Мозг
Шрифт:
— Ну и воображение! — Филипс взялся за конец каталки и втянул ее в старинный рефрижератор. Сосуд звякнул о металлическую стойку. Дениз вошла и быстро осмотрелась: все выложено плиткой — пол, стены, потолок. Плитка когда-то была белой, а сейчас приобрела неопределенный серый оттенок.
Помещение длиной девять метров и шириной шесть. По бокам вдоль стен стоят старые деревянные тележки, колеса — размером с велосипедные. По центру камеры свободный проход. На каждой тележке лежит завернутый труп.
Филипс
— А, вот она, — узнал Филипс, заглянув под одну из простыней. К облегчению Дениз, он не стал откидывать простыню; жестом он попросил пододвинуть каталку. Дениз повиновалась, как автомат.
— Помоги поднять ее.
Дениз через простыню ухватилась за лодыжки Лизы Марино, избегая прикосновения к трупу. Филипс поднял туловище. Сосчитав до трех, они переложили тело, отметив, что оно уже успело окоченеть. С помощью тянувшей спереди Дениз Мартин вывез каталку из рефрижератора, после чего закрыл дверь и задвижку.
— А зачем внутривенные принадлежности? — поинтересовалась Зенгер.
— Не хочу, чтобы узнали, что мы везем труп. Принадлежности — это мазок, выполненный рукой мастера. Он стянул простыню, обнажив бескровное лицо Лизы Марино. Дениз отвела взгляд, когда Мартин стал поднимать голову и подсовывать под нее подушку. Трубку от сосуда он положил под простыню.
Отступив назад, он оценил результат. — Отлично. — Потом, похлопав труп по руке, спросил:
— Теперь удобно?
— Мартин, ради Бога, это же ужасно!
— Ну, по правде говоря, это защитная реакция. Я не уверен, что нам нужно это делать.
— Он мне еще говорит, — простонала Дениз, помогая направить каталку в двойную дверь.
Тем же путем они прошли по подземному лабиринту и вошли в лифт для пациентов. Они встревожились, когда кабина остановилась на первом этаже. На площадке стояли два санитара с пациентом в кресле на колесах.
Мартин и Дениз в страхе посмотрели друг на друга. Дениз отвернулась, кляня себя за то, что ввязалась в эту нелепую авантюру.
Санитары, против ожидания, вкатили пациента в кабину лицом внутрь. Они были увлечены разговором о предстоящем бейсбольном сезоне и, если и обратили внимание на вид Лизы Марино, то никак этого не показали.
Иное дело пациент. Он всмотрелся и увидел большой зашитый разрез подковообразной формы на голове Лизы Марино.
— После операции? — спросил он.
— Угу.
— Поправится?
—
Пациент с пониманием кивнул. Потом двери открылись на второй этаже, и Филипс и Зенгер вышли. Один из санитаров даже помог вытащить каталку.
— Какая нелепость! — облегчила душу Зенгер, когда они шли по пустому коридору. — Я себя чувствую преступницей.
Они вошли в кабинет томографии. Рыжеголовый лаборант увидел их сквозь полупрозрачное стекло пультовой и зашел помочь. Филипс сказал ему, что требуется экстренная томография. Лаборант отрегулировал стол, встал за головой Лизы Марино и подсунул руки под плечи, готовясь поднять. Ощутив ледяной холод безжизненного тела, он отскочил.
— Она мертвая! — крикнул он, потрясенный.
Дениз закрыла глаза.
— Скажем так: у нее был трудный день, — ответил Филипс. И вы ничего никому не говорите об этом небольшом мероприятии.
— Вы все же хотите сделать томограмму? — недоверчиво спросил лаборант.
— Обязательно.
Собрав силы, лаборант помог Мартину поднять Лизу на стол.
Поскольку в иммобилизационных креплениях необходимости не было, он сразу включил томограф, и голова Лизы была вдвинута в машину. Проверив ее положение, он позвал Филипса и Зенгер в пультовую.
— Она, конечно, бледная, — заметил он, — но выглядит лучше некоторых пациентов из Нейрохирургии. Он нажал кнопку сканирования, и громадная округлая машина ожила и начала вращение вокруг лизиной головы.
Они ждали, сгрудившись у экрана. В верхней его части появилась горизонтальная линия, потом она стала смещаться вниз, видимо разворачивая первое изображение. Появились кости черепа, но внутри ничего определенного не было видно. Внутренность черепа была темной и однородной.
— Что за чертовщина? — удивился Мартин.
Техник подошел к пульту и проверил регулировку. Он возвратился, качая головой. Они подождали появления следующего изображения. Опять появились очертания черепа, но внутри него все выглядело ровно.
— Вечером машина работала нормально? — спросил Филипс?
— Отлично.
Филипс протянул руку и покрутил рукоятки уровня и ширины сканирования. — Господи! — вырвалось у него. — Вы поняли, что мы видим?
Воздух! Там нет мозга. Он исчез!
Они глядели друг на друга со смешанным чувством изумления и недоверия. Мартин вдруг повернулся и побежал в аппаратную. Дениз и лаборант пошли следом. Мартин взял голову Лизы обеими руками и приподнял. Вместе с ней приподнялось над столом все негнущееся тело. Лаборант подставил руку, и Филипс смог взглянуть на лизин затылок. Ему пришлось тщательно всматриваться в сине-лиловую кожу, но он нашел то, что искал: тонкий подковообразный разрез у основания черепа, заделанный невидимым швом.