На гвозде

А.П.ЧЕХОВ

НА ГВОЗДЕ

По Невскому плелась со службы компания коллежских регистраторов и губернских секретарей. Их вел к себе на именины именинник Стручков.

– Да и пожрем же мы сейчас, братцы!
– мечтал вслух именинник. Страсть как пожрем! Женка пирог приготовила.

Сам вчера за мукой бегал. Коньяк есть... воронцовская... Жена, небось, заждалась!

Стручков обитал у черта на куличиках. Шли, шли к нему и наконец пришли. Вошли в переднюю. Носы почувствовали запах пирога и жареного гуся.

– Чувствуете?
– спросил Стручков и захихикал от удовольствия. Раздевайтесь, господа! Кладите шубы на сундук! А где Катя? Эй, Катя! Сбор всех частей прикатил! Акулина, поди помоги господам раздеться!

– А это что такое?
– спросил один из компании, указывая на стену.

На стене торчал большой гвоздь, а на гвозде висела новая фуражка с сияющим козырьком и кокардой. Чиновники поглядели друг на друга и побледнели.

– Это его фуражка!
– прошептали они.
– Он... здесь!?!

– Да, он здесь, - пробормотал Стручков.
– У Кати... Выйдемте, господа! Посидим где-нибудь в трактире, подождем, пока он уйдет.

Компания застегнула шубы, вышла и лениво поплелась к трактиру.

– Гусем у тебя пахнет, потому что гусь у тебя сидит!
– слиберальничал помощник архивариуса.
– Черти его принесли! Он скоро уйдет?

– Скоро. Больше двух часов никогда не сидит. Есть хочется! Перво-наперво мы водки выпьем и килечкой закусим... Потом повторим, братцы... После второй сейчас же пирог. Иначе аппетит пропадет... Моя женка хорошо пироги делает. Щи будут...

– А

сардин купил?

– Две коробки. Колбаса четырех сортов... Жене, должно быть тоже есть хочется... Ввалился, черт!

Часа полтора посидели в трактире, выпили для блезиру по стакану чаю и опять пошли к Стручкову. Вошли в переднюю. Пахло сильней прежнего. Сквозь полуотворенную кухонную дверь чиновники увидели гуся и чашку с огурцами. Акулина что-то вынимала из печи.

– Опять неблагополучно, братцы!

– Что такое?

Чиновныежелудки сжались от горяж голод не тетка, а на подлом гвозде висела кунья шапка.

– Это Прокатилова шапка, - сказал Стручков.
– Выйдемте, господа! Переждем где-нибудь... Этот недолго сидит...

– И у этого сквернавца такая хорошенькая жена!
– послышался сиплый бас из гостиной.

– Дуракам счастье, ваше превосходительство!
– аккомпанировал женский голос.

– Выйдемте!
– простонал Стручков.

Пошли опять в трактир. Потребовали пива.

– Прокатилов - сила!
– начала компания утешать Стручкова.
– Час у твоей посидит, да зато тебе... десять лет блаженства. Фортуна, брат! Зачем огорчаться? Огорчаться не надо.

– Я и без вас знаю, что не надо. Не в том дело! Мне обидно, что есть хочется!

Через полтора часа опять пошли к Стручкову. Кунья шапка продолжала висеть на гвозде. Пришлось опять ретироваться.

Только в восьмом часу вечера гвоздь был свободен от постоя и можно было приняться за пирог! Пирог был сух, щи теплы, гусь пережарен - все перепортила карьера Стручкова! Ели, впрочем, с аппетитом.