Мы любили

Это всё получилось из-за Марьяны, нашей чокнутой литераторши, которая затеяла театральный бал. Она разделила нас на группы, раздала тексты с кусками диалогов из разных пьес и велела выучить. А потом, сказала она, начнём репетировать.

Я попала в группу, которой достались чеховские «Три сестры». Кроме меня в неё входили моя подруга Наташка, эта примадонна Светка Белянская и два парня. С мальчишками нам повезло. Марьяна отрядила нам самого классного парня из всего потока. Он был красивый — рослый блондин,

интеллектуал и к тому же сын богатых родителей, а потому всегда одетый как на картинке. Звали его вообще-то Женькой, а в нашем классе называли Евген. Второй был его приятель, такой же рослый и прикинутый, Артём.

— Ну что, девчонки, — сказал он нам, когда Марьяна всех отпустила, — пойдём ко мне порепетируем?

Я посмотрела на Наташку. Она отчаянно сигналила мне: соглашайся! За всех подписалась Светка.

— Чего мнётесь! — хмыкнула она и повернулась к Артёму. — Накормишь?

— Замётано! — засмеялся Артём.

Я позвонила домой, потому что имела с родителями железный договор. Они всегда должны быть в курсе моих передвижений. Когда я присоединилась к компании, оказалось, что с нами идёт ещё один мальчишка. Этот был середнячок — тощий, в мешковатой одежде, весь какой-то серый и с подходящим именем Сергей. Я шёпотом спросила у Наташки, откуда он взялся.

— Артём позвал, — сказала Наташка. — У него что-то с компом случилось. Позвал его посмотреть.

Я вспомнила, что этот Серёжка был безумным хакером, чуть ли не уголовником. По крайней мере, однажды к нам в школу приходила милиция, и его позорили на спешно созванном собрании, что-то он такое кому-то сломал.

Квартира у Артёма оказалась обычной типовой тройкой, но с хорошим дизайном и дорогой мебелью. Дома никого не было. Когда я наивно спросила, где родители, ожидая услышать насмешливый ответ, что в это время взрослые обычно работают, Артём улыбнулся мне и сообщил, что его родители укатили в отпуск в Дубаи.

— А ты что один остался? — поразилась я.

— Я уже большой мальчик! — засмеялся Артём и спросил. — Поможешь на кухне?

Я позвала Наташку, и мы были приставлены к нарезанию бутербродов.

— Пойдём, покажу, где комп, — сказал Артём Серёжке.

Пока мы с Наташкой работали, они все там о чём-то совещались в большой комнате, время от времени покатываясь со смеху. Но вот к нам пришёл Артём, похвалил за работу, сходу ухватил бутерброд и полез в холодильник, вытащил несколько бутылок и какие-то мелкие ядовито-зелёные лимоны.

— Девчонки, — сказал Артём, — вы пробовали когда-нибудь «Маргариту»?

— Конечно! — не моргнув, объявила Наташка, которая и пиво-то никогда не нюхала.

Я промолчала.

«Маргариту» я всё-таки попробовала. Она была в таком треугольном фужере с ободочком из соли и обалденно пахла, вот только ободрала горло, и второй глоток я уже делать не стала. А Наташка махнула коктейль одним глотком и победно посмотрела на нас.

— Ещё, — сказал Артём.

— А давай! — брякнула Наташка.

— Ты что делаешь? — зашипела я, но она только отмахнулась.

Эта

дура готова была расстелиться перед Артёмом.

Они все быстро запьянели. Только Серёжка, как и я, баюкал свой нетронутый фужер.

— А ты чего? — спросил у него Евген.

— Мне работать, — спокойно ответил Серёжка.

Артём суетливо закивал, и Евген, брезгливо поморщившись, отступился.

Потом мы танцевали под какие-то безумные ритмы. Я, хоть и не пила, но почувствовала, что схожу с ума так же, как они. Серёжка в это время сидел перед компьютером и что-то сосредоточенно делал. Когда он закончил и объявил, что уходит, Евген снова толкнул к нему бокал с коктейлем.

— Ты мужик или сопляк? — спросил он.

Сергей покорно взял фужер и сделал большой глоток.

Я поняла, что если останусь на месте, то здесь же прямо и умру. Я бегом кинулась на кухню.

Там сидел Сергей. Он мрачно взглянул на меня. Жалость и презрение отразились у него на лице. Я поджала губы и развернулась, чтобы уйти.

— Они закрыли дверь на ключ, — неожиданно сказал мне Сергей. — Садись, подождём.

Я обмерла и перепугано взглянула на Серёжку. У него в яростной гримасе был перекошен рот. Поймав мой взгляд, он вскочил, вышел из кухни и через некоторое время вернулся с ключом, показал его мне.

— Пошли отсюда!

Я поспешно направилась за ним в прихожую.

Он быстро оделся, дождался, пока я застегну куртку трясущимися руками, и распахнул дверь. К нам вдогонку выскочил Артём в джинсах на голое тело.

— Ребята, — пролепетал он. — Всё нормально?

— Нормально, — ответил Сергей. — Имей в виду, ты мне должен полсотни баксов.

— Как договаривались, — пробормотал Артём. — Вот держи.

— В следующий раз, когда будешь звать меня чинить железо, — сказал Сергей. — Без этого, ладно? Я не совмещаю работу и развлечения…

— Ладно, — пообещал Артём.

На улице Сергей глянул на меня.

— Ты белая в крапинку, — усмехаясь, сказал он мне. — Далеко живёшь? Провожу…

Наташка меня теперь сторонилась. Не сказать, что мы поссорились. Мы обсудили, конечно, её расставание с девственностью. Она была этим горда до невозможности, а мне наоборот всё происшедшее представлялось сплошной порнографией.

Наташка везде ходила теперь с Артёмом или со Светкой. Они шептались по углам и хихикали. А мне было ужасно одиноко.

Марьяна начала устраивать репетиции. Они держались общей кучкой, а меня в свой круг не принимали. Да я и не рвалась. Мне до сих пор было стыдно встречаться взглядами с Серёжкой. Мне казалось всё время, что он презрительно усмехается.

В тот день репетиция закончилась раньше обычного. Марьяна всех отпустила, а нашу пятёрку оставила прибираться в зале. Велела не задерживаться, сдать потом ключи на вахту, а сама ушла. Я пошла за ведром и шваброй, а когда вернулась, то увидела, что они вовсю пользуются моментом.