Чтение онлайн

***

Милена ехала к нему в гости и удивлялась сама себе. Немыслимо, чтобы женщина на восьмое марта сама ехала к мужчине принимать поздравления, а не он к ней с подарками и цветами. И ведь она не чувствовала от этого себя оскорблённой, её скорее снедало любопытство, и было почему-то весело. Вот ведь невозможный мужик! Он всё время удивлял её и озадачивал своим нетривиальным подходом ко всему. При всём при этом Демидов не производил впечатления человека "с приветом". С ним вообще было легко, всё как-то получалось само собой логично и правильно, даже если на первый взгляд казалось безумием. Но в то же время его нельзя было назвать простым и понятным человеком. Интуиция подсказывала, что ей пока

позволяют плескаться на поверхности его личного океана, лишь изредка давая заглянуть поглубже. И эта глубина неодолимо манила, несмотря на все предполагаемые опасности. Разум не мог поколебать уверенность сердца в том, что где-то на самом дне этого океана таятся самые настоящие сокровища, цены которым в этом мире просто не придумано.

Откуда-то в душе появилась уверенность, что его вины в гибели её сестры быть не может. Не мог такой человек, как Ярослав, сотворить такое чудовищное зло. Хотя иногда разум ехидно замечал, что она готова поверить чему угодно без всяких доказательств, поддавшись его невероятному магнетизму и обаянию, только потому, что ей самой хочется, чтобы его невиновность была правдой. Как бы ей хотелось получить доказательства тому, что Ярослав действительно не имеет отношения к гибели Снежаны. Тогда бы ехидный голос разума перестал её терзать, рождая в душе сомнения и ужас. Но как получить эти доказательства? Самый простой путь - поговорить с Демидовым начистоту. Но ведь для этого придётся раскрыть все карты. Неизвестно, как Ярослав отнесётся к такому повороту событий, да и правды от него можно никогда не услышать. Если он убийца, зачем ему признаваться ей в этом? Ей в таком случае никогда не удастся ни вывести его на чистую воду, ни тем более отомстить, приведя свой план в исполнение. К осуществлении её первоначальной задумки по разорению его фирмы было всё готово. Ей всего-то нужно было дождаться лета, чтобы всё сработало. Так что время разобраться в той старой трагедии у неё было, да и для Демидова до лета ничего не изменится. Надо было срочно придумать, как узнать правду. Но Милена решила отложить всё это на потом. Сегодня, в конце концов, праздник, и сейчас ей хотелось думать о том, что его признания в любви, сказанные вроде как в шутку, всё-таки были правдой. И было ужасно любопытно, что же он придумал для неё сегодня.

Встретили её буквально с пирогами, и Арина с гордостью сообщила, что они с папой сами их испекли в честь праздника.

– Тесто, правда, покупное, - уточнил Ярослав.

– Думаешь, это что-то меняет для меня? Признайся, Демидов, ты всё ещё стараешься произвести на меня впечатление?

– Вообще-то мои планы гораздо грандиознее и обширнее. Во-первых, это подарок от нас с Ариной. Во-вторых, я хочу, чтобы ты поняла, что в вопросах быта я совсем не беспомощное существо.

– Подарок мне очень понравился. Но я никогда не считала тебя беспомощным.

– Польщён. Но я то об этом не знал. Теперь перехожу к третьей части своей речи, из которой ты окончательно всё поймёшь. Так вот, в-третьих, Лен, переезжай уже к нам. Видишь, какие мы самостоятельные? Нам не требуется кухарка, посудомойка или уборщица, мы с Аринкой просто тебя полюбили.

Всё это говорилось при девочке, и та живо подтвердила:

– Да! Полюбили! Поженись на папе и станешь моей мамой.

– Аринушка, ты же мне совсем выбора не оставила, - засмеялась Милена, обнимая малышку.

Она не думала, что Демидов собирался так форсировать события, и с интересом ждала, как он будет выкручиваться из создавшегося положения.

– Правильно, Арин. Сразу берём быка за рога, без всяких там выборов, - весело сказал Ярослав, - Результат нужный вернее получим. Соглашайся, Лен, а то мы сейчас ещё какое-нибудь контрпредложение выдвинем.

