Чтение онлайн

— Об-ба! Ни фига… И где мы сейчас?! Гляди, Олег…

Наконец-то. Первый был Ваня и это он тормошил Олега. А потом… Потом Вадим не мог вспомнить, на каком этапе, на каком отрезочке времени стухло это самое… Ликование, изумление, шок, столбняк, как ни назови… Но стухло. Замызгалось какой-то инертностью или привычностью, чёрт побери. Конечно, реплики были. «Ни фига! Вот те раз! Вот те два… А как и почему?! А что теперь дальше? Это прикол или долгожданная свобода? И вот на последнем как-то всё съехало. Ушло. Не сказать, что ребята поверили в эту свободу. Они попросту замолчали. Каждый в себя. И так вычурно замолчали. Так красиво театрально. Не наигранно, а именно

в естественно выдержанной манере эдаких знатоков. Прагматиков. Тогда-то Зорин и почувствовал себя стажёром, угодившим в убойный отдел. Одна лишь Наташа по простоте душевной ликовала с полной отдачей.

— Мальчишки! Ну, вы чего, не проснулись что ли?! Глядите, всё получилось! Ура-а!!! Люся! Вадим! Ну, скажи им… Всё же получилось. Правда?!

— Считаю, что да! Получилось! — Безапелляционно твёрдым голосом заявил Вадим, стараясь поймать взгляды Олега или… Ивана. И тот и другой уклонялись от контакта, ничего-о…

Вадим сделал приглашающий жест.

— Мы не на Холме и сам этот факт обнадёживает. Теперь! Предлагаю попросту позавтракать. Без высказываний, прений и мнений! Просто покушать, наслаждаясь чистотой утра. Согласны? А уже потом, ребята-девчата, мы плотненько обсудим план-стратегию. Возражения?

Завтрак проходил в единодушном молчании. Нейтральный разговор, заведённый Вадимом о роли сапсана в таёжной среде, ни к чему не привёл. То есть не получил развития. На птицу взглянули бегло, а вернее на точку, парящую в небе и, без комментариев вернулись к тарелкам. После чаепития, Зорин по обыкновению залил угли и присыпал головёшки землицей. Делал он рутинные вещи как всегда спокойно и с деловитым упрямством. Тем не менее, давно он не ощущал такого духовного вакуума, душной испариной нависшей над затылком. Исходило это, разумеется, от группы, стоящей за спиной. Ожидающей его распоряжений. Его клича. Настроение этих четверых было сумбурно и разнополярно. Оно грозило вылиться если не в прямой протест, то в любом случае могло стать революционной искрой. Предпосылкой. А это, простите, уже называлось кто в лес, кто по дрова. Это потеря руководящей власти и анархия в одном флаконе. Это гибель, если учесть глухой и труднопонятный лес.

Он повернулся к коллективу и обошёл каждого глазами. Олег: тот стоял угрюм-невесел, хотя и без тяжкой кручины в глазах. Подбородок набыченный, руки сжаты в карманах. Огонёк-надежда во взгляде и ожидание слова старшего. Его, то есть, Вадима. Хорошо… Ваня. Парень сильно изменился после похода ТУДА. Изменилась манерность, изменилось нутро. Хотя и прикалывается вроде теми же шутками, но того Ванюши и близко не стояло. А стоял какой-то двойник, хотя… Чересчур надумал? Возможно. Люся. Люся-Люся-Люся… Взгляд прячет в сторону и вечно что-то думает. Брови сводит к переносице. Это появилось у неё ПОСЛЕ. Впрочем, не факт. Много ты её знал раньше?

Зорин вздохнул. В отношении Люси у него клубилось стойкое ощущение контрагента. Он не знал почему, только шестое чувство чуть ли не вопило: «здесь играют на другой половине доски». Посмотрим… Он поймал вопросительный взгляд Наташи и вдруг понял, что настоящее осталось только в ней. Та самая взбалмошная Наташка. Смотрит с ожиданием, надеждой и ещё… что-то есть.

— Давайте присядем! — Коротко предложил Зорин. Дождавшись, пока все удобно рассядутся, улыбнулся как можно мягче.

