Чтение онлайн

– Сестра? Ну, конечно, она думает, что его зовут Рафаэль.

– Почему?

– Я так его представил.

– Зачем?

– Так удобней.

– Кому удобней?

Молодой человек задумался.

– Это старая история. У Жана нелады с законом. Никто не должен знать, что он был здесь. И ты молчи, слышишь? Это опасно. Меньше всего мне бы хотелось втягивать тебя в это. Не прощу себе, если с тобой что-то случится…

Женщина захлюпала носом, потянулась к Рафаэлю.

– Это правда?

– Правда, любимая.

– О, милый!

Я такая дура! Прости меня.

Они обнялись. Рафаэль прижал к своей груди голову возлюбленной.

– Чтобы уехать, ему нужны будут деньги. Не знаю, как помочь ему. Ситуация безвыходная.

– Я дам, я дам сколько надо.

– Ты святая, – прошептал он и сам заплакал.

Саня допил свой графин и изрядно охмелел. Тянуло поговорить.

«В этом мире хорошо живется только негодяям», – обратился он к своему второму и третьему «я».

– Это ты сказал или я? – удивился Кубинец.

«Это я сказал», – уточнил Саня.

– Знаю я женщин, – вступила в разговор Рита. – Эта бабушка вовсе не такая наивная, какой хочет казаться. Она играет игру, в которой есть определенные правила. Партнеры знают, где предел накала. Двойной блеф. Они отлично друг друга поняли. И этот Рафаэль у нее не первый и не последний. Этих Рафаэлей у нее… И за это, мне кажется, надо выпить…

«Не совсем понимаю, за что пьем, но сделаю это с удовольствием», – Саня подозвал жестом официанта.

– Нормально, – одобрил Кастро.

«А я напиваюсь, – предупредил молодой человек. – Кто-то должен держать себя в руках… Нет, меня в руках… Нет, меня-себя…»

– А я пьяная в стельку, – призналась Рита.

– Это от ста грамм коньяку? Хе-хе… Детишки, отдыхайте, папочка обо всем позаботится.

– Еще двести, – сказал Саня официанту, щелкнул пальцами, достал из пиджака и протянул десять долларов. – Поторопись. Мои друзья не любят ждать.

– Гусар! – похвалил жест Кубинец.

«Грин, если я позволяю себе лишнего…»

– Ничего-ничего, мне понравилось.

Лиза с Рафаэлем поднялись и не спеша, сохраняя дистанцию, направились к выходу. Саня не заметил, как перед ним оказалась полная рюмка и графин.

– А фигурка у нее ничего, – заметила Рита. – Да и сама она вроде… Когда-то это была красивая женщина. Зря я ее обижала.

– Да, – согласился Кастро, – скинуть пару двадцаток лет, и даже я сгодился бы ей в сыновья.

«Что-то в ней есть, – размышлял Саня. – Какая-то таинственность».

– Таинственность… хе-хе… Давай накатим, – торопил Кастро. Еще пара графинов, может, и у меня она перестанет вызывать сексуальный протест.

Саня выпил.

«А вот если б с лимончиком?..»

– Ни в коем разе! – отрезал Кубинец. – Такому коньяку закуска не нужна. Не торопись, слушай, что говорю. Я тебя всему научу.

«Я стараюсь точно следовать инструкциям».

– Вижу, вижу, хвалю.

– А я в хлам, – призналась Рита.

– Звучит возбуждающе.

Люблю приставать к пьяным бабам. Маруся, я покажу тебе, как умеют любить настоящие мужчины.

– Не стыдно, ты готов воспользоваться моей неопытностью?

– Ты не представляешь, как много раз и с каким профессионализмом я готов это сделать.

– Александр, защитите меня.

«Я ему не позволю».

– Видишь! – гордо заявила Рита, – у меня везде по-к донники. Трепещи. Этот за мою жизнь свою отдаст без колебаний.

«Отдам», – без доли иронии подтвердил Саня.

– Ну, конечно! – неожиданно резко и зло бросила Рита. – Ладно, – примирительно прозвучало чуть погодя. – К черту вас, мужиков, с вашими байками. Наливай.

– Александр, а ведь у меня к вам серьезный разговор, – минут через пять заявил Кастро.

«Да-да… я сейчас… как раз… очень… настроен… на серьезный… – делая большие паузы в словах, отвечал молодой человек, безуспешно пытаясь вилкой наколоть горошину из только что принесенного салата. – Напился… ха-ха…»

– У меня не было секса… ну ты знаешь… Когда это началось? – тоже растягивая слова, жаловался Кастро. – Ну, вот считай, сколько?.. А я ведь простой человек…

– Опять за свое! – возмутилась Рита. – Бабник! Нам не до этого сейчас.

– Не перебивай. Ты это, пока мужики говорят, помолчи. Саня, ты красавец парень, все у тебя нормально. Не комплексуй. Понял, да? Тут полно сногсшибательных горячих туристочек. Надо закадрить и… Надо…

– Что он мелет?! Да он еще пьяней меня!

– Ничего подобного… Маруся, ты спать иди вообще! Саня… ну ты понял, да?..

Никогда еще утреннее солнце не вызывало такой резкой, безжалостной головной боли. Садовник за окном остригал кусты, и от каждого щелчка ножниц в ушах взрывались перепонки: воздух под чудовищным давлением проникал под череп, голова раздувалась, стены и потолок с трудом сдерживали ее бурный рост. Руки отказывались подчиняться. С большими усилиями зашевелились пальцы и сжали одеяло. Со скрипом подбородок оторвался от подушки. Медленно, как танковая башня, голова повернулась влево, но бутылка шампанского закрывала обзор. «Экипаж», видимо, «оглушенный разрывом фугасного снаряда», не помогал в ориентировании на местности и оценке повреждений «боевой машины».

– Кастро, Рита, – позвал шепотом Саня.

– Не кричи, – отозвался Кубинец. – Тише. Я думаю.

Саня снова уткнулся лицом в подушку и вдруг понял, что лежит в одежде. Шею сдавливал ворот рубахи. С тупым звуком с ноги на пол упал ботинок.

– Пить, – прошептала Рита.

Саня взялся за горлышко бутылки.

– Нет, хватит! – взмолилась она. – Воды. Воды хочу.

Очень медленно, превозмогая боль, молодой человек сполз на пол и ткнулся спиной в рифленый деревянный бок кровати.