MurderStories

1. Подбрасывая шоколадный батончик.

Гор воткнул заправочный пистолет в горловину бака и поднял голову, уставившись в затемненное стекло задней двери. Со стекла на него смотрел незнакомец – черная медицинская маска, на глазах – непроницаемые солнцезащитные очки, на голове – черная бейсболка с вышитым над козырьком красным быком.

– Так кто же ты, человек-маска? – спросил Гор у своего отражения. – И что ты сейчас делаешь? Улыбаешься? Или издевательски показываешь язык? А может быть, твое лицо исказил оскал безжалостного хищника?

Он

поглубже натянул бейсболку и прошел в здание заправки. За кассой стоял человек, пол которого Гор сразу определить не смог. На кассире была свободная фирменная куртка из серой джинсы, полностью скрывавшая особенности фигуры, на голове – бейсболка, такого же цвета, как и куртка, а на лице – голубая медицинская маска. Седые волосы, выбивающиеся из-под бейсболки, тоже ничего не проясняли – они могли принадлежать как женщине, так и мужчине.

– Привет, – сказал Гор.

Кассир кивнул. Или кивнула. Гор больше склонялся к тому, что кассир все-таки кивнул, а не кивнула. Он подошел к полкам с шоколадными батончиками. Кассир внимательно наблюдал за ним, Гор видел это в отражении круглого зеркала под потолком, с помощью которого кассир мог поймать мелкого воришку, попытавшегося незаметно положить шоколадный батончик в карман.

“Нет уж, я кто угодно, только не мелкий воришка”, – усмехнулся Гор, поглядывая через зеркало на кассира. – “Безжалостный хищник – возможно, но не мелкий воришка, можешь не следить за мной, человек неопределенного пола и возраста”.

Гор брал шоколадный батончик, клал его на место, брал другой…

– Вам помочь? – спросил кассир.

Голос кассира не помог Гору в определении его пола. Сипловатый, но не низкий. Этот голос мог принадлежать и мужчине, и немного простуженной или курящей женщине.

– Вы что, куда-то спешите? – спросил Гор, глядя в зеркало.

– Нет, просто хочу помочь вам выбрать шоколадный батончик, – ответил кассир.

– Скажите, я похож на человека, который нуждается в помощи при выборе шоколадного батончика? – спросил Гор.

– Я не знаю, – сказал кассир. – Сейчас, когда из-за эпидемии ввели обязательный масочный режим, все стали на одно лицо, и непонятно, похожи ли вы на человека, который нуждается в помощи при выборе шоколадного батончика, или не похожи.

– Тогда зачем спрашиваете?

– Чтобы уточнить, – пожал плечами кассир. – Вы почему-то не сняли солнцезащитные очки, возможно, вам сейчас плохо видно, и тут моя помощь была бы очень даже кстати.

– Мне хорошо видно в этих очках, – Гор подбросил очередной батончик в руке, но не поймал его, потому что, по правде говоря, действительно, не очень хорошо видел в этих солнцезащитных очках, особенно в помещении. Чертыхнувшись, он поднял батончик с пола и положил его обратно на полку.

– Я рад, что у вас хорошее зрение. Кстати, вам придется купить этот батончик, раз вы его использовали.

– Что?! – удивленно спросил Гор, убедившись, наконец, что кассир – мужчина, раз он “рад”, а не “рада”.

– Вы использовали батончик и положили его на полку. Это недопустимо. Вам придется его купить, даже, если вам понравился другой батончик.

– Кем

недопустимо? И что значит “использовал”? Я просто поднял его с пола и положил на место. Обертка на нем цела и невридима. Вы прекрасно видели все это вон в том зеркале. И вообще, я передумал покупать шоколадный батончик. – Гор сложил из пальцев “пистолет” и направил его на потолочное зеркало. – Вы убиты.

– Мимо, – кассир сделал ленивое движение туловищем, уклоняясь от “пули”. – Да, я все видел. Вы подбросили батончик и не поймали его, несмотря на ваше прекрасное зрение. Упав на пол, батончик помялся и потерял товарный вид. К тому же, подбрасывая его, вы удовлетворили свои потребности, а значит, использовали его. Вам все-таки придется за него заплатить. А недопустимо это нашим внутренним уставом.

– Это какие такие потребности я удовлетворил, подбрасывая шоколадный батончик? – Гор немного потерялся от наглости кассира. – Разве, не съев шоколадный батончик, можно удовлетворить свои потребности в нем?

– Еще как! Вы удовлетворили потребности в подбрасывании шоколадного батончика, – невозмутимо объяснил кассир. – Возможно, подбрасывая батончик, вы сняли нервное напряжение, для вас этот маневр стал своего рода психологической разгрузкой. Согласитесь, плата за батончик несоизмерима с платой за сеанс психотерапевта.

– Как вы все мастерски усложнили, – поразился Гор. – А не могло случиться так, что я подбросил батончик только потому, что просто его подбросил?

– Не-а, это вряд ли, – помотал головой кассир. – Я сторонник того, что любые действия имеют причины и следствия. И смысл.

– А если я не заплачу за батончик? – спросил Гор. – Просто рассчитаюсь за бензин и уеду? Что тогда?

– Не получится, – кассир опять помотал головой. – Я не заправлю ваш автомобиль, пока вы не заплатите за батончик.

– Ну и что, я заправлюсь на любой другой заправке, у меня бензина еще целых полбака, – Гор повернулся к кассиру лицом. – Чувствуете? Из-за дурацкого батончика вы можете потерять клиента. Что говорит ваш внутренний устав о таком повороте дела?

– Тоже не получится, – кассир нажал на кнопку под прилавком. – Я заблокировал дверь, теперь вы не сможете отсюда выйти, пока не заплатите за использованный батончик. А внутренний устав об этом говорит только одно – действовать по ситуации. Наша ситуация зашла в тупик. И выход из нее один – вы платите за батончик, я открываю входную дверь. Кстати, интересно, зачем вы заехали на заправку, раз у вас еще целых полбака? Может быть… за шоколадным батончиком?

– Все-таки, оскал хищника, – сказал Гор, медленно подходя к кассе.

– Вы забыли взять с полки свой помятый батончик, – напомнил кассир. – И причем здесь оскал хищника?

– Дело в том, что, проезжая мимо вашей заправки, я вдруг взглянул на себя в зеркало и задался вопросом – кто я сейчас? Само веселье? Или безжалостный хищник со звериным оскалом? Однако, маска и очки не позволили мне получить ответ на этот вопрос.

– А нельзя было просто снять маску и очки, чтобы прояснить этот вопрос? – поинтересовался кассир.