Чтение онлайн

За последние полвека Арбор-Нолл почти не изменился, лишь иногда подвергаясь обновлению для поддержания изысканного вкуса полного благополучия. Он до сих пор охранялся частными охранниками, но теперь они подчинялись секретной службе, которая получила в свое распоряжение больший из двух гостевых домов в качестве командного пункта.

Когда кандидат в президенты находился в резиденции, около тридцати агентов прочесывали берег и леса, с трех сторон окружающие поместье. В обычной одежде и с наушниками раций агенты секретной службы также стояли на посту в будках на въезде для посетителей и у служебного входа.

Это величественное

поместье с предметами роскоши и замечательной историей было живым сердцем семейства Редмондов. Данные опросов были против кандидата в президенты Крейтона Редмонда, но если бы он достиг успеха, Арбор-Нолл мог бы стать сердцем Америки.

9.30. СУББОТА

Предвыборная команда Крейтона Редмонда из десяти человек и дюжина его родственников — все влиятельные лица в юриспруденции и большом бизнесе — торжественно прошли в библиотеку главного дома. Он старался не привлекать родню к избирательной кампании, кроме, конечно, жены и детей, чтобы свести к минимуму неизбежные обвинения Редмондов в семейственности. Они поддерживали его, собирая средства и внося пожертвования. Для того чтобы собрать всех сегодня, у него была особая причина.

Библиотека была обставлена в мужском вкусе — богатая отделка из орехового дерева, мебель, обитая кожей, и огонь в большом камине. Аромат горящих поленьев наполнял воздух. Утренний свет проникал через высокие окна и отражался от переплетенных в кожу книг, к которым многие годы прикасались разве что с целью вытереть с них пыль. Дух власти заполнял комнату, и, как только предвыборный штаб и Редмонды нашли места, где сесть или встать, они глубоко вдохнули его, как можно дольше задержали в легких и с готовностью приняли важный вид, когда она потекла по их артериям.

Большая политика входит в привычку, даже когда отстаешь в предвыборной гонке.

— Вы прибавили целый пункт! — Это был специалист Крейтона по средствам массовой информации Марио Гарсиа, худой, жилистый человек с незапоминающейся внешностью и мозгами, не уступающими компьютеру. Он обратился ко всем собравшимся, но его глаза не отрывались от кандидата в президенты, ища одобрения.

Винс Редмонд, старший сын кандидата, пил коктейль «отвертка» и смотрел на отца. В тридцать с лишним лет острыми чертами лица и черными волосами он напоминал Крейтона в молодости. Он любил и боялся отца, но более всего его наполняла энергией мысль, что когда-нибудь он превзойдет нынешнего кандидата в президенты.

Занимая пост заместителя директора ЦРУ по разведке, Винс не годился для участия в отцовской кампании, поэтому он был одет неофициально — хлопчатобумажные брюки на фланелевой подкладке и простая рубашка. По той же самой причине он старался находиться на заднем плане. Джордж Буш (старший) тоже был директором ЦРУ, и, когда он шел на первый срок, горячо обсуждался вопрос о том, следует ли делать президентом бывшего шпиона. Кампания Буша успешно ответила на этот вопрос, но Крей-тон Редмонд не видел причины повторять аргументы.

Винс редко выступал на публике, но сейчас взял слово:

— Вы хотите сказать, что это вызвано убийством Маргерит?

— Совершенно верно, — ответил Марио Гарсиа с другого конца библиотеки, высоко подняв свою папку. — Ее смерть дает нам «фактор сочувствия». Это убийство освещается во всех новостях.

Он повернулся к кандидату, сидевшему за массивным ореховым столом:

— Мы начали

опросы два часа назад. Предварительные результаты показывают, что вы поднялись до сорока процентов. Если повезет, мы получим еще пол-очка после пресс-конференции. Убийство в семье затрагивает чувствительные струны в душах избирателей. Это никого не оставляет равнодушным.

Лицо Крейтона Редмонда исказилось.

— Ее смерть — трагедия.

Но президентская кампания — это война, и, как только команда избавилась от шока, вызванного смертью Маргерит, они быстро стали придумывать, как использовать ее. Отеческое выражение, которое так ободряет избирателей, вернулось на его лицо. Обладая в свои пятьдесят с лишним лет средними ростом и комплекцией, в консервативном темном костюме, с начавшими седеть волосами и неиссякаемой энергией, он пользовался успехом среди электората, ориентированного на молодежь. В нем не было ничего выдающегося, пока он не вставал перед слушателями. Харизма превращала его в гиганта.

— Она делает вас обыкновенным человеком в их глазах, судья, — сказал человек из отдела массовой информации. — Убийство миссис Остриан было ударом, и мы все просто в ужасе от него. Но оно, по крайней мере, приносит хоть какую-то пользу.

— Понимаю, Марио. Спасибо вам. Вы отлично работаете.

Взгляд бывшего судьи Редмонда был решителен, и комната согревалась в лучах его непоколебимой уверенности. Он отметил успехи Марио. Это принесло удовлетворение лишь на один миг. Он выработал манеру одновременно хвалить и осуждать, высказывая похвалу, но при этом давая понять, что нужно сделать гораздо больше, чтобы ей по-настоящему соответствовать. Отличное средство для тех, кто, обладая талантом, энергией и умом, может идти до самого верха, но сомневается в себе.

— Но тебе нужно больше полутора пунктов.

Очевидная истина прозвучала из уст самого младшего брата кандидата, Брайса. В его голосе была нотка презрения. Всем известно, что его мало интересовали политика и политики.

Другой брат, Дэвид, пропустил шпильку Брайса мимо ушей.

— Правильно. Нам нужно намного больше, — выразил он озабоченность. — Дуглас Пауэрс все еще на пятнадцать пунктов опережает нас. Пятьдесят пять процентов, а до выборов всего три дня. Что у нас есть такого, что могло бы сбросить его с вершины? Мы ведь не хотим уподобиться Бобу Доулу в девяносто шестом году!

— А как насчет средств, которые вложили в платные средства информации? — спросил один из племянников. — И что пишет бесплатная пресса о вас и вашей программе?

Оплаченная реклама называлась платными средствами информации, а новости — бесплатными.

Крейтон Редмонд кивнул и повернулся к человеку, сидевшему справа от него:

— Уолт, что ты можешь ответить на это?

Главный стратег Уолт Миллер сказал:

— Мы нажимаем на все кнопки. — Усталость избороздила его лоб и щеки, забытая сигарета жгла пальцы. — Снижение налогов. Яростные протесты против раннего секса среди подростков и наркотиков. Защита прав собственности. Больше оружия для укрепления нашей роли единственной сверхдержавы в мире. Эта программа должна заинтересовать всех американцев и при этом не лишить нас базы поддержки. Она срабатывает. Но бесплатные средства информации соблюдают свой чертов нейтралитет, а мы опоздали купить эти выборы через обычные платные средства. Мы не подозревали, насколько далеко вперед ушла команда Пауэрса.