На перекрестке веков

Как-то у фотовитрины газеты «Известия», где была вывешена подборка снимков об Иране, я невольно подслушал небольшой диалог.

— Смотрите, — сказал один, — среди тегеранцев вовсе не видно женщин в чадре.

— Да и сам город, — заметил другой, — больше похож на европейский, чем на восточный.

Их дальнейший обмен мнениями, в котором нашлось место и гаремам, и томным восточным красавицам, скрывающим свое лицо от взгляда постороннего мужчины, и невероятным рассказам из сельской и городской жизни Востока, и многому другому, продолжался в том же духе. В общем, он сводился к одному — снимки никак не соответствовали их представлениям об этой стране.

Несколько брошенных мною реплик заинтересовали участников

дискуссии. Мы познакомились. А потом на скамейке у памятника Пушкину мне пришлось рассказать кое-что из того, что довелось увидеть, узнать за несколько лет корреспондентской работы в Иране.

Мои новые знакомые посоветовали рассказать об этом и другим. Так родилась мысль написать о нашем южном соседе, о городах, селах и людях Ирана, о переменах, которые происходят в социальной, экономической и культурной жизни. О тесном переплетении нового со старым, века нынешнего и века минувшего, о контрастах в жизни различных слоев населения и во внешнем облике улиц и площадей. О давних и ныне постоянно крепнущих советско-иранских отношениях, о расширении экономического, технического и культурного сотрудничества между нашими странами. О том, какую большую роль сыграла в судьбе Ирана Великая Октябрьская социалистическая революция, ее вождь В. И. Ленин и каким глубоким уважением пользуется в Иране имя Владимира Ильича. Рассказать и о замечательных исторических, художественных, архитектурных памятниках Ирана, привлекающих к себе ежегодно тысячи туристов со всех стран света, а также многочисленных ученых-востоковедов. И о том, как используется богатое культурное наследие прошлого в творчестве современных зодчих, профессиональных художников и народных мастеров…

Об этом и написана эта небольшая книга. Ее автор не претендует на всесторонний анализ социально-экономических процессов, происходящих в сегодняшнем Иране, а ставит перед собой более скромную задачу — рассказать о событиях, свидетелем которых он был, о встречах, которые оставили глубокое впечатление, о фактах, которые показались интересными.

С большим другом Советского Союза, членом Иранского общества культурных связей с СССР Хамидом Саяхом мы сидим в одной из комнат Дома культуры Общества, расположенном на тенистой тегеранской улице Весале Ширази. Полдень. Время, когда город, опаленный зноем, затихает. Тихо и в аудиториях и в комнатах Дома. Оживление наступает здесь вечером, когда тегеранцы, желающие узнать о жизни советских людей, приходят в библиотеку, на курсы русского языка, на выставку или в кинозал, на встречу с советскими деятелями культуры, приезжающими в Иран, с иранскими общественными деятелями, посетившими СССР и готовыми поделиться с соотечественниками своими впечатлениями о поездке.

А сейчас мы жадно слушаем рассказ Хамида Саяха. Нашему собеседнику посчастливилось видеть вождя пролетарской революции В. И. Ленина.

— Тому, что Иран является сейчас самостоятельным, независимым государством, мы обязаны Ленину и Октябрьской революции, — говорит Саях. — Не будь этой революции и ее вождя Ленина, Иран остался бы разделенным на сферы влияния между Англией и царской Россией. Каким бы ни был иранец, по если он настоящий патриот, он не может не оценить заслуг Владимира Ильича в судьбе Ирана.

Хамид Саях, который в трудные годы становления молодого Советского государства прибыл в Москву в составе иранской делегации для переговоров с правительством Страны Советов, вспоминает:

— Я впервые встретился с Лениным в декабре 1920 года. В то время все, что говорилось в Иране о России, было связано с именем Ленина. Он олицетворял собой те надежды, которые иранский народ возлагал на новую Россию. Поэтому мы очень хотели поговорить с ним. Ленин принял нас в своем рабочем кабинете. Когда мы входили, он встал из-за стола и пошел нам навстречу. Нам сразу бросилась в глаза простота вождя революции, скромность обстановки его кабинета. Ленин подробно интересовался жизнью иранского народа, его нуждами, горячо говорил о

победе Октябрьской революции и будущем России. Он выразил надежду, что в скором времени будет подписан советско-иранский договор и в отношениях между нашими странами наступит новая эпоха. В беседе с Лениным я сразу почувствовал, что разговариваю с гениальным человеком и великим вождем революции.

