Чтение онлайн

– День добрый, Иосиф!

– А! Ага, добрый. Все в силе?

– Да. Я смотрю, ты один?

– Да чего там, вы же говорили – легкое дельце.

«И делиться не хочется. Молодец какой!»

– Ну, тогда смотри сюда.

Портфель на краткий миг явил собеседникам свое содержимое: две бутылки с мокрыми тряпками в горлышке. Резко завоняло бензином.

– Две бутылки, две тысячи. Устраивает?

– Ух! Годится!

– Тогда лови экипаж и поехали.

По дороге они ненадолго остановились у большого магазина, где работодатель Еси приобрел (сколько

он уже их закупил – ужас!) большой и прочный черный кожаный чемодан и такого же цвета невзрачный, но весьма вместительный саквояж, положив вторую покупку в первую. Пока добирались до места, паренька разобрало любопытство:

– А зачем все это? Ну… поджигать там, все прочее?

– Много будешь знать, быстро состаришься. Ты лучше думай, каким путем назад будешь возвращаться.

Окончательный инструктаж Иосиф получил почти рядом с банком.

– Вон тот дом видишь? Боковая стенка глухая, об нее и расколотишь бутылки, только тряпки поджечь не забудь. Спички вот, держи портфель. Вот тебе первая тысяча. Теперь смотри сюда. Видишь, вторую часть заворачиваю в газету? Да не ошибся я, не радуйся так. Просто решил немного больше заплатить. Ты же ведь не против?

– Не, что я – дурак, что ли?

– Так вот, сворачиваю и кидаю…

Сложенная в несколько раз газета полетела в уличную урну рядом с собеседниками.

– Сделаешь, побежишь обратно и по пути заберешь. Я невдалеке стоять буду, посмотрю. Не подведи меня, Еся!

– А то! Ну, все, я пошел.

«Лети, голубь, лети».

Иосиф, мерно помахивая зажатым в руке портфелем, добрался до места будущего пожара (идти-то шагов пятьдесят всего) и принялся вертеть головой, выглядывая полицейских. Не увидев никого вблизи, стал копаться в портфеле, периодически поглаживая карман с деньгами. Вот задымило… резкий взмах рукой, и что-то полетело в стенку дома.

«Пора!»

Звон разбившегося стекла и визги женщин князь услышал только краем уха – он уже заходил в банк. Свободный от клиентов клерк тут же принялся обхаживать посетителя:

– Чем могу вам помочь, господин…

Пока к нему добирался служитель Мамоны, Александр успел пересчитать всех присутствующих. К пяти клеркам добавились четыре посетителя, причем один из них был офицером от… инфантерии, ежели он правильно разобрал все знаки и вензеля. И самое неприятное – в углу торчал охранник.

– Пилсудский. Я хотел бы положить на свой счет три миллиона. И желательно – не на виду у всех!

– О, конечно! Прошу за мной, господин управляющий будет только рад.

Господин управляющий действительно был рад – перед тем как незаметно испариться, клерк успел-таки шепнуть своему начальнику сумму вклада.

– Итак, господин…

– Пилсудский. Юзеф Пилсудский.

– Очень приятно. Какую сумму вы хотите поместить в наш банк?

– Около трех миллионов, но… Вы знаете, я не совсем уверен в правильности названной суммы. Возможно, ваш кассир?..

Пока такой дорогой клиент снимал перчатки и возился с заевшим замком своего новенького чемодана, появилась и живая счетная машинка. Замок наконец сдался, тихонько щелкнул,

и… на свет появился револьвер.

– Тсс! Кричать не надо, не поможет.

Увязав толстым шпагатом управляющего и казначея, посетитель проверил, как сидят кляпы, и облегченно вздохнул. Одевая перчатки, он на ходу бросил своим пленникам:

– Молодцы! Сидите тихо и не скучайте. Я сейчас вернусь.

Пять шагов по короткому коридору, десять – до входной двери. Перевернуть табличку с «ОТКРЫТО» на «ЗАКРЫТО» и задвинуть маленький засов – все это под взглядами недоумевающих посетителей и клерков. А вот охранник что-то заподозрил и двинулся навстречу… Поздно!

– Господа!

У мужчины в руке появился «раст-гассер», и всем все стало понятно. В наступившей тишине было слышно, правда, еле-еле, как на улице заливается свисток припозднившегося постового.

– Прошу не волноваться и не делать резких движений. Обещаю – в этом случае все останутся живы.

Первым отреагировал офицер, правда, с места так и не сдвинулся.

– Кто вы такой, черт вас побери?!

– Я борюсь за свободу Речи Посполитой, и этого вам достаточно! Теперь попрошу всех присутствующих пройти за стойку. Благодарю. А теперь попрошу всех лечь на пол.

Дах!

Замешкавшийся охранник дернулся и потер щеку: разлетевшаяся на осколки стеклянная чернильница поранила ему лицо и забрызгала левый рукав чернилами. Увидев это, офицер немного замедлился.

– Следующая пуля будет в колено. Вот и хорошо. Оружие достать двумя пальцами и от себя… Медленно!

Быстро заменив отстрелянный патрон новым, он заблокировал дверь в хранилище подвернувшимся стулом и со всеми предосторожностями обездвижил десяток человек (сам себя нахваливая за то, что заранее нарубил шпагат на удобные отрезки и навертел кляпов – да и тех едва хватило). Дверь в подвал начала подозрительно поскрипывать, но выламывать ее пока не спешили. И на том спасибо.

– Господин управляющий, вы ведь не заскучали? Не скажете, сколько сейчас наличности в хранилище?

– Вы безумец? Вас же непременно поймают и будут судить!

– А давайте я выстрелю вам в живот, и вы умрете долгой и мучительной смертью? Но-но, зачем же так бледнеть! Я всего лишь предложил, не хотите – и не надо. Встаем, вот так. Теперь попрошу на выход. Кто сейчас в хранилище?

– Никого.

– Вы в этом твердо уверены? Ну, тогда идите вперед и показывайте дорогу. Ежели что не так, вы же понимаете, что все пули достанутся вам? Прошу.

– Постойте! Я… я вспомнил. Внизу должен быть второй охранник.

Увы, к огорчению господина управляющего, охранник ему не помог: открыв-таки дверь (уж так ломился, так старался) и увидев своего начальника с прижатым к голове стволом револьвера, он замешкался, а потом стало поздно, потому как револьвер теперь смотрел на него.

– Вперед. Медленно! Теперь к стене. Лечь на пол. Господа, считаю до одного, а потом кто-то из вас получит пулю!

На управляющего шпагата уже не хватило, пришлось связывать его подтяжками и поясом, любезно пожертвованными охранником.