Шрифт:
ВНИМАНИЕ!!!
Если Вам меньше 21 года - немедленно закройте файл и удалите его с компьютера. Не дай Бог родители застукают, проблем не оберетесь.
Роман содержит ненормативную лексику и откровенные описания пастельных сцен далеко выходящих за рамки считаемые нормальными.
Начали читать - не спешите судить, отбрасывать в сторону и крутить пальцем у виска. Да - грязь, да - мразь, да - извращения до которых нормальный человек не додумается. Но он так и называется - «Мразь», соответственно ждать «конфет и букетов», как минимум глупо. Задумывал роман как теодицею «мрази» - кажется получилось.
С уважением, автор.
МРАЗЬ.
Пот бывает разный, в сауне пот легкий, текучий, и почти без запаха. У пахаря или кузнеца пот тяжелый, духовитый, но не противный. Я правда никогда не пахал и в кузнеце не работал, но по другому его себе не представляю. Такой пот даже не имеет права вонять как пот спортсмена, например. Его запах обязательно должен быть с привкусом травы, земли или железа соответственно. Пикантный, интересный. И правильный. Не то что у спортсменов. У них пот бесполезный, глупый. Ну рвешь ты жилы, прыгаешь дальше всех, а смысл? В чем польза от их «быстрее, выше, сильнее» кроме цены рекламной площадки на его выше всех взлетающей задницы. Люди-билборды. Этот прыгает высоко, но не очень - билборд на улице Урюпинской, по две штуки баксов в месяц. А у этого, хоть жопа и меньше, - десять штук в месяц, как билборд на Кутузовском, потому что прыгает выше, подумаешь, площадь его «рекламной площадки» меньше, зато выше.
Пот от секса - отдельно. Показатель и мерило страсти. Он яркий, густой, липкий, словно клей специально созданный для скрепления тел любовников. Секс без пота - супружеский долг, обязанность. Такой же бессмысленный как онанизм. А как в результате пахнет постель... Уууу...
– сказка! Нет ничего прекрасней утомленного сексом тела покрытого шариками пота и в бессилии раскинувшегося на смятых простынях. Любовный сок, конечно, тоже хорошо, но не то. Во-первых - на любителя, во-вторых - он проще получается, естественней, что не так показательно и интересно.
Я аккуратно повернул голову и уткнувшись носом в подушку жадно втянул запах. Часов шесть прошло, а подушка еще влажная и пахнет просто волшебно, именно потом, а не семенем. Тихо, стараясь не потревожить, вытащил руку из под одеяла выпутывая ее из скомканной простыни и взял с прикроватной тумбочки айфон. 7:45, через пятнадцать минут запоет будильник. Целых пятнадцать минут - есть время похулиганить.
Айфон на место, левую руку просовываю под подушку, аккуратно, стараясь не разбудить обнимаю под шею, кладу на грудь и легко сжимаю сосок. Виктор чуть вздрагивает, но не просыпается. Он такой забавный, совсем еще ребенок, двадцать лет, но всех уверяет, что ему двадцать пять, просто молодо выглядит. Обнимаю по талии правой рукой, бережно, чтоб не разбудить, тянусь к мошонке прижимаясь всем телом к горячему голому телу. Такое все маленькое, сонное - прелесть. Легко собираю все в ладонь и стискиваю одновременно проводя языком по шее.
Проснулся, но вида не подает. Сильнее стискиваю сосок, они у него маленькие, но чертовски чувствительные. Начинаю теребить член - набухает, наливается кровью откачивая ее от головы как пиявка. Виктор стонет, пытается схватить меня за терроризирующую его баловника руку. Кусаю в шею и сильно щеплю за сосок - стонет и двумя руками хватает меня за стиснувшие розовую пуговку соска пальцы. Резко взвинчиваю темп, моя правая рука поршнем мечется на его восставшем члене открывая и закрывая быстро набухшую до треска головку. Он не сопротивляется, лишь сильнее вцепляется в мою руку стараясь оторвать её от соска.