– Уж соглашусь. Куда ж от вас денешься с пирогами и контрпредложениями?

Милена увидела, каким торжеством вспыхнули его глаза. Ярослав и во время разговора держался непринуждённо и казался весёлым, но поняв, что цель достигнута, расслабился окончательно

и просто искрился обаянием.

– Бабушка, а Милена теперь с нами жить будет, - сообщила Арина первым делом пришедшей к ним на праздник Татьяне Ивановне.

– Да? Очень хорошо, - улыбнулась та, - Вы уж с папой её не обижайте, помогайте и слушайтесь.

– Я буду слушаться и помогать, - заверила девочка, - Мы с папой даже пироги умеем делать сами.

– Вы с папой большие молодцы.

Уже позже Татьяна Ивановна сказала Милене:

– Я очень рада, что вы с Яриком сошлись. Желаю вам удачи от всей души. Да и Аринушке так лучше будет.

– Спасибо.

– Ярик он ведь очень хороший парень. Ведь мало кто из мужчин своих то детей возьмётся один воспитывать, а он племянницу не побоялся взять. Но ведь трудно мужчине с ребёнком одному. Да и своих детей, наверное, ему хочется.

– Он замечательный. Настоящий мужчина. Наверное, каждая женщина мечтает о таком, - ответила ей Милена.

– Ты любишь его?

Это простой вопрос вызвал замешательство, хоть и был задан доброжелательным и понимающим человеком. Татьяна Ивановна, похоже, была уверена в положительном ответе.

– Извини, Леночка, - начала он, правильно поняв причину молчания, - Я лезу не в своё дело. Можешь не отвечать.

От необходимости что-то говорить её избавил сам Ярослав, войдя в комнату.

Что она могла сказать? Она любила его. Не любить этого мужчину было невозможно. Казалось, он воплощал в себе всё, что женщина мечтает видеть в мужчине: сильный, умный, ответственный, приятный в общении, с потрясающим чувством юмора, нисколько не самовлюблённый, совершенно адекватно себя оценивающий. И всё это при такой потрясающей внешности. При всех постигших его потерях и разочарованиях он не превратился в зануду или циника, для которого весь мир - враждебная субстанция. В нём оставалась и доброта, и умение найти весёлую и позитивную сторону, и оптимизм.

Но мысли о прошлом всё-таки лезли непрошенными гостями в её будущее, омрачая счастье и вселяя ужас. Страшно было даже подумать, что с ней будет, если она ошибается на его счёт. Необходимость выяснить всё до конца вставала все острее и неотложнее.

Был солнечный весенний день. Солнце ласкало землю своими тёплыми лучами. И хотя снег ещё неокончательно растаял, было понятно, что зима сдала свои права бесповоротно. Воздух был по-особому свеж и прозрачен, а птичий гомон нарушал покой даже здесь. Милена вряд ли замечала все эти прелести погожего денька, тем более в таком месте. Они шли с Ярославом по кладбищу к могиле его матери. Вербное воскресенье. Он сказал, что всегда приезжает суда в этот день, потому что на Пасху вместе с Ариной и Татьяной Ивановной навещает сестру и зятя. Он не приглашал Милену с собой, она сама напросилась ехать с ним. Даже себе она не могла объяснить, зачем это сделала. Просто в ней жила уверенность, что, только оказавшись с ним в родном городе, она сможет узнать правду.

Милена ведь приезжала в Вереево одна, но ничего так и не выяснила. В полиции с ней разговаривать не стали. Чтобы разговаривать о том происшествии с людьми, надо было себя раскрыть. А иначе, с какой стати она интересуется делами давно минувших дней. Она пыталась даже врать, что она корреспондент, что газета, в которой она работает, заинтересовалась тем делом. Но люди и в этом случае не знали, что интересного можно ей поведать. Да, была девушка, и вроде бы как убили её в парке, странно, что не изнасиловали. Да и вообще, говорят, она от страха умерла, потому что сердце у неё больное было. А вот кто её так напугал, так и не понятно. Искать не стали, ведь девочка из неблагополучной семьи была, да и убийства как такового не было. Время было смутное, никому не надо ничего было. Всё это Милена и так знала.