Чтение онлайн

Антуан де Монтье – собственной персоной. Самый умный и высокоразвитый из пяти личностей, его IQ далеко за 160.

Руфус – пожалуй, очень слаб и пуглив. Однако он берет на себя всю боль, которую испытывает кто-либо из личностей. Его мать сильно издевалась на ним, поэтому с ним нужно быть осторожным."

– Ой-ой, мне пора бежать, Юрий Гавриилович. Надо бы поспешить на поезд. – Алексей неожиданно встрепенулся.

– Куда-то уезжаешь?

– Да, я.. Хотел повидать лепшую подругу. Мы с ней очень давно не общались, поэтому хотел бы прибыть часов в 19:00.

– Та самая.. Напомни, где она

живет?

– В Невограде.

– А-а, понял тебя. Но ведь до него поезд идет дольше семи часов, а ты еще хотел..

– Хах, нет-нет, я успею, поеду на скоростном поезде. Он управится не больше, чем за 4 часа.

– Это же откуда деньжищи такие? – Юрий Гавриилович немного улыбнулся.

– Косуху старую продал. Поколдовал над ней и стала как новенькая.

– Понятно. Что ж, не смею тебя задерживать, поторопись.

– Благодарю, Юрий Гавриилович. Всего вам доброго. – Алексей чуть поклонился и только собирался покинуть кабинет, как вдруг его остановил врач.

– Алексей!

– Да?

Юрий выдержал небольшую паузу и произнес:

– Воздержись от необдуманных поступков. Хорошо?

Алексей улыбнулся.

– Не переживайте, Юрий Гавриилович, все будет отлично. – и после этих слов покинул кабинет.

Врача охватили некоторые сомнения, он искренне переживал за своего пациента. Алексей стал ему как второй сын, но в тот момент разум занял не совсем он.

– "Мартин…"

***

Приблизительно через час Алексей был уже на вокзале и спешил к поезду. Отправка была через пять минут, поэтому нужно было немного поторопиться. Алексей собирался к своей давнишней подруге, к которой у него были платонические чувства. Он их всячески скрывал, подпитывая тем, что любовь на расстоянии невозможна, это крайне тяжело с точки зрения морали: нет возможности увидеться, вместе прогуляться под вечерним небом, просто побыть наедине друг с другом.

Любовь – нелегкая ноша, иногда ее боль настолько сильна, что кажется вот-вот умрешь. Хотя, опять же, любой человек считает по-разному, ведь любовь – растяжимое понятие во многих смыслах. Алексей успел на свой поезд буквально за две минуты до отправки, как же вовремя. Он занял свое место возле зеркала, приблизительно в середине вагона. Ему очень повезло, что никто не находился рядом с ним во время поездки, ведь это нарушало его "личное пространство".

Да-да, тот еще интроверт.

На время дороги Алексей взял с собой книгу Стивена Кинга "Оно", ему доводилось посмотреть экранизацию 1990 года и ремейк 2017.

Оба фильма произвели на него огромное впечатление, поэтому он решил прочитать саму книгу. Роман оказался толстенным, но это не напугало его, да и оставалось буквально каких-то сто страниц.

Минуты шли, Алексей все был погружен в книгу, так сильно его затягивал только "Бойцовский клуб", а перечитывать ему приходилось ни много, ни мало – три раза. Это он делал в больнице, когда проходил обследование по направлению.

Прошло полтора часа, книга уже лежала в сумке с вещами Алексея. Дальше его взор пал на окно и то, что находится за ним. А там было на что поглазеть: небольшие леса, недалеко виднелись дома.

Во время поездки произошло много интересных вещей.

Вы даже и представить себе не можете – сколько.

– Неужели

прочитал эту книгу? Жаль, хотелось бы перечитать, но боюсь у меня не хватит сил.

– А я думаю, что хватит.

– Черт побери, Мартин, опять ты? С тебя достаточно на сегодня. И так пришлось спалиться из-за тебя..

– Что значит "из-за тебя"? Назвал Питер Невоградом, это его старое название. Что такого в том, чтобы называть город по его старому названию?

– Да потому, что только ты его так и называешь, сейчас почти никто так не выражается, процентов пять от силы.

– Боги, что ты вечно недоволен? Ты благодаря мне смог заработать деньги на эту путевку, плюс наконец-то избавились от ненужных тебе вещей.

– Ладно, за это можно поблагодарить.

– Только за это?

– Мартин, перестань до него докапываться! Сейчас же!

– Макс?

– Нельсон, попрошу. Не обращай внимания, Мартин иногда зазнаётся и несет чушь.

– Это я чушь несу?! Как ты смеешь?!

– Що ти менi там заливаєш? Іди втирай свої моралі іншим.

– Червяк.. Посмотришь у меня еще. – после этих слов Мартин "отключился" от сознания.

– Полегче с ним, Нельсон. Сам знаешь, чуткий довольно.

– Я прикалываюсь, не обессудь. О чем-то думаешь?

– О подруге, с которой давно не общался. Дурные мысли лезут.

– А ты выскажись, я помогу может быть.

– Оно тебе надо? Дай одному посидеть.

– Слушай, давай без этого, ладно? Я вспылю так, что мало не покажется, уж поверь.

– Мне опять принять Дедоксин?

– Сколько можно эту дрянь принимать?

– Сколько надо. Вы мешаете мне порой, поэтому приходится принимать это лекарство, чтобы вы не взбунтовались и перестали вылетать наружу.

– Пф, ясно. Сто процентов это плацебо, а твой мозг искренне верит, что это дерьмо работает.

– Нет. Это давно известное лекарство, поэтому давай без твоих лишних высеров, хорошо?

– Ну-ну.

В течение получаса было полное молчание. Все это время Алексей смотрел в окно и никуда больше. Эти споры сильно утомляют его, ведь по натуре он совсем неконфликтный. В это же время внутри него сидел Нельсон.

– Может быть все же скажешь, о чем ты думаешь?

Алексей не хотел с ним делиться своими мыслями, но деваться некуда, этот засранец все равно будет в его голове.

– Перечитывал переписку на днях со своей подругой.. Черт, ты бы знал.. – скупая слезла потекла по его щеке. Этот момент не мог заставить его не прослезиться.

– Что?

– Я.. Писал такие вещи неприятные и пакостные. Человек мне пытался помочь, всячески поддерживал, а моё эго возвышалось и возвышалось до высот Эвереста.

– Короче, ты ее посылал и говорил "сука, уматывай, как же ты достала.

– Вроде того.

– Ну слушай, в этом весь ты. Ведешь себя по-свински, брехню говоришь какую-то, считаешь себя правым во всем и требуешь, чтобы также следовали твоим указаниям. Но у людей есть своя жизнь, пойми, а твои: "Я запрещаю вам вести жизнь по-своему" – до добра не доведут никогда в жизни. Поэтому я тебе лишь советую хорошенько подумать над своим поведением и как следует извиниться. – пусть даже это были грубые вещи, но Алексей понимал, что это все правда. За эту прямолинейность он и ценил Нельсона.