На свете счастья нет, но есть…

Алина сделала глоток американо и замерла, оторвавшись от новой книги Пелевина «Тайные виды на гору Фудзи». На секунду по телу разлилось удивительное спокойствие, полное

тепла.

– Что с тобой, Аль? – Мила, жадно поедающая бургер, с удивлением глядела на застывший взгляд подруги.

– Да так…официант! – Алина махнула рукой, подзывая к себе моложавого высокого юношу.

– Хотите что-то еще заказать? – парень с нелепыми усиками сосредоточенно глядел на Алину, готовясь записать в блокнот заказ.

– Нет…я не ем в это время. Скажите, что это за сорт кофе?

– Честно, понятия не имею. Сейчас спрошу у баристы и вернусь, – официант озадаченно почесал затылок и скрылся в соседнем зале.

Подруга хихикнула, пошутив что-то про таракана, который оказался в напитке, судя по алиныной реакции. Только та уже не слушала ее, снова погрузившись в чтение. Книга была несильно интереснее, чем разговоры с Милой. Но все культурные

люди в кругу Алины уже познакомились с новым шедевром просветленного Виктора Олеговича. Быть не в теме казалось постыдным, и девушка заставляла себя листать страницу за страницей.

«Каждый раз об одном и том же разными словами», – она мысленно закатывала глаза от прописных истин.

Как вдруг дошла до развития сюжета, когда герой-богач начинает использовать медитативную практику – джану, чтобы испытать истинное глубокое счастье. Теперь персонаж, поначалу провоцировавший лишь смесь брезгливости и жалости, вызывал что-то еще. На самом интересном месте девушку прервал материализовавшийся из ниоткуда официант. Он принес Миле второй бургер и объяснился.

– Это мексиканская арабика. «Жокей». Прошу прощения…Наверное, вам не понравился вкус? Дело в том, что обычно мы используем более дорогие сорта кофе. Сегодня они кончились – пришлось бежать в соседний магазин, и покупать хоть что-нибудь…

Конец ознакомительного фрагмента.