На берегу
Шрифт:
Номер Хакима по меркам элитного отеля был довольно непритязательным, но его это полностью устраивало. Собственно говоря, его устроило бы и куда более скромное жильё, тем более - временное... Но главным достоинством этого номера было то, что его никто не станет здесь искать. Как и халифа с остальной свитой, разместившихся по соседству - и совсем не там, где должны были согласно записям.
Причиной этому был риск покушения - пусть сведения и были недостоверными, но речь шла о "Руке Пророка", наследниках недоброй памяти "Исламского государства"... То есть о банде фанатиков, готовых на любое,
Будь у него такая возможность, Хаим бы вообще здесь не показывался бы и не пустил бы халифа - но положение обязывает, и потому контрразведке пришлось постараться, чтобы превратить отель в достойную ловушку и при этом не испортить роскошные интерьеры... Что было совершенно бессмысленно, поскольку бой всё равно приведёт их в негодность, а уж взрыв - и подавно. И даже если никакого нападения не случится, всё можно будет привести в порядок за несколько часов...
От размышлений о том, что ещё можно сделать, Хаким отвлёк сигнал тревоги - третий за вечер. Несколько минут понаблюдав за грузовиком и убедившись, что тревога ложная, Хаким вернулся к своим мыслям - и вздрогнул, когда сигнал прозвучал снова. И на этот раз никаких сомнений не было - покушение всё-таки будет. Другое дело, что оно закончится, так и не начавшись - если, конечно, не произойдёт чего-то абсолютно непредвиденного.
Грузовик набрал скорость, свернул на подъездную дорогу и помчался к отелю. Засевшие в кабине боевики вопили и палили во все стороны, видимо, надеясь таким способом расчистить себе путь... А затем в дело вступили две припрятанные в кустах зенитки. Древние неистребимые ЗУ-23, которыми уже второе столетие пользовалось полмира... И они не подвели. На месте грузовика вспух огненный шар, жалобно зазвенели стёкла, взлетели в воздух с корнем вырванные деревья - но это Хакима уже не интересовало. Покушение сорвалось - а всё остальное значения не имеет. И теперь, наконец, можно отдохнуть... Если, конечно, ещё чего-нибудь не случится.
Самолёт халифа покинул Алжир без происшествий. Были опасения, что фанатики попытаются повторить нападение, но нет - то ли под рукой не оказалось ничего подходящего, то дли просто местная ячейка в полном составе взорвалась на грузовике. Хакима такие подробности не интересовали - в отличие от самого нападения.
О том, где разместился халиф, знали немногие. И боевики из "Руки Пророка" в этот круг уж точно не входили... Следовательно, среди тех, кто знал, оказался предатель. Ничего удивительного - но крайне неприятно, и потому это расследование Хаким контролировал лично. Слишком уж опасен был этот мерзавец, кем бы он ни был... А у Хакима было несколько идей о личности предателя - разной степени неприятности, поскольку в списке подозреваемых были и его люди. Правда, никого из его помощников, но всё же...
– Вы обеспокоены, Уаси, - констатировал халиф.
– Вы опасаетесь, что измена затронула ваших людей и считаете себя виновным в этом. Напрасно - даже если и так, в этом нет вашей вины... А я не думаю, что это так.
– Вот как? Позвольте узнать, мой халиф, что навело вас на подобную мысль?
– осведомился Хаким, отрываясь от планшета.
– Человек, знакомый с вами и с ходом ваших мыслей, исходил бы из того, что вы озаботитесь созданием
– Логично, - согласился Хаким.
– Хотя я не стал бы отбрасывать ни одну версию без веских на то оснований... Но если вы правы, то круг подозреваемых сильно сужается.
– Разумеется, я прав, - отмахнулся халиф, возвращаясь к созерцанию проносящегося далеко внизу Средиземного моря.
Премьер-министр отложил папку и поднял взгляд на гостью. Новости действительно стоили того, чтобы министр иностранных дел доставил их лично...
– Экстренное заседание правительства состоится через два часа, - сообщил премьер-министр.
Икари молча поклонилась и вышла, а Куруруги, оставшись в одиночестве, коротко и ёмко выругался, чего не позволял себе очень давно. Положение было ничуть не лучше, чем во время Окинавского кризиса, и могло стать ещё хуже... А ещё необходимо доложить тэнно, причём лично, как и всегда.
Тэнно оторвался от изучения новостных сайтов и коротко осведомился у вошедшего Куруруги:
– Индонезия?
– Да. Полагаю, вам уже известно об обращении к БРИКС?
– Разумеется. Вполне разумный и ожидаемый ход... И разумеется, я даю согласие на использование частей Национальной Армии за рубежом.
Куруруги молча поклонился. Теперь вряд ли кому-то придёт в голову выступить против отправки войск - что в правительстве, что в парламенте. Возможно, в другой ситуации Япония могла бы полностью взять на себя всю тыловую работу - но сейчас требовался боевой опыт, пусть даже такой условный, как охрана демаркационной линии. Мир менялся - стремительно и необратимо, и кровь неизбежно прольётся... И Япония должна быть готова к этому. Столетие пацифизма немало дало стране, но едва ли не больше отняло - и теперь приходилось спешно восстанавливать утраченное...
– Куруруги-сан, моему ведомству необходимо дать ответ в течение сегодняшнего дня, - заявила Икари, едва совещание началось.
– В таком случае вы можете уже сейчас выразить предварительное согласие - Япония направит в Индонезию части Национальной Армии. Их состав и численность будет определена на этом совещании.
– Всё зависит от времени, - заговорил министр обороны.
– Если использовать только десант или морскую пехоту, то они могут быть направлены в любой момент - но не боле батальона. Если требуются более существенные силы, то в течение десяти-пятнадцати дней может быть подготовлена усиленная общевойсковая бригада...
– Вот и подготовьте, но спешить с её отправкой не стоит - думаю, пока что хватит и батальона или даже нескольких рот. Впрочем, чисто военные вопросы я оставляю на ваше усмотрение... Икари-сан, мне хотелось бы услышать ваше мнение о международной реакции.
– Её предсказать очень легко - Лига снова закатит истерику, - ответила глава МИД.
– поскольку на любые действия БРИКС они реагируют совершенно одинаково. Правда, в этом случае масштаб истерики может быть заметно больше обычного... Но ничего такого, с чем бы мы не справились.