Мой Проклятый Север

Я неслась изо всех сил, даже не будучи уверенной, что выбрала правильное направление. Луну скрывали плотные облака, и все, что я могла разглядеть — километры совершенно одинаковых невысоких холмов, покрытых ровными шапками снега.

За мной по пятам гнался бенгал, и с каждым прыжком чудовище сокращало дистанцию. Он ощущал азарт охоты, я — близость своего конца. Какой позор для Одаренной — погибнуть в Гнатской Пустоши, трусливо убегая от хищника!

Но мой магический

резерв был практически на нуле, а бенгалы редко нападают в одиночку. С несколькими точно не справиться.

Неожиданно впереди мне померещилось движение. Неужели еще одно чудовище? Нет, человек! Сменив траекторию, я двинулась навстречу ему. Мне оставалась всего пара десятков метров, как резкая боль пронзила все тело. Я упала, придавленная тяжелой тушей бенгала.

Внезапно давление пропало; перекатившись на живот, я оценила ситуацию. Тело чудовища висело в воздухе, управляемое магией куратора.

Приложив дрожащие ладони к лицу, я измученно выдохнула. Спасена, но кем! Ненавистным Проклятым!

Я не успела и пикнуть, как сильные руки спасителя обхватили меня за талию и дернули вверх. Мужчина держал твердо, уверенно, даже грубо.

— Какого скрофа ты сунулась туда? — Жаркое дыхание опалило мои щеки. — Жить надоело?

— Отпусти. — Я с ненавистью уставилась в полыхающие серебром глаза куратора.

Изо всех сил уперевшись ладонями в широкую грудь мужчины, я попробовала высвободиться. Куда там — он даже не шелохнулся! Продолжал прожигать взбешенным взглядом, не обращая внимание на мои безуспешные попытки.

— Ты понимаешь, чем рисковала? Понимаешь, что еще немного — и тебя не спас бы даже я? Сунуться в Пустошь ночью, когда она кишит чудовищами! О чем ты думала? — Он яростно встряхнул меня за плечи.

— Отпусти меня, Проклятый! — презрительно скривилась я.

Главное — не показать, как я волнуюсь. Лучше пусть видит отвращение, а не страх.

Покачав головой, он шумно выдохнул и ослабил хватку. Я тут же отступила на два шага назад и растерянно остановилась.

Я ведь хотела, чтобы он меня отпустил. Тогда откуда это разочарование внутри, это сожаление?

Без его рук мгновенно стало холодно, и я зябко передернула плечами. Вокруг — бескрайнее снежное поле, а я одета лишь в легкую льняную рубашку. Что успела накинуть, в том и бросилась в Пустошь.

Заметив, что я дрожу, куратор накинул на мои плечи свое пальто и крепко прижал к себе. Закрыв глаза и не шевелясь, я вдыхала терпкий мужской запах разгоряченного тела.

— Ты напугала меня, Золотинка, — тихо-тихо прошептал он, проведя губами по волосам.

Сердце екнуло где-то в пятках. Он боится за меня? Нет, не может быть. Тарий Ош ненавидит меня. Так же сильно, как я ненавижу его.

Я понимала, что нужно отстраниться, убежать и больше никогда в жизни не приближаться, даже не смотреть на опасного Проклятого.

Но предательское тело не слушалось. Обхватив мужчину, я сомкнула руки на его спине и уткнулась лбом в ключицу. Щеки горели — от волнения? От стыда? Даже дыхание не успокаивалось, и я дышала, как загнанный зверек: тяжело и быстро.

— Пойдем, я провожу тебя в комнату, — разрезал уютную тишину холодный голос Тария.

Удивленная такой резкой переменой настроения, я подняла голову. Он вопросительно вскинул брови, смерил меня пустым, равнодушным взглядом и отодвинулся.

— Ступай четко за мной, ясно? — И, не дождавшись ответа, быстро зашагал вперед.

Я последовала за ним, едва не плача от глупой, бессмысленной обиды. Что ты себе придумала, Альяра?

Карета резко остановилась, и я неловко впечаталась в сидевшего напротив Киша.

— Что ты себе позволяешь, Альяра, я приличный мужчина, — хихикнул рыжий, не преминув, впрочем, слегка облапать меня за талию.

Вокруг раздались смешки однокурсников. Фыркнув и закатив глаза, я вернулась на свое место, демонстративно пристегнувшись ремнем.

— Не волнуйся, Кишик, на твою честь не претендую. А то заставишь же замуж за тебя выйти, упаси меня Светлая Мать, — вернула я любезность.

— Хватит вам, — беззлобно цыкнул Эйджел, поправляя съехавшие очки. — Чего мы остановились, по плану до лагеря же еще часа два ехать?

Лица у всех мгновенно посерьезнели. Какие тут шутки, возле границы с Гнатской Пустошью.

— Давай, староста, иди проверь, что за остановка. — Лейра похлопала Эйджела по руке.

— Чего сразу я? — возмутился тот.

— Тебя не жалко, — тут же встрял Киш.

— Детский сад, — прошипела я, отстегивая ремень.

Приоткрыв дверь, осторожно выбралась наружу. У кареты перед нами стоял Нэйр, озадаченно смотря на крышу. Я спрыгнула со ступеньки и направилась к нему.

— Что случилось?

— Артефакт движения погас. — Он тыкнул пальцем на небольшой металлический шарик.

Обычно переливающийся золотом, тот выглядел тускло и не вращался. Я дернулась к нашей карете. Из нее, видимо, устав препираться, выходили ребята. Не обращая на них внимания, я глянула на артефакт. Тоже погас!

— Альяра, что там? — тронула меня за рукав Лейра.

— Ребята, у нас артефакты движения накрылись. На обеих каретах.

Лейра охнула, Эйджел испуганно вытаращил глаза, даже Киш нервно передернул плечами. Вышедшие из второй кареты, услышав мой комментарий, тоже встревоженно переглядывались.

Хороши бойцы, ничего не скажешь. Гордость пятого, последнего курса Академии Одаренных, лучшие студенты, отправленные на боевую практику в Гнатскую Пустошь. Эй, вояки, принимайте восемь испуганных цыплят в свои ряды!