Мучение
Шрифт:
Искры начали отлетать с каждым прикосновением их мечей. Искры любви или ненависти? Были моменты, когда казалось и того, и другого.
И это нервировало Люси. Потому, что любовь и ненависть должны отчетливо быть на противоположных сторонах спектра. Разделение казалось таким явным, как ангелы и демоны казались ей однажды. Уже нет. Когда она смотрела на благоговение и страх своих учителей, воспоминания о споре с Даниелем прошлой ночью всплывали в ее мыслях. И ее собственные чувства любви и ненависти — или если не совсем ненависти, а растущей злости —
Одобрительное восклицание прозвучало из уст ее одноклассников. Казалось, Люси только моргнула, и пропустила это. Момент, когда меч Франчески уткнулся в грудь Стивена. Близко к сердцу. Она надавила на него, и ее узкий клинок изогнулся в дугу. Миг они оба стояли неподвижно, смотря друг другу в глаза. Люси не могла сказать, было ли это частью спектакля.
— Прямо мне в сердце, — сказал Стивен.
— Как будто оно у тебя есть, — прошептала Франческа.
На мгновение показалась, что двое учителей не заметили, что терраса была полна студентов.
— Еще одна победа Франчески, — сказала Жасмин. Она наклонила голову к Люси и понизила голос. — Она происходит из древнего рода победителей. Стивен? Не из такого. — Комментарий казался весомым, но Жасмин лишь легко скользнула на скамейку, одела маску и завязала хвост. Готова идти.
Когда другие студенты начали собираться вокруг нее, Люси попыталась представить себе похожую сцену между ней и Даниелем: Люси с поднятым в руке мечом, и он в ее власти, как поступила Франческа со Стивеном. На самом деле, это было невозможно представить. И это беспокоило Люси. Не потому что она хотела господствовать над Даниелем, но потому что она не хотела быть в его власти. Прошедшей ночью она слишком долго была в его власти. Вспоминая, что поцелуй заставил ее чувствовать неловкость, беспокойство и потрясение — и не в хорошем смысле.
Она любила его. Но…
Она должна была думать об этой фразе без этого маленького дополнения. Но она не могла. То, что было у них сейчас, не было тем, чего она хотела. И если правила игры всегда должны были быть такими, она даже не знала, хотела ли она в ней участвовать. Какой парой она была Даниелю? Какой парой он был для нее? Если у него были другие девушки… в какой-то степени он тоже должен был задаваться этим вопросом. Мог ли кто-то другой дать каждому из них более равные условия.
Когда Даниель целовал ее, Люси внутри чувствовала, что он был ее прошлым. Утопая в его объятиях она отчаянно нуждалась в том, чтоб он был ее настоящим. Но в ту секунду, когда их губы разъединялись, она даже не была уверена, что он ее будущее. Она нуждалась в свободе, чтобы самой сделать этот выбор. Она даже не знала, что лежало за пределами всего этого.
— Майлс, — позвал Стивен. Он быстро вернулся в образ учителя, вставляя свой меч в узкий черный кожаный чехол и кивая в северо-западный угол террасы. — Ты будешь сражаться там с Роландом.
Майлз наклонился к ней с левой стороны и прошептал, — Вы с Роландом раньше ходили в одну школу, какое его слабое место? Я не собираюсь проигрывать новичку.
— Хм…
— Майлс шлепнул ей по колено. — Люси, я пошутил. В любом случае он надерет мне зад. — Он встал, смеясь. — Пожелай мне удачи.
Франческа перешла на другую часть террасы, возле входа в домик, и пила воду из бутылки. — Кристи и Милицент, вы займите этот угол, — сказал она двум девушкам Нефилимам с косичками и соответствующими черными кроссовками. — Шелби и Доун, вы сразитесь тут. — Она указала на угол напротив Люси. — Все остальные будут смотреть.
Люси вздохнула с облегчением, не услышав своего имени. Чем больше она наблюдала за методом обучения Франчески и Стивена, тем меньше понимала. Одна устрашающая демонстрация заменила любое руководство. Не смотри и учись, а смотри и делаю лучше других. Когда первые шесть студентов заняли свои места на террасе, Люси сразу же почувствовала огромное давление подхватить искусство фехтования.
— К бою! — прорычала Шелби, делая выпад вперед, ее меч оказался в дюйме от Доун, меч которой был все еще в ножнах.
Пальцы Доун зигзагом прошлись через ее короткие черные волосы, закалывая пряди назад небольшим количеством заколок в виде бабочек. — Ты не можешь призвать меня к бою, пока я приготовляюсь к бою, Шелби. — Ее высокий голос становился еще более высоким, когда она расстраивалась. — Тебя что, волки вырастили? — она прошипела, с последней заколкой между зубами. — Хорошо, — сказала она, доставая свой меч. — Я готова.
Шелби, все еще стоящая в глубоком выпаде пока Доун наряжалась, выпрямилась и посмотрела на свои неровные ногти. — Подожди, у меня еще есть время на маникюр? — сказала она, еще немного взвинчивая Доун и позволяя ей принять агрессивную позу и махнуть мечом вокруг.
— Как грубо! — рявкнула Доун, но к удивлению Люси, она сразу же показала свое умение владением мечем, мастерски рассекая своим клинком воздух и сбивая Шелби в сторону. Доун была задирой фехтования.
Рядом с Люси, Жасмин смеялась в двое сильней. — Мачт в аду.
На лице Люси выступила улыбка, так как она ни разу не встречала никого настолько непоколебимого как Доун. Сначала, Люси подозревала фальшивость, фасад — там, откуда Люси, с Юга, эта постоянная веселость не была бы настоящей. Но Люси была поражена, насколько быстро Доун оправилась от того дня на яхте. Оптимизму Доун, казалось, не было приделов. Сейчас, Люси было сложно находиться рядом с девушкой не хихикая. И было особенно тяжело, когда Доун фокусировала весь свое девчачье веселье на то, чтобы выбить ханжество из кого-то типа Шелби.