Чтение онлайн

— Конечно, знаю, — ответил Уолтер. — Это Джозеф Каннингфокс, если я не ошибаюсь…

— Это я пригласил его сюда, — сказал Уитни и направился к Джозефу.

— Уитни с Каннингфоксом работают над каким-то совместным историческим проектом, — пояснил Чарльз Уолтеру.

— Интересно, — заметил Уолтер, — оказывается, они сотрудничают теперь…

— По инициативе Каннингфокса.

— Кстати, Каннингфокс — очень интересная личность… — задумчиво сказал Уолтер.

— Тебе приходилось с ним работать?

— Не совсем… Извини, я тебя оставлю, мне

нужно поговорить с Лиз.

"Везде сплошная секретность…" — подумал Чарльз и принялся рассматривать картины.

Уолтер подошел к Лиз и осторожно отозвал её в сторону.

— О чем они его спрашивают? — спросил он её, продолжая поглядывать на журналистов.

— В общем-то, ни о чем опасном, — ответила Лиз. О его отношении к современной живописи, о его собственных картинах и дальнейших планах…

— Не нравится мне всё это… — процедил сквозь зубы Уолтер. — Кстати, Лиз, давно хотел тебе сказать, Сальвадор-то догадался о том, что ты вовсе не историк…

— Неужели… Зачем ты мне об этом говоришь?

— Просто так… Боюсь, как бы и здесь он до всего не докопался…

— Это будет неудивительно. Ведь не зря у него твой интеллект.

— С чего ты это взяла?

— Ты же сам говорил…

— Я тебе ничего не говорил… Это было твое предположение. Интеллект — не мой. Точнее, изначально — не мой.

— Что значит, изначально?

— Это очень долго объяснять… В общем, Сальвадор получил интеллект моего друга, художника Серджио Минелли. Откуда у него, по-твоему, страсть к живописи. Если бы у него был мой интеллект, его увлечением были бы далеко небезопасные химические опыты. Нет, Лиз, другого такого, как я больше не нужно…

— Что-то я начинаю уставать, — сказала Лиз и шепотом добавила, — кажется, наши «гости-журналисты» уже уходят…

Люди с камерами попрощались и покинули галерею.

Лиз и Уолтер подошли к Сальвадору, Кейт и Пэмеле.

— Ну и как дела? — весело спросила Лиз у Сальвадора. — Какие у тебя впечатления?

— Я приятно удивлен тому, что люди испытывают такой искренний интерес к моим работам.

— Ты этого заслуживаешь! Абсолютно все считают твои работы гениальными…

— Мне очень приятно… Спасибо вам! Большое спасибо!

— За что? — растерянно спросила Лиз.

— За все, что вы для меня сделали…

— Перестань, Сальвадор, наши заслуги не так велики, как ты думаешь. В конце концов, эта выставка стала возможной лишь благодаря тебе…

— Что-то у всех какие-то грустные лица и говорим мы о каких-то скучных вещах, — сказал Уолтер. Оживитесь! Впереди ещё два дня… Если так пойдет и дальше, у нас не хватит сил для того, чтобы реализовать все, что мы задумали… Всё, всё, достаточно хандры!

— Отлично! — поддержал Сальвадор. — У меня как раз появилась замечательная идея!

— Какая? — в один голос спросили Лиз и Уолтер.

— Давайте, все вместе пойдем сегодня в ресторан!

— В ресторан? — удивленно спросил Уолтер. — Зачем?

— Ну, как же? У нас такой замечательный повод…

"Боже мой", —

подумала Лиз. — "Вот только этого нам не хватает! Пойти в ресторан, где каждый уж точно будет глазеть на Сальвадора. Надо же, какое упрямое существо…"

— Зачем нам сегодня ресторан, — начал убеждать Сальвадора Вайсман. — Все мы и так сегодня устали! Вот, посмотри на Лиз! Она еле стоит! Буквально только что мы говорили с ней о том, что уже страшно устали…

Сальвадор посмотрел на Лиз, которая стояла с таким жалобным выражением лица, что он тут же отказался от своей идей.

— Ну, хорошо, — сказал он. — Давайте тогда пойдем через три дня, когда все закончится…

— Ну, кому нужен этот ресторан? — продолжал Уолтер. — Если мы захотим, сможем отметить наше замечательное событие у нас дома. Или в саду. Можно расставить столы, заказать все необходимое, и хорошо повеселиться!

Уолтер говорил с жаром и, видимо, столь убедительно, что Сальвадор согласился и на этот раз. А Уолтер спокойно вздохнул, подумав о том, что на этот раз гроза пронеслась мимо. "Но только на этот раз…, — думал он. — И неизвестно, когда возникнет следующий напряженный момент…"

К его счастью больше ничто не омрачило его до конца дня. Все проходило по заранее обдуманной схеме, и все действующие лица появлялись в свое положенное время…

Со дня выставки прошло два месяца…

Её организация и проведение оказались занятием более серьезным и напряженным, чем предполагали наши друзья. Поэтому, успешно с ним справившись, они, изрядно уставшие, возвращались к обычному течению жизни…

Уитни полностью погрузился в совместный с Каннингфоксом проект, Лиз вернулась в лабораторию доктора Джонсона, который начал новую исследовательскую работу и предпочел делать это в прежнем составе. Алиса и Николас пошли в школу, и на прочую активную деятельность у них почти не было времени.

Таким образом, Уолтер Вайсман и его друг Сальвадор испытывали жесточайшую хандру, неожиданно оказавшись в стороне от пристального внимания со стороны своих друзей, и вынуждены были, в конце концов, также вернуться к своей прежней деятельности: Уолтер продолжил научные опыты, а Сальвадор полностью занялся живописью. Безусловно, Лиз и её подруги навещали их, но визиты эти постепенно становились всё реже и реже.

Поэтому в один из поздних вечеров Лиз была чрезвычайно рада тому, что Уолтер ей позвонил.

— Как поживает Сальвадор? — почти сразу спросила она.

— Вот как раз о нём я и хочу поговорить, о Сальвадоре! — явно очень волнуясь, ответил он.

— Что случилось? — нетерпеливо спросила Лиз.

— Он пропал!

— Как пропал…

— Понимаешь, сегодня я заезжал к доктору Джонсону по поводу моей последней научной работы и немного задержался…, — нервно ответил Уолтер. — В общем, когда я вернулся полчаса назад, Сальвадора уже не было…

— Ты везде посмотрел?

— Конечно…