Мой герой
Шрифт:
Пролог
Май, 1884 год
В каюте первого класса богатого парохода «Фортуна», пересекающего Атлантический океан, Адель Уилсон стояла перед зеркалом и неуверенно, как будто смущаясь, рассматривала свое отражение.
У нее тревожно сжималось сердце, и она не понимала почему. Все было так, как и должно быть. Мать ее располагалась в соседней каюте слева, сестра Клара в такой же каюте справа от нее. Адель только что прекрасно поужинала за столом капитана и собиралась раздеться, чтобы лечь в
Она отстегнула сережку с жемчужиной и маленьким бриллиантом и, держа ее на ладони, полюбовалась ее блеском, потом зажала ее в кулак и опять посмотрела на свое отражение. Странное, пугающее ощущение не оставляло ее.
Казалось, из зеркала на нее смотрела незнакомая женщина – элегантная, утонченная, богатая наследница, на которой было дорогое шелковое платье из Парижа и бриллиантовое ожерелье, подходящее к ее сережкам.
Отвернувшись от зеркала, Адель внимательно осмотрела помещение. Стены были отделаны красным деревом, потолок расписан золотом, с замысловатым орнаментом вокруг хрустальной люстры. На простынях, лежавших на пышной кровати, видны были монограммы лайнера, и все металлические детали были тщательно отполированы. Но несмотря на весь этот блеск и великолепие, ощущение чужеродности и недоброжелательности окружающего не покидало ее.
Иногда ей казалось, что она проживает чью-то чужую жизнь. Она не родилась в таком богатстве и, может быть, поэтому не чувствовала себя комфортно в такой обстановке. Ей даже казалось, что она не имеет права ни к чему прикоснуться в этой каюте.
Адель вздохнула. Что угодно она отдала бы за то, чтобы оказаться вдруг в родном лесу верхом на лошади, почувствовать аромат влажной земли, прелых листьев под деревьями и зеленого мха вокруг озера. Там она наслаждалась жизнью, когда была юной девушкой, до того, как они переехали в город и рискнули проникнуть в высшее общество.
Она снова глубоко вдохнула, пытаясь вспомнить знакомые ароматы, но ощутила только запах дорогой косметики. Разочарованная, она медленно выдохнула воздух.
«Это все нервы», – уговаривала она себя, направляясь к кровати. Отстегнув вторую сережку, она осторожно положила украшения на ночной столик. Завтра она встретится со своим будущим мужем, лордом Осалтоном. Газетчики, вероятно, будут встречать пароход и захотят ее сфотографировать, так что неудивительно, что она нервничает.
Но она уверена, что со всем этим справится.
Адель вытащила гребешок, и ее красивые, цвета меда, вьющиеся волосы рассыпались по плечам. Так было гораздо приятнее.
Дверь из соседней каюты открылась, и в ней появилась старшая сестра Адели, Клара. Год назад Клара вышла замуж за красавца маркиза Родона, а в прошлом месяце она вместе с новорожденной дочкой Энн отправилась погостить к родителям в Нью-Йорк.
– Ты еще не спишь? – спросила она.
– Нет, заходи, – ответила Адель.
Клара, все еще в вечернем блестящем платье, с собранными в пучок рыжеватыми волосами, зашла и уселась на маленькую кушетку.
– Ты за ужином почти ничего не ела. У тебя
– Нет, все в порядке, – ответила младшая сестра, хотя знала, что ей вряд ли удастся обмануть Клару, у той была способность в любой ситуации проникать в суть происходящего.
– Ты уверена, Адель? У тебя есть какие-то сомнения? Пока еще не поздно, можно передумать.
– У меня нет никаких сомнений.
– Было бы совершенно естественно, если бы они были. Ты почти не знаешь этого человека. Вы встречались всего несколько раз, и то на балах, где наша матушка дышала тебе в затылок. Ты только один раз танцевала с ним, и это было единственное время, когда вы были наедине. Да и продолжалось это всего три или четыре минуты.
Адель села рядом с сестрой.
– Я просто немного нервничаю, вот и все. Но я знаю, что поступаю правильно, я уверена в этом. Он очень хороший человек.
– Но у тебя не было возможности узнать, существует ли между вами влечение. Может быть, тебе имеет смысл подумать о том, чтобы поразвлечься сезон в Лондоне до того, как ты выйдешь замуж? Подумай, ты же можешь там встретить какого-нибудь красавца рыцаря.
Адель покачала головой:
– Я не похожа на тебя, Клара. Ты и Софи, вы любители приключений, а я всегда была благоразумной и рассудительной. Разве не это говорили всегда мать и отец, когда вы с Софи попадали в переделки?
Клара усмехнулась.
– Я как будто слышу слова отца, – сказала она и, подражая его голосу, произнесла: – Почему вы обе не можете вести себя так, как ваша младшая сестра? Слава Богу, на Адель всегда можно положиться, она рассудительная и предсказуемая.
Адель улыбнулась:
– Но я не хочу мучиться целый лондонский сезон, когда все обсуждают твое поведение, а ты вынуждена носить каждый, вечер бриллианты и флиртовать в переполненных гостиных. Одна мысль об этом приводит меня в ужас. Я предпочитаю жить в деревне, на свежем воздухе, как раз в том месте, где сейчас находится мой будущий муж.
– А разве приподнятое настроение и волнение на балу не доставляют тебе удовольствия? – не сдавалась Клара, хотя и выглядела немного неуверенной.
Адель опять отрицательно покачала головой:
– Нет, меня это не прельщает. Я вполне удовлетворена своим решением выйти замуж за лорда Осалтона. Он весьма приятный джентльмен и очень подходит мне. Насколько я понимаю, он тоже не любит городскую жизнь и предпочитает жить в своем загородном доме.
– Но ты не боишься когда-нибудь пожалеть о том, что упустила заманчивые приключения?
Адель сжала руку сестры:
– Я никогда не искала приключений, Клара. Честно говоря, у меня вызывает отвращение даже мысль об опасных приключениях. Я предпочитаю жизнь по хорошо продуманному плану, в которой нет ничего неожиданного. Кроме того, я верю, что иногда наиболее прочными оказываются браки, заключенные по разумному выбору. Любовь приходит потом, она должна быть основана на уважении и восхищении человеком, а не на страсти, о которой ты говоришь. Страсть, моя дорогая сестричка, всегда непредсказуема и часто калечит людей.