Чтение онлайн

— Это самое настоящее преступление, Эдгар. Дверь была приоткрыта. В комнате сидели двое. И обоих он знал. Первый был толстяк Эдгар Леймен, второй был тот самый Пол Биксби, из-за которого погибло столько людей. Пламя от зажигалки полковника чуть освещало комнату.

— Что мне нужно было делать? — оправдывался Леймен. — Как суметь обеспечить безопасность? Мне был дан приказ — всеми возможными методами, вплоть до физического устранения. Наши планы столько раз были известны людям Кастро, что в этот раз мы просто боялись рисковать. У них есть свои люди повсюду. А ответственность

нес я один.

— Вы понимаете, что вы говорите, Эдгар? — спросил разгневанный полковник. — Вы разнесли на куски весь офис местного бюро ЦРУ. Во имя сохранения секретности вы убили четырех офицеров американской разведки. Вы думаете, кто-нибудь будет слушать ваши объяснения?

— Трех. Трех офицеров, — поправил своего собеседника Леймен, — вы же знаете о Робинсоне, он жив до сих пор.

— И слава богу. Это делает вашу вину менее тяжкой.

— У нас не было другого выхода, — твердо ответил Эдгар, — иногда во время войны приходится посылать на уничтожение собственный отряд разведчиков, чтобы спасти основные силы. Считайте, что их жертвы нужны были нашему общему делу. Кроме того, приказ об их ликвидации отдавал совсем другой человек, и вы, полковник, об этом прекрасно знаете.

Роджер, прижавшись к двери, слышал каждое слово. Его волновал только один вопрос: успеет ли он спрятаться до того момента, когда включат свет.

— В любом случае, — произнес Биксби, — можно было найти более цивилизованное решение вопроса — Мы его искали, — задыхаясь, ответил Эдгар и, встав со стула, громко закричал:

— Почему не горит свет? У нас сейчас кончится газ в зажигалке — Они нас не услышат, — сказал полковник, — лучше спустимся вниз, посмотрим, что там происходит. В любом случае я считаю, что действия моего руководства по обеспечению секретности операции были неадекватны сложившимся обстоятельствам.

Он сказал: «моего руководства», услышал Роджер. Значит, его собственное руководство ЦРУ знало о готовящемся взрыве в Мехико. Иногда не хочется верить самому себе.

Он скользнул в соседнюю комнату и, чуть приоткрыв дверь, видел, как в темноте первым идет, освещая коридор, Пол с зажигалкой в руке. Это был все тот же Пол Биксби, но постаревший и полысевший. За ним плелся Эдгар Леймен, спотыкаясь на каждом шагу. У него было очень плохое зрение, и он носил большие очки с толстыми стеклами.

— Почему не дают свет? — в который раз закричал он вниз.

— Кажется, свет отключен повсюду, — сообщил снизу виноватый голос, — в соседних домах тоже отключено электричество.

— Безобразие, — возмутился Леймен, — какой беспорядок! Позвоните, узнайте, что там случилось.

— Уже звонили, там авария. Уверяют, что скоро исправят.

— Дайте хотя бы свечи, — разочарованно произнес Эдгар.

— У нас в доме их нет. Я отправил Роберта за ними к соседям.

Роджер неслышно проскользнул в комнату Леймена и, выбрав подходящее место, втиснулся между шкафом и окном, спрятавшись за очень плотной занавеской.

— Не нужно искать свечей, — успел услышать он голос полковника, — мне уже пора. Я просто заехал к вам выразить свое несогласие с вашими методами.

— Это был приказ, — снова сказал Леймен, — и вы

знаете, кто его мне давал. Кстати, оказалось, что они правы. По нашим данным, на Кубе уже знают о вашей встрече с Эррерой.

— Не может быть.

— Может. Кто-то передал это сообщение в Гавану, и теперь кубинцы могут вычислить вашу игру. Вашу совместную игру, — очень тихо добавил Леймен, и его не услышал даже Роджер, разобрав какой-то шепот.

— Мне нужно быть на месте, — решительно произнес полковник, — возможно, нам придется вносить некоторые корректировки в наш план. Нужно будет состыковаться с нашими необычными союзниками.

— Как они в качестве союзников? — хмыкнул Леймен. — Впечатляют?

— Пока не очень. Мы почти не знаем их планов. Или, вернее, знаем, но в общих чертах. Я вам позвоню завтра утром.

— А где ваша машина. Пол? Я ее сегодня не видел.

— В отличие от вас мы умеем прятать маленькие вещи, Эдгар, — машину, пистолет, деньги, шифрованное сообщение. А ваша задача — прятать целый завод под землей или какую-нибудь радиостанцию на отдаленном острове. Я оставил автомобиль с другой стороны дома, чтобы он не так бросался в глаза. Так будет лучше для нас обоих.

— Может быть, — очень недовольно ответил Леймен, — но это в будущем. Не забудьте, что завтра нам нужно встретиться. Сегодня уже первое июня, до намеченного срока осталось всего два дня.

Роджер постарался запомнить и эту дату.

Очевидно, снизу все-таки принесли одну свечу, и Леймен, осторожно неся свечу, прошел в свою комнату. Теперь он был один. Поставив свечу на столик, он подошел к окну. На нем была белая рубашка, темные брюки с широкими большими цветными подтяжками. Он подергал за подтяжки, хлопнул себя по животу, что-то пробормотал. Затем вышел из комнаты, оставив свечу на столе. Роджер сразу потушил ее. Из коридора был слышен крик Леймена:

— Сделайте что-нибудь со светом! У нас все компьютеры выйдут из строя! — Эдгар снова вернулся в свою комнату и обнаружил, что его свеча погасла. Ругаясь, он начал искать зажигалку, и вдруг его кто-то схватил за руку.

— Спокойно, Эдгар, — сказал чуть приглушенно Роджер, дотрагиваясь до горла Леймена острием ножа, — постарайся не кричать.

Странное свойство ножа, в отличие от пистолета, чье дуло не вызывает подобного страха, нож действует всегда очень впечатляюще. Может, в человеке просто говорит атавистический страх, оставшийся с древних времен, когда он боялся прежде всего холодного оружия, или смерть от пистолета просто кажется менее мучительной и более благопристойной. Леймен не узнал, чей конкретно был голос, но почел за благо повиноваться.

— Сядь, — толкнул его в кресло Роджер. Лейман почти упал в кресло. Но пока он благоразумно молчал, не пытаясь позвать своих людей.

— Я ведь говорил, Эдгар, я приеду за тобой, — сказал Роджер. Он не позволил Леймену зажечь свечу, и теперь почти в абсолютной темноте он видел лицо Эдгара, а тот только слышал его голос и не видел говорившего. Кроме общей темноты, у Леймена было очень плохое зрение, минус шесть, и Роджер это хорошо знал.

— Кто вы? — Все-таки Леймен не до конца осознал ситуацию.