Минуты не проходит как мой маленький мелко дрожит, его попа дергается шлепая меня по не менее напряженному естеству. Он стонет, со свистом выдыхает через стиснутые зубы, семя брызжет мне в массирующую головку ладонь, летит
Целую его за ухо, шепчу: «Доброе утро» и откидываюсь на спину. Хорошо. Просто хорошо. Любовь?
– ни в коем разе, мне просто хорошо от того, что хорошо ему.
– Ты мерзкий и отвратительный тип.
– Шепчет он, поворачивается ко мне и приподнявшись на локте целует в щеку. Чуть касается, нежно, целомудренно.
– Тебе не понравилось?
– Без эмоций, словно «который час», спрашиваю я и поднимаю вверх правую руку: его семя начинает стекать из раскрытой ладони.
– Смотри, - обращаю его внимание на каплю и усмехаюсь.
– Чего смешного?
– Удивляется он и кладет голову мне на грудь.
– Она совсем прозрачная.
– Естественно, - он мило вздыхает, - я выжат досуха, удивительно что из меня после вчерашнего вообще что-то смогло вылететь.
– Его рука перебирает волосы на моей груди и скользит вниз.
– А вот у тебя еще есть чем поживиться.
– Озорной блеск в глазах. Целует мне грудь.
– Не надо.
– Накрываю ладонью его, уже достигшую цели, руку.
– Встаём.
– Почему?
– Обиженно игриво смотрит мне в глаза и оттопыривает нижнюю губку.
– Какой же ты еще ребенок.
– Смеюсь я, отодвигаю его с груди и встаю.
– Я хочу тебя поцеловать.
– Порывисто поднимается следом Виктор и хватает меня за руку.
– Целуй.
– Я хочу поцеловать тебя в губы.
– Нет.
– Аккуратно но настойчиво освобождаю руку. Виктор словно сдувается, руки плетьми падают вдоль обнаженного безволосого тела, плечи опускаются, в глазах появляются слезы.
– Ты меня не любишь.
– Выдыхает он и слеза начинает путь по его раскрасневшейся после устроенной побудки щечке.
– Не люблю.
– Отворачиваюсь и мурлыча под нос «Ах Арлекино, Арлекино», иду в ванну не обращая внимания на начинающего плакать мальчика.
Мы познакомились полгода назад в сауне фитнес-клуба, было три часа ночи, клуб пустой, только он и я. Разговорились о полуночниках, поплевались в Тима Бёртона, не к месту помянули Селенджера и как-то само-собой закончили у него в постели. Так и встречаемся два раза в месяц, по четвергам, когда пересекаемся ночью в фитнес-клубе. Он живет рядом, это удобно: традиционное позднее совещание каждый второй четверг месяца, потом сауна в фитнес-клубе, секс до изнеможения, подъем в восемь и к девяти отбывать пятницу на работе. Удобно. Только санузел у него в квартире отвратительный: старая ванна, вечно капающий кран и кошмарный советский бежевый кафель на стенах. С потеками. Словно кто-то умудрился нагадить на стены да так и засохло. Но удобно. Фитнес-клуб в двух шагах и до работы пешком можно дойти.
Когда я вышел из душа небрежно вытершись не совсем свежим полотенцем - почему-то у него других не бывает, Витя уже успокоился и понуро сидел на краю кровати обхватив прижатые к груди коленки. Такой смешной, на совенка похож: красные заплаканные глазки на выкате и упорно сжатые губы, видимо чтоб не тряслись - еще не совсем успокоился.
– Кашки или омлет?
– Поинтересовался я демонстративно игнорируя его состояние.
– За что ты меня так?!
– Выпалил он не разжимая зубов. Интересно, как у него так получилось? Громко, не разжимая зубов и почти не шевеля губами. Даже слюни во все стороны не полетели. Вообще у него многое удивительно получается, например минет, руками не трогает, головой не двигает, а ощущения непередаваемые.
– За что?
– Теперь уже просто повторил он не понимая моего молчания. Глупенький мальчик. Да, минет - это хорошо. Я подошел к нему роняя с бедер полотенце.