Моя жена стриптизёрша

(Эпизоды из городской жизни в 2-х действиях)

Действующие лица:

ГЕЛЯ, симпатичная женщина 40 лет;

СЕДОЙ, знакомый Гели 39 лет;

ЛЁЛЬКА, подруга Гели 39 лет;

ПЯТАК, знакомый Гели 37 лет;

НИНКА, соседка Гели 45 лет.

Места действия: квартира в частном доме, общий двор с садом.

Ранняя весна. Столица одного из центральных регионов России. Двухкомнатная квартира в частном доме, в окнах видны вдалеке многоэтажки, а совсем рядом – такой же частный дом с искрящимися от солнца сосульками на карнизе и блестящей оцинкованной крышей, на которой ещё лежат островки грязного снега. Зал объединён с кухней на манер квартиры-студии, обстановка выглядит современно, даже экстравагантно: на стенах живописная композиция из сухих полевых цветов, колючек, вперемешку с плетёными вещицами, типа, круги, подставки, странные фигуры из соломы. Рядом с холодильником плетёное кресло в стиле ретро с вплетёнными цветными ленточками.

В спальне в горшках растёт декоративный бамбук и висит большая картина в стиле постмодерн, коллаж и масло: городской пейзаж из тёмных многоэтажек, на фоне которых молодёжь танцует, выпивает, поёт и просто корчит рожицы.

Почти в центре зала деревянный лакированный стол в народном стиле и две такие же лавки возле него, на одной из которых сидит Пятак – скуластый, суховатый, с ёжиком волос на голове, в модной импортной кофте. На столе перед ним стоит полуторалитровая баклажка пива и деревянные пивные кружки с крышечками.

Геля достаёт из тостера поджаренные куски белого хлеба и выкладывает их на тарелку, что на кухонном столе. У неё длинные чёрные волосы с синим отливом – подкрашены. Женщина в модном джинсовом костюме, который облегает её фигуру и сильно молодит; она стройна, сексуальна и подтянута, как это часто бывает у танцовщиц.

ГЕЛЯ (манерно растягивая гласные). Сэ-эр, вам посоли-ить? (Раскладывает жареный хлеб на тарелке.)

ПЯТАК (нетрезво ухмыляясь и ёрничая). Уважаемые сэры и сэру-ухи… Гхым!..

ГЕЛЯ. Гадёныш.

ПЯТАК (продолжая в том же духе). Графини и графи-ины…

ГЕЛЯ. Лови!

Геля делает резкое движение тарелкой, словно собирается метнуть её в сторону мужчины, отчего тот вскидывает перед собой руки.

ПЯТАК. Озверела, что ли?

ГЕЛЯ. Проверка реакции. По-моему, тебе уже достаточно.

ПЯТАК. Не капай на мозг. Пожрать есть чё-нить?

ГЕЛЯ (показывая на тосты).

ПЯТАК (сморщив лицо). Пф!.. А мясца-а?

ГЕЛЯ. Мясцо снижает мозговую активность и засоряет капилляры.

ПЯТАК. Чё там засорять – кость!

Пятак открывает рот и стучит себя сверху по голове костяшками пальцев так, чтобы слышен был глухой звук. Одновременно слышно, как кто-то стучит в дверь.

О, блин!.. (Прислушивается к стуку в дверь.) Это не в голове. Ломится кто-то.

ГЕЛЯ (крича в сторону двери). Открыто! Нам нечего скрывать от правоохранительных органов.

Дверь открывается и входит Седой: на нём импортная ветровка для гольфа, потёртые модные джинсы, через плечо спортивная сумка на длинном ремне. Он небрит, взлохмачен и тем не менее выглядит стильно, словно голливудский киногерой, который сбежал из тюрьмы и сейчас находится в бегах ещё вначале фильма. В прихожей темно, поэтому он натыкается на что-то, и его сразу не видно.

СЕДОЙ. Извиняюсь… Гелена Долматина здесь живёт?

ГЕЛЯ. С утра тут жила. Да вы на свет пройдите. Там лампочка перегорела.

СЕДОЙ. А как её саму увидеть?..

Седой выходит на свет и смотрит на Гелю, она с удивлением смотрит на него.

ГЕЛЯ (через паузу). О… Сашка Лавринов воскрес.

СЕДОЙ. Ну да. Седой.

ГЕЛЯ (разглядывая Седого). Седой… ещё не седой. Извини, сразу не узнала. Ну, давай, Седой, заходи. Будем пиво с тостами пить.

Седой заходит в зал и выставляет на стол квадратную бутылку виски.

СЕДОЙ. Тогда… За встречу старых друзей.

Пятак разворачивает бутылку этикеткой к себе.

ПЯТАК. Вискарь?.. (Щурясь, читает по слогам.) Вхи-тэ хо-рсэ…

ГЕЛЯ. Руки, руки, Пятак!

ПЯТАК. Да я прочитал только.

СЕДОЙ (с английским акцентом). Уайт хос – Белая лошадь. Мировой бренд.

ГЕЛЯ. А это Витёк Пятаков. Знаешь такого? (Ставит на стол тарелку с тостами.)

СЕДОЙ. Да всего и не упомнишь. Я в Булавинске лет десять не был. Иду по городу – вроде все знакомыми кажутся, а вроде и нет… Как будто в свою бывшую школу зашёл – стены родные, а люди новые.