Мульт
Шрифт:
Не любят меня в министерстве. Ох, не любят.
Ну да я их тоже.
— Полиночка, у меня всё четко по списку, — ко мне подошел Док, закончивший сверять бумаги с привезенными медикаментами, где самым ценным были энергетические капсулы из ядер большинства стихий. — Можете подписывать бумаги.
— Хорошо.
Черканув в них свою подпись, отпустила бедолагу Рябинина, затем снова изучила раненых бойцов… И ткнула в ближайшего, не самого сложного.
— Начнем с этого. Матвей, Семен, у кого из вас есть опыт работы реаниматологом?
— У меня, — отозвался рыжик. —
— Отлично. Матвей, ты пока в запасе. Посматривай, как там дела в новых палатах, куда будем перевозить пациентов после операции. У кого есть хороший диктофон?
Выяснилось, что как такового диктофона нет ни у кого, но есть нужная функция на телефонах, и я попросила записывать всё, что скажу, чтобы потом было что писать в отчет. Ну и фотографировать тоже, причем внешность пациентов как «до», так и «после».
Ну а потом Док, даже не пытаясь стереть с лица улыбку профессионального маньяка, взялся за каталку с бойцом, на которого я указала, и мы дружно переместились в лазарет. Моментально стало мало места, так что я попросила пока Ярослава отъехать к окну, первым взяв в ассистенты Анатолия (мужчины не были против, когда я предложила общаться по именам), а Док встал рядышком, уже заранее намешивая в бутылки и капельницы свои ядреные коктейли.
Парни торопливо переоделись в запасные стерильные халаты, которые привезли с собой. У Румянцева тоже оказался нужный комплект одноразовой хирургической одежды, мы с Доком поступили проще, облачившись в доспехи, не став активировать лишь шлемы, а я ещё и пальцы оставила обнаженными, заработав откровенно завистливый и одновременно восхищенный взгляд Семена.
Ну, с богом!
Первый пациент был относительно легким. «Всего лишь» с ледяным осколком в животе, мы с Доком схожим образом уже на Щене потренировались. Сам боец был магом стального профиля, так что до кучи шло ещё и отравление стихией. К счастью для меня, он был всего лишь шестеркой, так что информировав мужчин, что первым делом я залезу под броню и деактивирую её, пустив импульс в нужный пучок нейронов (не надо удивляться, я просто информирую), вторым начну вытягивать из тела вредоносную стихию, а вот на них самое сложное — следить за пульсом, давлением и почистить внутренности. Регенерацию запущу, когда почищу, не раньше, чтобы не оставить в теле бойца ни крупицы ядовитой для него стихии.
— Начали!
Работать в команде мне понравилось. Ещё сильнее понравилось то, что все вели себя профессионально. Никто не истерил, не паниковал, не удивлялся сильнее необходимого. Мы все делали одно дело: Док вовремя ставил уколы и капельницы, Семен следил за сердцем и сосудами, Румянцев педантично чистил и латал кишки со множественными разрывами, предвосхищая перитонит, ну а я, избавив бойца от доспеха и льда, методично подстегивала регенерацию, не забывая проговаривать ключевые моменты вслух.
Общими усилиями справились буквально за час. Отлично!
При этом регенерацию кожных покровов я намеренно не усиливала слишком рьяно, предпочтя сосредоточиться на внутренностях и позволив Анатолию зашить рану обычным хирургическим
— Фух, — выдохнула, отходя к ближайшей кровати и благодарно кивая Савелию, когда он протянул мне обычную кружку с соком. — Спасибо. С первым закончили. У кого какие ощущения? Хватает сил на следующего или перерыв?
— Полиночка, — взяв пример с Савелия, обратился ко мне ректор, — а вы и впрямь полны сюрпризов. Я один не понимаю, зачем вы поступили учиться?
— Честно? — усмехнулась. — Это всё он, — я мотнула головой на Дока, который мигом изобразил паиньку. — Ну и ради диплома. Знаний мне действительно хватает, но бюрократия безжалостна и без диплома и соответствующего врачебного опыта не стать ни заведующим, ни заместителем, ни тем более главным врачом. А у нас, если помните, в планах реабилитационный центр. Так-то мы вроде уже нашли главного врача, но он уже в возрасте. Лет десять, надеюсь, точно проработает, но потом всё равно придется нового искать. Так почему бы и не самой?
— Хм, интересные рассуждения… И не скажу, что лишены смысла. Что ж, я готов. Как остальные?
— Я бы прервался, — неловко признался Семен, вытягивая вперед чуть трясущиеся руки. — Я, кажется, пока всё.
— Я подменю, — охотно вызвался Ярослав, всё это время внимательно наблюдающий за нами из своего угла.
И я не стала возражать. Единственное, что сначала отправила Дока с первым парнишкой в уже готовую палату (ему помог Матвей, после этого отправившийся отчитываться капитану), а сама сходила и выбрала нового пациента. Тоже не самого сложного, ведь сначала стоило проверить всех своих помощников на способности и умение работать в команде, однако бойца со сложными переломами обеих ног мы прооперировали едва ли не быстрее, чем первого.
Самое сложное для всех (кроме меня) было избавление от доспеха, ну и потом мы столкнулись с сильной кровопотерей, но Док без дела не стоял, я тоже подстегнула печень к усиленной работе, ну а Анатолий и Ярослав в четыре руки быстро собрали парню ноги. Стало даже лучше, чем было!
Шучу.
При этом внутрь пришлось поместить порядка десяти штырей и пластин, чтобы скрепить ими слишком много где раздробленные кости, но и этого добра нам привезли с запасом, что не могло не радовать.
После второго, мы приступили к третьему, затем к четвертому… И тут простые пациенты закончились, как и силы у хирургов.
Я сама тоже ощущала некоторое опустошение, так что, здраво рассудив, предложила взять перерыв, в том числе на ужин, что мужчины дружно поддержали (близился девятый час вечера), и мы с чистой совестью засели на кухне, где немного суетливая Дарья накрыла нам лично.
Заодно познакомились с Варановым Захаром Борисовичем, который уже приехал и заселился в комнате наверху. Мужчина оказался общительным и импозантным, быстро нашел общий язык с остальными целителями, не тушуясь от того, что сам ни капли не одарен магией, но больше всего мне понравилось то, что и ко мне он обращался уважительно, не делая скидку на пол и возраст.