Мой враг

– Готова к экскурсии по городу?

Во все глаза таращусь на парня, сидящего рядом на водительском сиденье Лады-Приоры, скрипящей при каждом повороте. С водителем я познакомилась несколько часов назад, когда Сапсан перемещал нас из Москвы в Санкт-Петербург.

Олег оказался жутко скучным и примитивным, но зато имел статус петербуржца и машину, припаркованную на подземной парковке ТЦ «Галерея», находящегося возле вокзала, и как оценивший мою красоту и воспитание попутчик, предложил подвезти меня

до дома бабушки. Но ни о какой экскурсии мы не договаривались!

Отрицательно качаю головой.

– Ладно тебе, не ломайся.

Что? Эта фраза окончательно выводит меня из себя:

– Либо ты везешь меня по адресу, либо дай мне выйти.

Усмехается:

– Ты чего такая дерзкая?

Чувствую, что ситуация выходит из-под контроля, но я, все еще надеясь на нормальный исход, придерживаю себя и, сбавив обороты, пытаюсь сказать вежливо:

– Высади меня, где можно остановиться.

Олег проезжает перекресток, ничего не ответив мне. Пару минут таращусь на дорогу и машины, едущие рядом, и гадаю, ищет ли он место для остановки или, не успев приехать, по дурости я вляпалась в неприятную историю.

– Когда ты, наконец, остановишь тачку? – не выдержав, срываюсь.

От волнения или страха я обычно не прячу голову в землю, как страус, а становлюсь резкой и вспыльчивой, пытаясь за фасадом грубости спрятать чувства, пугающие меня.

Олег поворачивается и, приторно улыбаясь, заявляет:

– Когда ко мне приедем.

Это уже совсем не смешно.

Какой черт меня дернул знакомиться в поезде и идти с этим Олегом в его машину? Такая безалаберность совсем несвойственна мне. Наверное, от волнения, что мой двухлетний план начинает осуществляться, я потеряла рассудок.

Олег нахально кладет свою руку мне на колено. Прикосновение обжигает и вызывает шок. Без слов и предупреждения со всего размаха заезжаю по его лицу своей маленькой дорожной сумкой.

– Идиотка! – орет он, убирая руку, и хватается за руль, чтобы удержать автомобиль в своем ряду.

Машина, слегка вильнув, восстанавливает траекторию движения и несется дальше.

– Остановись немедленно! – уже не говорю, а кричу я, но свалившийся на мою голову придурок опять игнорирует.

Не знаю, что руководит мной: инстинкт самосохранения, паника или что-то другое, но я начинаю изо всех сил, что у меня есть, колотить негодяя тем же не предназначенным для обороны предметом, мешая ему управлять машиной и вынуждая припарковаться.

Конечно, я осознаю, что из-за моих действий мы можем врезаться в другой автомобиль и даже получить какие-то травмы, но сейчас это меня волнует в последнюю очередь. Я отчаянно хочу покинуть железный плен и вырваться на улицу.

Сначала Олег пытается утихомирить меня одной свободной рукой, потом успокоить, обещая, что сейчас остановится, но я оглохла и ослепла и колочу его до того момента, пока автомобиль не прекращает движение и ручка двери не поддается мне.

Мгновенно вылетаю на улицу и под аккомпанемент бурлящего города, как ошпаренная, бегу прочь.

Только спустя пару минут отчаянного кросса вдруг неожиданно вспоминаю, что мои вещи остались в багажнике машины, из которой я убежала.

Останавливаюсь и размышляю: возвращаться мне обратно или распрощаться со своим чемоданом. Решаю, что проститься со множеством любимых и очень нужных вещей – это как минимум накладно и неразумно, и стартую в обратную сторону.

Бегу сломя голову, стирая пот со лба и периодически врезаясь в прохожих, умудряясь при этом удивляться тому, что Питер ночью не спит.

Может, улица наводнена не жителями города, а туристами или сумасшедшими авантюристками вроде меня?

В очередной раз натолкнувшись на кого-то, неожиданно ощущаю приятный древесных, чуть сладковатый аромат, и в диссонанс запаху слышу грубое:

– Ты что, офигела?

Таращусь на красавчика, в которого вцепилась, а он резко отталкивает меня от себя и начинает рассматривать оттоптанные мной кроссовки.

Подняв на нахала возмущенный взгляд, сердито выдыхаю:

– Грубиян.

Он щурится и добавляет холодно и надменно:

– А ты не только слепая, но и бешеная.

Я думала, что то, что произошло со мной сегодня, – это предел неприятностей, положенных на мою долю за один час пребывания в новом городе, но не тут-то было.

От слов невоспитанного типа я мгновенно вскипаю и едва удерживаюсь, чтобы не влепить ему пощечину. На счастье нахала, я вспоминаю, зачем торопилась, и, все еще пыхтя от злости, делаю шаг в сторону, не забыв одарить его на прощание испепеляющим взглядом.

Противный смех и неприятное слово «бешеная» летит мне в спину. Вздрагиваю и в одну секунду возвращаюсь, и на эмоциях все-таки влепляю ему смачную пощечину с силой клокочущей внутри злости.

А что? Я просто решила соответствовать его словам. Я же бешеная!

Улыбка пропадает с надменного лица негодяя. Он так смотрит на меня своим свинцовым взглядом, что я сжимаюсь и чувствую, как моя смелость испаряется из организма, как влага с раскаленного асфальта.

Заторможенно наблюдаю, как злодей поднимает руку, и, решив, что он хочет ударить меня в ответ, непроизвольно зажмуриваюсь.

ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ, ЧИТАЯ И КОММЕНТИРУЯ ЭТУ КНИГУ, ВЫ АВТОМАТИЧЕСКИ СТАНОВИТЕСЬ ПРЕТЕНДЕНТОМ НА ПОЛУЧЕНИЕ ПРОМОКОДА ОТ АВТОРА ЕЛЕНЫ СЕРГЕЕВОЙ.

Секунда... Еще одна… Третья… Ничего не происходит.

– Убирайся с моих глаз, – слышу, приоткрыв веки, и в смятении таращусь на мужчину.

На его щеке вырисовывается красный отпечаток моей ладони, во взгляде плещется ядовитая злость, и я, не рискуя нарываться еще больше, разворачиваюсь и уношу ноги.

Дойдя до того злополучного места, где выскочила как ошпаренная из машины, нужное транспортное средство не нахожу. В растерянности кручу головой по сторонам, но вижу только улицу чужого города со снующими автомобилями да чужих, спешащих по своим делам людей.