Мутантики
Шрифт:
Красноглазые псы натягивали поводки и рвались в ручей, они уже даже не лаяли, а хрипло сипели от злобы. В отличие от карликов псы не боялись воды и были полны решимости опрокинуть корыто и растерзать прятавшихся в нем мутантиков. Но солдаты и сами надеялись вот-вот заполучить добычу и не спускали псов с поводков.
Кнут со свистом рассек воздух, и крючок зацепился за ручку корыта, подтаскивая его к берегу. Понимая, что это их последний шанс, Бормоглотик быстро высунулся из корыта и ударил по натянутой веревке веслом. Не ожидавший
– Тону! – орал он, колотя руками по воде и не замечая, что стоит на дне. – Дайте же мне копье, чтобы я мог за него ухватиться! Жлоб! Кука! Чего же вы ждете! Спасайте меня!
Кука, сжалившись, хотел было протянуть ему копье, но карлик Жлоб удержал его.
– Мы не обязаны тебя за просто так спасать. Что ты нам дашь за свое спасение? – спросил он у тонущего.
– Все отдам! – заорал бедняга, пуская пузыри. – Жлоб, не будь гадом!
– И кошелечек с монетками дашь? – спросил Кука, присаживаясь у берега на корточки и с жалостью наблюдая за утопающим.
– И кошелечек! Все отдам!
– И кусочек уранового стержня? – добавил Жлоб.
– Грабьте меня, только спасите! Ну что же вы, мне же больно! – визжал тонущий.
Течением его отнесло от берега на середину ручья и закружило в омуте от вывороченного столба.
– И норку свою отдашь? – потирая ладошки, спрашивал Жлоб.
– Все! Все отдам! Тону! – Карлик исчез под водой, но через минуту, оттолкнувшись ногами от дна, опять вынырнул.
– Ну хорошо! Цени мою доброту! – Кука протянул ему конец копья, но, когда утопающий уже почти ухватился за него, вдруг резко отдернул руку.
– Э-э! Стоп! – засомневался он. – А если мы тебя спасем, а ты нас надуешь?
С пронзительным душераздирающим криком «Га-ады!» карлик скрылся под водой и больше уже не показывался.
Солдаты прождали минут пять, а потом Кука недоверчиво сказал:
– Придуривается, хочет, чтобы мы сбавили цену. Как ты думаешь, Жлоб?
Тот почесал заросший рыжей шерстью живот и сказал:
– А может, и не придуривается… А коли и вправду утоп, спишем на боевые потери.
Карлики увидели, что вместе с пузырями чуть ниже по течению всплыла капитанская фуражка, и переглянулись, сообразив, что их товарищ и в самом деле утонул.
– Ты был моим лучшим другом, мы с тобой вместе росли! – прослезился Кука. – Теперь твоя норка под фундаментом в три комнатки опустела! Какими глазами я посмотрю на твою вдову? Она такая молоденькая, толстенькая, пышненькая и осталась одна-одинешенька. Ай-ай-ай, какое несчастье! Теперь мне самому придется на ней жениться, чтобы хоть как-то уменьшить ее горе!
– А я возьму его кошелек и все вещи. Пускай у меня побудут, – заявил Жлоб и потянулся к мешку, лежавшему на берегу.
– Не трогай! Ты никогда его не любил! – завизжал Кука,
– Это ты его не любил! Я был его другом! – И Жлоб стал вытаскивать из-под Куки мешок.
Воспользовавшись тем, что карлики, занятые дележом имущества утонувшего, на время забыли о них, Бормоглотик выдвинул раздвижную мачту, сделанную из телескопической удочки, и натянул на нее кусок старого брезента. Ветер надул самодельный парус, и кораблик быстро помчался по течению. Тут только карлики спохватились и спустили рвущихся с поводков собак.
– Фас! – заорали они. – Мутанты уходят! Разорвите их!
Красноглазые псы, получив наконец долгожданную свободу, помчались вдоль берега за быстро удалявшимся корытом. Они прыгнули в воду и поплыли к нему, но момент был уже упущен. «Отважный Первопроходец», маленький кораблик с надувшимся парусом, был уже недосягаем. Некоторое время карлики бежали за ним по берегу, бросая камни, но с каждой минутой все больше отставали. Красноглазые псы, угрюмо поджав хвосты, вылезли на берег и отряхнулись.
– Упустили! – заорал Кука на спутника. – Это все из-за тебя!
– Нет, из-за тебя! И отдай мой кошелек, я его честно украл! – Жлоб, крутя над головой палицей, бросился на Куку, тот встретил его выставленным вперед копьем – и началась драка, закончившаяся тяжелыми увечьями с обеих сторон. Кстати, досталось и неуклюжим псам: карлики в наказание за то, что те упустили добычу, поколотили собак древками копий.
Убедившись, что камни перестали долетать до их маленького кораблика, Бормоглотик встал со дна лодки, где все они лежали, и перевел дыхание:
– Уф! Я думал, мы погибли! Если бы карлики не перессорились, я не успел бы поставить парус.
– Хорош у нас капитан, и паруса быстро поставить не может! – фыркнула Трюша. – С таким капитаном и в тарелке с супом утонешь.
– При чем тут капитан? Женщина на корабле приносит несчастье, а две женщины сумеют быстро превратить корабль в подводную лодку, – проворчал Бормоглотик.
– А у меня ножки мокрые, – пожаловалась вдруг Бубнилка. – Кажется, наше корыто протекает.
– Быть не может, я сам его конопатил! – запротестовал мутантик.
– Наверное, потому и протекает, – съязвила Трюша.
Бормоглотик осмотрел лодку и обнаружил, что во внешней стороне борта торчит короткое метательное копье, а в пробоину вовсю хлещет вода.
– Ну и как, капитан, скоро мы утонем? Я это просто так спрашиваю, из любопытства, – поинтересовалась девушка.
– Возьми ковшик и вычерпывай воду, а я постараюсь заткнуть чем-нибудь дыру, – дал указание Бормоглотик. Кое-как он вытащил копье и приладил к пробоине резиновую заплатку, вырезанную из надувной подушки. Течь на время удалось устранить, и «Отважный Первопроходец», освободившись от груза воды, с удвоенной скоростью устремился вперед, подгоняемый попутным ветром.