянулись.

Сергей накрыл на стол в гостиной. Наташа сидела на диване, наблюдая за его приготовлениями.

— Сейчас ужинать будем, — объявил он. — Я чайник поставил. Пока закипит — яичницу пожарю.

— Я помогу, — предложила девушка.

— Не надо, — поспешно отказался Сергей. — Беспорядок у меня на кухне. Я сам. — Он уронил тарелку, наклонился, собрал осколки.

— К счастью, — заметила Наташа.

— Вряд ли, — унося осколки, возразил Никольский. — Сколько бью — и ничего не светит.

— Ну, может, на сей раз… — обнадежила девушка.

Ей очень нравился этот сильный, ухватистый, самостоятельный мужик. Нравилась его честность, принципиальность, о которых Наташа наслышалась от Тарасова. Не нравилась Наталье только профессия Сергея. И не из-за обычных обывательских предрассудков, а просто из-за смертельного риска, ведь ежедневно ему подвергал себя человек, ставший уже дорогим Наташе…

— А хлеба-то нет, — вернувшись из кухни в гостиную, виновато сообщил Никольский. — Не успел купить. Где-то пачка печенья завалялась, — и опрокинул солонку, рассыпав по столу соль. — Да что за невезение! Теперь точно поссоримся.

— Сергей, — сказала Наташа, — успокойся.

Она подошла к нему, положила руки на плечи и поцеловала в губы. Поцелуй получился долгим, жарким, вкусным. Никольский обнял девушку, крепко прижал к себе, она податливо приникла к нему и замерла, чуть покачиваясь, словно гладя Сергея небольшой сочной

грудью. Они едва оторвались друг от друга — когда у обоих уже закружились головы.

— Менты все нервные, — переводя дыхание, заметил Сергей, как бы продолжая прерванный разговор.

— Зачем ты так себя называешь? — возмутилась Наташа.

— А по-моему, хорошее слово — «мент». Гордое, — заявил Никольский. — Да и кто я, по-твоему?

— Не знаю. Хочу понять… — она пристально взглянула ему в глаза.

— Мент — это не профессия, — пояснил Сергей.

— Что же это? — Она чуть наклонила голову, будто изучая его.

— Мент — состояние духа. Образ жизни. — Он не рисовался, он говорил искренне, сам верил в свои слова.

— И тебе нравится твой образ жизни? — спросила она с холодной недоброй иронией, явно стремясь задеть его.

— Ненавижу! — Он потешно передернулся, старясь свести разговор к шутке.

Однако Наташа не приняла его тона.

— Тогда почему ты мент? — задала она свой сокрушительный, по ее мнению, вопрос. — Алеша говорил, ты был первый на курсе. Юристы сейчас везде — элита.

Нет, Наташа не рвалась в элиту, даже презирала ее, считала ее йэху. Просто очень уж сильно девушка испугалась за Сергея сегодня…

— Что еще говорил Алеша? — Он напрягся, почувствовав болезненный укол ревности.

— Не отвлекайся. Я спрашиваю, почему не возьмешься за ум? — В ее голосе появились менторские нотки.

— Пробовал — не получается. Потом понял: так устроен — быть охотником… И ничего не хочу менять! — твердо добавил он.

— А если захочу я? — она взглянула на него в упор.

— Не стоит! — рассмеялся Сергей. — Но приятно, когда кто-то о тебе думает, — он блаженно улыбнулся.

— О ком же мне еще думать? — удивилась Наташа.

— Мало ли… — хмыкнул он. — А раньше о ком?.. — вдруг словно спохватился Сергей.

— 

— О-о! — протянула Наташа и засмеялась наконец сама. — Такого парня себе намечтала! И вдруг — ты… — Она ласково провела пальцем по его щеке.

— Жуть! — Сергей опять потешно передернулся. — Выбрось меня из головы сейчас же! — Он сделал страшные глаза.

— Поздно… — Наташа нежно улыбнулась. — Все уже случилось. И с тобой — тоже.

— Да… — произнес Сергей хрипловато; только это и выдавало его волнение.

Они снова поцеловались — столь же жарко и вкусно, как и в первый раз.

— Господи, — выдохнула Наташа, — как он бил тебя! Подонок! Обезьяна!

— А как? — иронично посмотрел на нее Сергей.

— Насмерть… — Девушка вся сжалась, будто это ее сегодня избили и она заново переживала происшедшее.

— Что же ты раньше не сказала? — улыбнулся Никольский. — А я в рапорте написал: побои средней тяжести, — и серьезно добавил. — Жалко, упустил гада.

Девушка отступила на шаг.

— А себя не жалко?! Дуралей несчастный! — выкрикнула она отчаянно.