— Во второй раз, — продолжал г-н Саях, — я увидел Ленина в другой обстановке, в Большом театре, где проходил съезд Советов. Помню, что в своей знаменитой речи об электрификации России Владимир Ильич говорил просто, поражал силой логики и колоссальной идейной убежденностью.

— В морозные январские дни 1924 года я видел Ленина в третий, и последний, раз. Это было в Колонном зале Дома Союзов. Вместе с трудящимися Советской страны и всего мира я прощался тогда с великим пролетарским вождем и вместе со всеми переживал тяжелую утрату…

После встречи с Хамидом Саяхом мне не раз приходилось беседовать о Владимире Ильиче с другими старейшими общественными, политическими и культурными деятелями Ирана, с простыми иранцами. И что удивительно: мои собеседники приводили такие подробности и детали из ленинской биографии, как будто они были хорошо знакомы с ним, слышали или видели его — так глубоко запал в память образ основателя первого в мире социалистического государства.

Собственно, в этом ничего удивительного нет. За несколько лет пребывания в Иране мне довелось воочию убедиться в том, какую огромную роль сыграл В. И. Ленин в судьбе иранского народа и других народов Востока. Известно, что с победой Октябрьской революции молодая Советская республика отменила все соглашения и договоры, навязанные Ирану царской Россией. Находясь в Иране, материально, зримо ощущаешь все значение этого благородного акта.

— Порт наш, который раньше назывался Энзели, принадлежал царской России. Ирану возвратил его Ленин, — говорили мне старые портовики Пехлеви.

— Этой дорогой до революции в России распоряжалось царское правительство, — рассказывали железнодорожники на участке Тебриз — Джульфа.

Один из старейших политических деятелей и ученых Ирана, Матин Дафтари, как-то выступая в Тегеране, рассказывал, с каким восторгом была воспринята в Иране весть о победе Октябрьской революции. Эта победа, говорил он, открывала перед иранским народом новый, независимый путь развития. Председатель правления Иранского общества культурных связей с СССР Масуд Ансари отмечал, что великий вождь советского народа выдвинул принцип мирного сосуществования. Почетный председатель этого Общества Аманолла Джаханбани в cвоих выступлениях неоднократно подчеркивал, что сегодняшнее успешное развитие советско-иранских отношений, основанных на принципах взаимного уважения и делового сотрудничества, является продолжением политики, разработанной великим Лениным.

Имя Владимира Ильича можно часто встретить на страницах иранской прессы. Так, иранский еженедельник «Ханданиха» в одном из своих номеров опубликовал подробную биографию вождя Октябрьской революции. «Среди личностей, которые сыграли выдающуюся роль в мировой истории, — писал журнал, — Ленин занимает особое место. Революция в России, осуществленная под его руководством, изменила ход современной истории».

Вот почему каждый год в конце апреля Дом культуры Иранского общества культурных связей с СССР не вмещает всех желающих побывать на торжественном собрании, посвященном дню рождения В. И. Ленина. Среди участников собрания всегда можно встретить депутатов парламента, студентов, рабочих, представителей интеллигенции.

Ленинские дни в иранской столице совпадают с широким шествием весны. Одеваются листвой вековые чинары и в парке Дома культуры. Это придает ленинскому юбилею особенно праздничный вид. На дорожках парка открывается большая фотовыставка, посвященная жизни и деятельности Владимира Ильича. Такие же выставки организуются и в других местах Тегерана. Стало традицией, что эти выставки проходят под девизом «Ленин — друг народов Востока», который, пожалуй, наилучшим образом выражает любовь и уважение иранцев к Владимиру Ильичу Ленину.