Мотылек
Шрифт:
— Что здесь позабыла?
— Я, я пошутить х-хотела, — девушка заикалась, не зная, как оправдать себя и избежать хозяйского гнева. Полагаю, она только сейчас осознала, насколько глупо было надеяться на благосклонность графа.
— Судя по этой верёвке, — Джаральд поднял свёрнутый конец повыше, — ты не в первый раз так шутишь. Я прав, Розалинда?
Не знаю, что на меня нашло, но я отрицательно покачала головой.
— В первый раз. А верёвка у меня случайно в шкафу осталась после переезда. Не стоит наказывать слишком сурово, Ваша Светлость. Шутка, если подумать,
Джаральд отвернулся от меня, явно не поверив ни единому слову, вновь посмотрел на девушку.
— Прочь из замка, чтобы ноги твоей завтра здесь не было.
Августина задрожала, слезы покатились по щекам.
— Не выгоняйте, господин граф! — она вдруг упала на колени и обняла его ноги. Джаральд смерил её равнодушным взглядом и негромко, но так холодно, что кровь стыла в жилах, произнёс:
— Скажи спасибо, что не приказал выпороть. Поднимайся и сейчас же иди собирать вещи. Найду, кто помогал тебе, отправится следом.
Девушка встала и бросилась к двери, а я посмотрела ей вслед. Ну отчего мне так её жаль?
— И ты ступай! — велел граф Изабелле, и горничная мгновенно испарилась из комнаты.
Я ещё крепче прижала одеяло к груди, когда Джаральд обернулся и смерил меня тяжёлым взглядом.
— А просто подойти и рассказать ты не могла?
— Я не знала о положении девушки в этом доме. Вдруг бы вы не поверили, если б не поймали с поличным?
— Какое положение может занимать обычная служанка?
— А... — я замолчала. Действительно, какое?
— На будущее, Рози, давай обойдёмся без драмы. Нападения, привидения, твоя горничная, поднимающая меня среди ночи... это плохо сказывается на душевном состоянии, не находишь?
Я кивнула, опустила вниз голову, чувствуя себя кругом виноватой.
— Отдыхай, — промолвил Джаральд и ушёл, оставив меня полночи мучиться бессонницей.
ГЛАВА 10. Воровка
Встав с утра пораньше и выглянув в окно, я радостно улыбнулась. Наконец-то дождь прекратился. Верхом не покатаешься, но можно побродить по двору, изучить внутренние строения и сад. Мне так не терпелось поскорее выбежать на улицу, что не стала тратить время на причёску, просто перехватила волосы шелковой лентой, стянув их в хвост.
Позавтракала быстро в компании мачехи и Джаральда. Они ещё не закончили, когда я уже поднялась из-за стола и, пожелав приятного аппетита, устремилась на улицу.
Как замечательно было вдохнуть свежий прохладный воздух. Я закуталась в тёплый плащ и пошла в направлении конюшен. Постройки во внутреннем дворе были сложены из камня и казались очень старыми, хотя сразу бросалось в глаза, что их поддерживают в хорошем состоянии: укрепляют в тех местах, где камень раскрошился от времени, а толстые деревянные столбы, подпиравшие крышу, своевременно заменяют на новые. Внутри же всё было отделано в соответствии с современными веяниями.
Пройдя вдоль денников, добралась до стойла Снежинки и радостно погладила бархатистую морду подавшейся навстречу любимицы. Я успела соскучиться по лошадке и по катанию верхом. Думаю, кобылка
— Завтра покатаемся, — пообещала я белоснежной красавице, угощая её яблоком.
Выйдя наружу, посмотрела на работающих во дворе людей. Жизнь здесь кипела, била ключом. Я даже удивилась, как хорошо все отлажено в замке у графа. Вспомнила, что в первый раз, когда мы катались с ним вдвоём по поместью, он задавал много вопросов (но получил мало вразумительных ответов), значит, действительно разбирается. Полагаю, следит за всем лично, а не скидывает дела на плечи управляющего. Необычные черты для светского ловеласа и прожигателя жизни, если он является таковым на самом деле.
Проходя мимо распахнутых дверей, заглядывала внутрь, с удивлением обнаружив среди обычных для любого богатого дома строений вроде конюшни, прачечной, мастерской, ещё и маслобойню. Граф даже здесь предпочитал обходиться собственными силами и средствами. Наверное, эти дни был занят наблюдением за уборкой урожая и заготовками запасов на зиму. Не удивлюсь, если часть продуктов шла на продажу.
Остановившись у одного сарая, с любопытством наблюдала, как слуга ловко и быстро завязывает мешки с зерном. Он так мастерски с этим справлялся, что захотелось поглядеть поближе. Я вошла внутрь, замерев неподалёку, вдыхая запах зерна, прелой земли и соломы. Снаружи послышался голос отчима, отдающего указания работникам. Я подняла голову в тот момент, когда Джаральд вошёл в сарай.
— Интересуешься работой слуг, Розалинда?
Я кивнула, а Джаральд обратился к работнику.
— Арчи, там ещё зерна привезли, ступай и помоги Теду выгрузить.
— Да, хозяин.
Арчи ловко завязал последний мешок и выбежал за дверь.
— Это называется мельничный узел, — сказал отчим, заметив мой интерес. — Удобен тем, что можно туго затянуть и быстро развязать. Показать?
Я кивнула, наблюдая, как он подходит ближе. В душе жгучее желание боролось с тревогой и пониманием, что в полутемном сарае с распахнутой настежь дверью находиться наедине с графом не менее опасно, чем в запертой комнате.
— Я заметила, как быстро здесь всё делается. Люди очень стараются. Полагаю, вы не поощряете лень.
— Не поощряю, — Джаральд легко развязал шелковую ленту, удерживавшую мои волосы, и обхватил тонкие запястья.
— Смотри, — он сложил ленту восьмёркой, ловко обвязывая вокруг моих рук, пропустил сложенный вдвое конец во вторую петлю, крепко затянул, привлекая меня ближе. Я качнулась в его сторону, поднимая вверх голову, и тихо охнула, когда лента сильнее впилась в кожу.
— А развязать ещё проще, — негромко продолжил Джаральд, глядя мне в глаза, — он потянул за один конец, распуская хитроумный узел, но не выпустил ленту, а мягко обмотал вокруг запястья, перемещая её по руке.