Шрифт:
Светлой Памяти Ивана Васильевича и Таисии Ивановны Степаненко
От благодарных дочерей, внуков, правнуков и праправнуков, всех тех, кому вы подарили жизнь, воспитали и отдали
Баба Люся. Нянечка из детдома
Стрелой метнулся он к такси!
Цветы держал, как на свиданье.
– Куда везти?
– Да ты вези!
–
он улыбнулся. Расстоянье
до Светки пролетели в миг.
– Садись! Садись! – он ей. – Скорее!
У Светки торт в руках. Они
светились оба. Воскресенье!
– Ты думаешь, она нас ждёт?
– Да нет, конечно, мы – сюрпризом!
«Ах, как приятно в Новый Год
людей катать и быть таксистом!..» -
пока машина мчалась в сквер,
водитель в мысли погрузился…
Ребята ж вспомнили пример
из жизни детской, что случился…
Обоих матери, родив,
терпеть не стали, отказались:
Серёжку в мусор опустив,
а Светку из кустов достали…
Вот Детский Дом… И оба в нём…
Но в группах разных… юный возраст:
Серёга старше в пять годков,
в яслях Светлана: очи, косы…
Хороший, дружный персонал,
там деток любят и жалеют.
Но каждый о семье мечтал:
о папе, маме сон лелеял…
Им всем старалась мамой стать
простая няня – баба Люся
привыкли детки её звать.
Она шептала: «Я молюся!..»
Простым доступным языком
им объясняла смыслы жизни.
Жила для них… Кралась бочком –
болели ноги ревматизмом.
Страны не стало… Денег нет…
Вакансий много… Баба Люся
приносит деткам свой обед
и шепчет тихо: «Я молюся!»
Сменился новый персонал…
Законы новые, как танцы…
Лишь раньше наш усыновлял,
Теперь – дорогу иностранцам!
Вдруг потекли они рекой…
Директор новый очень рада!
И детки стайками, гурьбой –
по семьям новым… Вот отрада!
В восторге общем не была
одна лишь няня – баба Люся:
«Чтобы судьба не подвела,
за
Серёга, Светка, как и все
с надеждой ждали папу, маму.
И вот, однажды, по весне
Сергея вызвали!.. Сквозь раму
он видел, что пришли за ним!
О, как же был тогда он счастлив!
Каким прекрасным стал вдруг мир!
У входа ждали итальянцы…
– Теперь ты – Сержио, малыш!
–
директор радостно сказала.
Серёга прыгал.
– Тише-тиш!..
–
вдруг нянечка меж ними встала.
Директор рявкнула:
– Не сметь!
Такие приняты законы!
Серёга начал вдруг реветь –
не понял, что же происходит.
– В глаза смотрите лучше им!
Зачем нужны им наши дети?
Законы временны, а мы
за судьбы детские в ответе!
–
сверкали женские глаза…
И каждому вдруг показалось,
что баба Люся – то гора,
пружина, что волной разжалась…
Чернявый важный господин
махнул, кривляясь,
– Нет, так нет!
Ведите девозьку сюда!..
– Я «нет» сказала – вот ответ!!!
Но Светку всё же привели…
А баба Люся снова в драку –
схватила за руку дитё:
– За спину встань!
Директор ахнул…
Тут иностранный господин
вспылил и сумкой замахнулся…
– Давай! В войну не ты один…
Он побледнел и тут же сдулся…
Ушёл ни с чем тот господин…
Ни с чем осталась баба Люся…
– Вас выгнать нужно – путь один!
Она твердила: «Я молюся!..»
Седая, бледная, как тень,
она бочком Дом покидала,
в окошко видела детей,
как дальше жить, ещё не знала…
И тут, откуда ни возьмись –
Серёга, Светка… Директриса:
– Вы им испортили всю жизнь!
– Век буду я за них молиться!
– Молитвы Ваши хороши! –
Серёга, Светка прокричали.
– Но мы же снова не нужны!
Мы итальянцами бы стали!..
Прошло с тех пор немало лет…
Светлана – умница, певица.
Спортсменом стал Сергей, атлет.
Старались жить они, трудиться.
Вдруг новость! Тезис там один:
Италия, бандиты… Вскрыта
детьми торговля… Господин…
тот самый: фото, он, «браслеты»…
Наркотики… насилье… он
слыл педофилом и убийцей…
Звонок от Светки:
– Ну, так что?
Поехали, Сергей, мириться!
И вот у домика они!
К дверям взлетают словно ветром!
Звонок: динь-динь, динь-динь, динь-динь…