— Я готов выслушать каждого. По очереди… Давай, Олег, с тебя начнём что ли…

Головной неуютно покряхтел, покачался, потирая пальцами уголки рта и повернув голову вправо, сказал в сторону:

— А можно, я чуть позже… Выскажусь. — Он виновато глянул

на Зорина.

Вадим отработал мимикой «как знаешь» и перевёл взгляд на Климова.

Ванька попыжился, поцокал языком, улыбнулся и начал выкладывать:

— Ну… Моё мнение, если что-то значит… Я думаю, вот это всё, — Климов хлопнул по земле и размашисто провёл рукой вокруг, — есть не более, чем продолжение шутки. Почему? Не знаю… Просто ощущения. С другой стороны вроде как Холм далеко. — Он кивнул на отдалённую, в заутренней дымке, сопку. — И денёчек перестал круговертить, да?

— Вот именно! — Недовольно ввинтила реплику Наталья, но Вадим не дал ей развить красноречие. Жестом остановил.

— Наташа! Я дам тебе слово, хорошо?! Давай, послушаем!

Ваня сделал глубокомысленную мину.

— Хорошо, я попробую обосновать свою мнюху. Вчера или когда… ТАМ мне дали понять, что мы… Э-э… Увязли, так сказать, на стыке миров. Всё, что мы якобы видим, есть порождение наших подсознательных желаний и не желаний. Также дали понять, что нелегко будет выкрутиться из этой жо… ситуации. Теперь что получается? Холм легко выбросил белый флаг? Не кажется вам, что слишком легко? По-моему, попахивает очередным разводом, простите, обманом… Не будь я в своём портале, думал бы, наверно, как Наташа.

Он дипломатично коснулся кисти, сидевшей рядом подруги. Та, обиженной девочкой, одёрнула локоть.

— Ладно. — Вадим удовлетворённо кивнул. — Следующий! Люся.

На Люсе мигом сосредоточилось всё внимание. Казалось, даже птицы попритихли в ожидании её ответа. Удивительно и непонятно, но негласно роль экспертной комиссии закрепилось за ней.

— Нет. — Покачала Людмила головой.

— Нет что? — Не дождавшись её уточнения, переспросил Вадим.

— Мы… Мы по-прежнему в плену иллюзий. — Начала неуверенно Люся, не глядя ни на кого, словно ученица, вытягивая из памяти плохо заученный текст. — Ваня правильно ощущает. Олег — тоже…

Она заглянула в глаза мужу.

— Правда, ведь? Ты тоже это чувствуешь? — И не получив ответа, уже более бойко понесла: — Вообще, кто прошёл свою кабинку, образно говоря… Кто снял с себя стружку, тот наверняка может считывать такие вещи. Или подозревать. Как-то так. Это всё неконтролируемое наваждение, морок, Вадим…

Она также как и Зорин схватила щепотку земли и подкинула её вверх.

— Земля вот эта, трава, вода, еда. Сапсан в небе… Всё это реально, но не реальней тех границ, что отпускает нам… — Люся улыбнулась, вскинув бровь. — Мы привыкли говорить Холм, но это совершенно другое, неизученное людьми… Ванька вчера сказал пробой, а я говорю — дырища. Настоящая воронка. Затягивающая и исторгающая. Покуда мы ходили в гости, но скоро, вероятно, я согласна с Ваней, придут в гости к нам. И кто знает, я лично не уверена, не есть ли ЭТО, что мы счас наблюдаем… Уже продукт наших желаний. Общих стремлений. На корневом уровне…

— Постой-постой! — Прервал Вадим. — Ты сейчас пытаешься довести, что вот этот перешеек между Холмом и Заячьими не более, чем… Иллюзия?

Люся выжидающе молчала, и не напрасно. Понесло теперь Вадима.

— Вот это небо, да?! Трава, земля… Запах земли. — Он сгрёб в пальцах пыль и плюнул в неё, растёр. — Свойство земли при плевке превращаться в грязь — всё это не настоящее?!

Он вытер кисель о штаны, думая приумолкнуть, но Люсины «аргументы» завели его не на шутку.

— Что же это тогда, массовый гипноз? Зашоривание глаз, да?! Ха-а! Некая воронка подслушала наши мысли, втянула в себя и выплюнула матрицу, основанную на наших подсознаниях? Бре-ед! Как такое может быть?!