Чтение онлайн

– Вот… А у меня от него секрет, получается…

– Какой же это для него секрет?

– Ну, что я тебе на него ябедничаю.

– Это никакое не ябедничанье! Это абсолютно верный поступок. Мы не в том положении, чтобы плевать на то, что кажется подозрительным…

– Но правильнее-то мне было ему это сказать, а не тебе.

– Правильнее всего тебе будет сейчас перестать заниматься самобичеванием и лечь спать. Ты все сделал как нужно, поверь. Вот просто поверь и все. Ведь мне-то ты верить можешь?

– Могу.

Верю… Спокойной ночи.

– Приятных снов, – кивнул Глеб и вскоре остался один на один с северной ночью.

Однако, как выяснилось, ненадолго. Камыши опять зашуршали и к мутанту, шевеля растопыренными руками, осторожно приблизился Пистолетец.

– Ты где? – громким шепотом позвал лузянин.

– Здесь я, – шепнул в ответ Глеб.

– А!.. Я думал это кокча мохнатая.

– Сам ты кокча. Облезлая, правда. Чего приперся? Вроде же спать хотел.

– Я и хочу, – пристроился рядом с мутантом Пистолетец. – Но пороговить хочу еще больше.

– За ужином не наговорился? Кто мешал?

– Шасок. Не мешал а… Я без него с тобой хочу пороговить.

Глеб мысленно вздохнул. Сперва один, теперь другой! У них что, эпидемия?

Вслух же сказал:

– Ну давай, кляузничай.

– Почему сразу кляксникначай? – обиженно зашипел Пистолетец. – Я, может, экспромпритет проводил, велочека хотел узнать лучше!

– Чего ты проводил?…

– Экспром… экспро… экспер… Опыт, короче.

– Эксперимент? – заинтересовался мутант. – Ну-ка, ну-ка, выкладывай. Ты открываешься для меня с неизведанной стороны!

– Вот-вот, и я о том же. Я все Шаска не мог понять… И сейчас еще не монипаю. Вроде он с нами, а вроде – сам по себе… В плащ этот свой тукается… На дворе лето, а ему будто все ходолно…

– Он же говорил, что мерзнет постоянно. Мутация такая. Или просто свойство организма.

– Ага, горовил. А у самого на лбу пот от жары. Горовить можно много чего.

Глеб и сам уже думал, что может скрываться на теле у юноши, но ему стало любопытно выслушать версию Пистолетца.

– Хорошо. И что, ты думаешь, он под своей одеждой прячет?

– Письмо.

– Какое еще письмо? Оно бы уже давно вымокло и расползлось, как твой блокнот.

– Не намопинай… – насупился лузянин. – Но я не про такое письмо, не на мубаге.

– А на чем же еще? На глиняных дощечках?

– На теле! – совсем тихим шепотом, склонившись к уху мутанта, выдал Пистолетец.

– Ха! Так и с тела оно бы уже сотню раз смылось!

– Татута… татиту… титита… – затикал вдруг лузянин.

– Ты чего это? – удивился Глеб. – В шпионов играешь? Азбукой Морзе мне шифровку передаешь?… Так я ее не знаю.

– Не Мозре никакой, – отмахнулся Пистолетец. – Тати… эта… как ее… Иголками под кожу…

Мутант уже понял, о чем идет речь, но решил немного посмеяться над приятелем.

– Что? – с деланым ужасом

округлил он глаза. – Иголки под кожу? Еще, наверное, и под ногти?… Ты пытал Сашка?! Ничего себе эксперимент…

– Не придуривайся, – серьезным тоном сказал вдруг лузянин. – Ты понял, о чем я. Наколки, вот… Письмо на теле наколото. И оно не свымается.

– Допустим, – тоже стал серьезным Глеб. – И от кого письмо? Кому? О чем? К чему такие сложности и такая секретность?

– Этого я не знаю. Вомзожно, от тех морозильников… отморозков из Лузы. Скорее всего. Хотят, наверное, с отморозками из Устюга ноктакт наладить. Или еще чего. Надо раздеть его и помсотреть.

– Никого мы раздевать не будем! – посуровел мутант. – А если и начнем, то с тебя. Чтобы всыпать по голой заднице. Экспериментатор хренов!.. Кстати, а в чем тут эксперимент, я так и не понял?

Пистолетец обиженно засопел, но потом все же выдал:

– Он тебе про меня ракксазывал?…

Глеб аж поперхнулся. Ничего себе расклад!.. Откашлявшись в кулак, осторожно вымолвил:

– Ну, допустим…

– Про то, что я плавирьно говорю, да?

– Да, – помедлив, кивнул мутант.

– Это и был экспромпритент! – торжественно заявил лузянин.

– Все равно не понимаю, – признался Глеб.

– Ну, сморти… Если он сам по себе, то мы ему все варно как и кто… Протсо чтобы бодраться проще до Утсюга. А как я проверю, все варно или нет? Вот я и потсарался… Горовил с ним пварильно, пока ты спал. Ух, как трундо было, чуть мозг не вспикел!.. Теперь после эгото еще нерпавильней стал роговить…

– И все же я не понял смысла.

– Ну как же! Он ведь тебе это ракксазал! Значит, он меня задопозрил в чем-то, значит, ему не все навро! А так бы плюнул и мочлал.

– Вывод спорный, но допустим, – нахмурился мутант. – Только почему ты к одному Сашку докопался тогда? Давай уж с меня начинай. Я вообще подозрительный – жуть! Ни на кого не похож, ничего якобы не помню. А сам в огне почти не горю и в воде совсем не тону. Причем тот же огонь силой мысли вызываю. В темноте вижу, с волками – как с щенками слепыми расправляюсь. Это, по-моему, куда более странно и подозрительно, чем какой-то там плащ!

– Но ты… – начал было Пистолетец, однако Глеб уже разошелся:

– Давай, чего уж там, предположим, что я вообще инопланетянин! Меня высадили на Землю межпланетные агрессоры, чтобы я уничтожил тут остатки цивилизации. Сейчас до Устюга доберусь, найду ядерные заряды – хлоп! – и нет больше Устюга. Потом пробегусь до Вологды, а там, глядишь, и до Москвы – что мне стоит?… Ну, чего молчишь?

– Ты и правда странный, да, – опустил голову лузянин. – Но ты шлиском странный. Такого бы не послали. Сделали бы бошле похожего на велочека. Чтоб никто не задопозрил… Хотя… ты сегодня и прадва про звезды горовил…