Чтение онлайн

— О, прости, я такая эгоистка, — опомнилась Кана, сообразив, что пика удовольствия достигла лишь она.

— Ничего, — нежно обняла ее Кайла, пропуская пальцы сквозь огненные кудри. — Все, что угодно для моей девочки.

Завтрак доставили в покои Королевы Зларстана, которая выгнала своих рабов, разделив это время только с возлюбленной.

Девочки кормили друг друга, смеялись, болтали,

вспоминали. Все ревности и обиды были забыты.

Кайла больше не могла так рисковать, то и дело, бросая взгляды на дверь, в жгучем желании проведать Скаа. Она пропустила момент, когда Кана стала бросать на Королеву Зларстана взгляды совсем другого характера.

— Кана, я только поела, — отстранила она от себя девушку. — Покажи мне своих обожаемых фламинго что ли, дворец. Давай погуляем, в конце концов. Или тебе интересно проводить со мной время только таким образом?

— Нет, что ты, — решительно поднялась Королева Градхарта. — Я давно мечтала тебе их показать, но ты всегда так кривилась только при одном упоминании об этом.

Кайла нежно улыбнулась:

— Ну, а чем еще заниматься в деревне? Уж, коль меня сюда угораздило, и фламинго твои сойдут за развлечения.

— О-о-о, — загадочно протянула Кана. — Это даже обидно, что ты меня так недооцениваешь. Твои представления о деревенской жизни в край неверны и скоро ты в этом убедишься.

— Звучит интригующе.

— После обеда, — пообещала сияющая Кана, — а сейчас пойдем, пока я снова на тебя не набросилась.

На выходе из покоев, к ним присоединилась охрана Королевы Зларстана в неполном составе.

Кайла обеспокоено скользнула по их численности взглядом. Бран едва заметно кивнул, давая понять, что со Скаа все в порядке.

Розовые птицы потрясли воображение Кайлы. Они немного отличались от фламинго в ее собственном мире и гнездились на кронах деревьев, как аисты, но цвет… Ни телепередачи ни отрывки воспоминаний Шаналлы не могли передать то, что она видела перед собою сейчас.

— Я так рада, что они тебе понравились, — не укрылась от Рыжей Ведьмы реакция Черной.

— Да, они удивительные, — не стала скрывать своего восхищения Кайла, следуя за Каной в сень раскинувшегося у берега дуба.

Белокожая Королева Градхарта не любила солнце, несмотря на то, что оно никак не способно было влиять на ее белизну. Кожа Каны не загорала. Шаналла была смуглой от природы. Долгое путешествие под палящими лучами подарили ей приятный бронзовый загар. Сама Кайла любила солнце, но в тень ушла с удовольствием.

Они оказались не единственными желающими посмотреть на фламинго и ополоснуться в знойный день.

Придворные Короля и Королевы Градхарта расположились вдоль всего берега.

Внимание Кайлы привлекла группа мужчин в воде. Они подозвали своих рабов и стали спорить между собой, кто из невольников продержаться под водой дольше. У каждого было по пять

рабов — пять очков. Игра захватила и Кану. Один из финалистов категорически не собирался проигрывать и надавил на голову раба, чтобы тот не вынырнул, когда у него закончится кислород. Остальные не собирались уступать, последовав его примеру. Рабы уже давно не пытались сопротивляться, будучи мертвы, но соперники продолжали сверлить друг друга недружелюбными взглядами. По сути, теперь, выиграет тот, кто первым отпустит мертвое тело.

— Ничья? — предложил один из них, устав от этой бессмыслицы.

— Да, — согласились остальные, покидая озеро.

Невольники, которым повезло больше, вынесли тела утопленников, скрывшись с ними за одним из строений дворца.

Кайла не могла оторвать от них глаз, провожая взглядом согнувшиеся от угнетений спины.

Неудовлетворенная прежним спором знать, затеяла новый. Участников стало больше. Все заразились общим азартом.

Суть нового развлечения заключалась в том, чтобы каждый нанес своему рабу одинаковое количество ножевых ранений, но выиграет тот, чей раб проживет дольше остальных.

Господа за годы жестоких игр и развлечений прекрасно владели человеческой анатомией, зная в каких случаях жертва протянет дольше.

Канна визжала от восторга, делая ставки, кто выиграет.

Кайла лучезарно улыбалась, кивая ей как болванчик, полностью соглашаясь с "любимой".

Удлинившиеся когти правой руки Черной Ведьмы вцепились в землю, чтобы не вздрагивать при каждом ударе клинка.

Как она может просто сидеть и смотреть на все это?! — в ужасе вопила ее Душа.

Что она может сделать?

Может ли на самом деле?

Хочет ли?

Дело ли в Зларстане, его населении и воинах, или в страхе собственной смерти?

Кайла боялась дать себе ответ на этот вопрос.

Ей казалось, что даже земля страдала от ужасов творимых сейчас на ее твердыне.

— Пойдем, посмотрим ближе! — возбужденно подскочила на ноги Кана.

— Иди, — улыбнулась ей Кайла и с облегчением выдохнула, когда та оставила ее одну.

Она перевела взгляд на свою, зарывшуюся в землю, руку. Взяла в нее горсть и, медленно роняя обратно, тихо прошептала под испуганными взглядами четверки:

— Ваша боль — моя боль, ваша смерть — моя боль, мне боль — вам избавление.

Последняя крупинка падала, словно в замедленной съемке. Кайла видела, как крошечная частица пару раз подпрыгнула, прежде, чем застыть.

Ведьму скрутила острая боль от сотни ножевых ран, но она позволила себе лишь слабый протяжный стон. Кайла захрипела, закашлялась, поднеся к губам руку, ожидая увидеть на ней кровь, но это было невозможно, ибо она взяла на себя лишь муку несчастных…

Воины пытались скрыть ее от возможных взглядов, но этого и не требовались — все были слишком увлечены интригующим спором.