Когда я связался с Землёй, ЦУП едва не сошёл с ума. Прошло несколько солов без связи, все уже попрощались с бедным космонавтом, погибшем за науку, как вдруг – вот он я! Первым делом я сообщил, что не виню экипаж,
если б они не улетели, то точно бы погибли, а моё выживание выглядело маловероятным. Вторым делом описал состояние станции, оборудования и рассказал обо всех изменениях вокруг, тех, что успел увидеть. Новости для меня были одна хуже другой, но главное, что экипаж миссии уже отправился к Земле, а это значит, что путь у них только в одну сторону. Следующей плохой новостью было то, что никто не успеет в столь короткое время снарядить миссию на Марс, чтобы попытаться меня спасти. Удобные окна для запусков кораблей с Земли возникают примерно каждые двадцать шесть месяцев, когда обе планеты выходят в оптимальное положение друг относительно друга, а потому я застрял тут минимум на три земных года, именно земных, потому как год на Марсе, из-за более длинной орбиты вокруг Солнца, длится 687 земных дня. Из этого следует уже главная для меня неприятность – как выжить на станции, которая исчерпала свой ресурс, где мало кислорода и почти нет еды? С этим всем и предстояло теперь разбираться.
Анализ
Внутри база представляла собой несколько отсеков, соединённых общим, просторным залом. У меня оставалось небольшое
количество сублимированной еды и консервов. Миссии всегда набирают их с запасом, так что в ближайшее время с голоду я не умру. А вот воды было мало, несмотря на то, что все жидкости проходили фильтрацию с помощью систем рекуперации и использовались повторно, сейчас её практически не осталось, причину я объясню далее более подробно.
В качестве топлива для взлёта и посадки на Марсе ранее использовался гидразин. Это отличный вариант, так как он хранится долго, стабилен и самовоспламеняется, а значит, двигатель может быть конструкционно простым. Но проблема в том, что произвести гидразин на Марсе невозможно. Приходилось таскать топливо с собой, уменьшая полезную нагрузку. Ещё одним минусом гидразина является его крайняя токсичность, и в случае нештатной ситуации это могло представлять опасность для экипажа. Поэтому сейчас повсеместно (в том числе и наша миссия) используют кислород-водородное топливо, главным плюсом которого является то, что произвести его можно везде, где есть вода или лёд, а этого добра хватает практически на каждой планете или спутнике в солнечной системе. Разделяем H2O на кислород (O) и водород (H2) и всё, топливо готово. Минусы тоже есть, водород хранится в баллонах под огромным давлением, крайне взрывоопасен и летуч, да и разделение H2O требует много энергии.