Музыкант

Игорь сидел за столом в какой-то забегаловке типа «Пельменная», она ей и являлась, скорее всего, в далёком СССР. И пил портвейн сам на сам. Заливая обиду.

«Вот же гнусь! Музыка им моя не нравится, – думал он, – а мне рожи ваши не нравятся. Так что? Мне простынкой вас накрыть?» Ассоциация ему понравилась, ведь трупы накрывают материей, лицо в особенности. Он ухмыльнулся, представив картину с накрытыми трупами обидчиков. Конечно, убивать

он никого не собирался, но помечтать-то никто не мешает, особенно когда болит зад от прилетевшего туда удара ботинком сорок последнего размера.

В пельменную вошёл паренёк странного вида, не то чтобы он необычно выглядел, но как-то не смотрелся он в этой рыгаловке.

Он был в костюме а-ля джинса девяностых, но не она, явно что-то подороже, на ногах дорогая обувь. То ли кроссовки, то ли кеды, сейчас не поймёшь эту моду. Очки в тонкой оправе и бандана, хотя тоже непонятно, может, шапка такая, на бандану похожая.

Парень подошёл к витрине-холодильнику, осмотрел ассортимент и, кивнув продавщице, заказал два пирожка и какао. Когда получил заказ, расплатился, прикоснувшись браслетом к терминалу.

Странно было и то, что парень, вместо того чтобы сесть за свободный столик, устроился напротив Игоря и, не говоря ни слова, принялся за еду.

–Тебе место мало? Не видишь? Занято – сказал Игорь.

–А я к тебе. Александр» – представился он, протягивая руку, предварительно вытерев ее салфеткой.

–Ну! И что тебе надо? – даже не думая пожимать протянутую руку, сказал Игорь.

–Я вообще-то сегодня не принимаю – кивнул он на ополовиненную бутылку.

–А мне показалось, как раз принимаешь – сказал Александр, многозначительно щёлкнув себя пальцем по шее.

–А-а… Ну так тогда – Игорь усмехнулся своей промашке. —Насмешил. Я Игорь. – и они пожали руки, закрепляя знакомство.

–Выпьешь? – спросил Игорь, поднимая бутылку и наполняя свой стакан.

–Нет, я не пью. Спортсмен. Режим, и всё такое.

–Понятно, а я выпью. Настроение сегодня – паскудное. Два говнюка весь вечер испортили.

–Я всё видел. Хотел к тебе подойти поговорить, как какие-то хмыри на тебя набросились. Чего они хотели?

–Хотели шансон заказать, а когда я сказал, что шансон не играю, нахамили и выгнали из ресторана. Охрана даже не дёрнулась. Знают их, походу, да что их знать, или бандиты, или депутаты. Связываться себе дороже.

–А чего это ты работаешь в ресторане, а шансон не играешь?

–Да зачем мне эта помойка, я лет пять назад в «Ютубе» так гремел, до сих пор лаве по красоте рублю на своих вещах.

–Так ты композитор?

–Не то чтобы композитор, так – фингерстайл, кавер-версии, свое тоже есть, конечно. А что ты от меня хотел-то?

–В смысле?

–Ну, когда сказал, что ко мне пришёл…

–А-а… Поговорить хотел. Дело в том…

В это мгновенье в пельменную с грохотом ворвались два здоровенных лба.

–Вася! Вот этот пидор очкастый – крикнул первый вошедший.

–А ну дай я с ним побазарю – сказал второй, оттесняя первого.

–Слышь ты, крысеныш! Где мобила? – тело за центнер веса, которого назвали Васей, навис над Александром, как

бульдозер над котёнком.

–Какая мобила? – кое-как сглотнув, промяукал Саня.

–Ах ты, падаль, в несознанку – заревел бульдозер и занёс кулак. В следующее мгновенье зубы Санька должны были полететь на пол, но он что-то сделал ногами, схватил Васю за руку, которой он держал парня за плечо, как-то ловко ее дёрнул, и вместо удара в челюсть, Вася грохнулся головой об стол, за которым сидели новоиспечённые приятели, и затих.

–Ты чё сделал! Ты чё, убил его? – заговорил второй бычара, склоняясь над поверженным товарищем.

–Ну, сука, хана тебе! Завалю, падла – в руке у него появился пистолет. Но направить, а тем более выстрелить он не смог или не успел. Огнестрел тут же оказался в руке Александра, он прижал ствол ко лбу напавшего на него типа и выстрелил. Брызнула кровь. Однако вместо того чтобы превратится в тихий труп, тот схватился за лицо и заорал, как резанный. Ну или как подстреленный.

–Черт! Это реплика, травмат – сказал Александр и резко ударил орущего рукояткой пистолета в висок. Мужик сложился марионеткой на полу. –Как он этим меня убить хотел? – сказал Александр и бросил травматический пистолет на его хозяина. – А? – Александр посмотрел на Игоря.

Гоша сидел с открытым ртом и стеклянными глазами, явно в шоке.

–Ладно. Не отвечай. Вопрос риторический. – Александр тем временем обыскал поверженных и забрал у них все деньги, что нашёл.

Его взгляд переместился на буфетчицу. Она стояла за прилавком, прижавшись спиной к полкам, закрыв рот руками. Картина маслом – «Шок и трепет».

–Девушка. – Александр специально назвал бабу лет за сорок девушкой, чтоб успокоить её. – Не переживайте вы так. Все живы, я проверил, пульс есть. Это вам за беспокойство. – он положил в монетницу четыре пятитысячные купюры. —Вызывайте скорую и полицию. И всё будет хорошо. Расскажите полиции всё, что видели, и ни за что не беспокойтесь, никто вас преследовать не будет. А мы уходим.

Александр вернулся к столику.

–Игорь, ты в порядке? – он пощелкал пальцами у него перед лицом. —Надо уходить, полиция приедет, и тебя загребут в кутузку до выяснения. Слышишь меня?

–А? А меня за что? Это же ты их… – Гоше захотелось выпить, но стакан, обнаруженный в его руке, был пуст, он отставил его, взял бутылку и сделал длинный глоток из горлышка.

«Это же ты их…» «Это…» «Подожди. А что ты с ними сделал?»

–Ничего особенного, повырубал, лежат в нокауте, скорее всего глубоком.

–Слушай, Игорь. Пойдем отсюда. А?

–У меня к тебе разговор. Очень важный.

–Нет. Я с тобой никуда не пойду. Ты сейчас ещё кого-нибудь убьёшь, а меня посадят за соучастие.

–Хорошо. Со мной ты не пойдешь. А без меня? Пойдёшь? Или полицию будешь ждать?

Игорь задумался.

–Ладно. Пошли. А то и правда могут закрыть, на пару часов.

Они вышли из кафе, вызвали такси, и через полчаса были дома у Игоря.

–Надо в магазин сходить. У меня дома пусто, в холодильнике мышь повесилась. А кушать хочется. Да и выпить не помешает. – сказал Игорь.

Конец ознакомительного фрагмента.