Чтение онлайн

— А куда мы идём-то? — нарушила молчание Матильда. — Я совершенно не то направление держала в голове, мы же собирались к трактиру, где Миролюб, ему помочь.

— А что мы скажем Миролюбу? Он спросит: «А где же Веня?» А мы что скажем ему? Не уберегли мы Веню? Кто скажет? Может быть, ты? — зло ответил Богдан.

Дальше приятели опять шли молча. О каком-то, даже самом близком будущем, думать не хотелось и не моглось. Какое уж тут было будущее теперь, когда не было одного из них. Разве кто-то имел после того, что случилось, право на будущее? После того, как не уберегли

книжника, разве они имели право даже хотеть чего-либо или мечтать? Разве могли они теперь помочь хоть кому-нибудь? Они, которые убили, так нелепо и глупо потеряли друга?

— Всё-таки Матильда права, — нехотя признала Лея. — Да, то, что произошло, это ужасно. Но, хотим мы или нет, а мы-то остались жить…

— Жить-то мы остались, — процедил сквозь зубы Богдан. — Да только имеем ли мы на это право?

— Ну-ка, перестали все. Или что? Вы решаете, кто имеет право, а кто нет? Вы, придурки, которые даже самого простого не смогли сделать — вынести товарища еле живого на дорогу, вы будете решать, имеете ли вы право жить? Ну, уж дудки. Не позволю!

Лея мотала белым длинным пальцем перед носом у каждого мага.

— Не позволю! — кричала она. — Не вам решать, а раз живы остались, то должны это доверие оправдать. Да так должны прожить, чтобы не стыдно было, чтобы Венька не зря помер на том озере! Слышите?!

Подавленные и растерянные приятели кивали головами в знак согласия.

— Значит так, раз вы такие олухи, я вам скажу, что делать. Во-первых, я вам буду рассказывать, что и какие народы и твари бывают в этом мире. Что с ними делать тоже расскажу. Я вам, как детям, буду заново про мир рассказывать, а вы внимательно слушать будете. А, во-вторых… Что-то я забыла, что хотела сказать, ну да потом вспомню. Ах да! Куда мы идём-то? Мы же должны куда-то идти?

— Ну, мы совершенно точно идём не туда, куда собирались, — затараторила Матильда. — Я могу посмотреть направление, только вы скажите, куда…

— Ну, такие помощники, как мы вряд ли пригодятся Миролюбу, да и он, наверное, уже ушёл из трактира, — задумчиво проговорила Лея. — Жителям деревни тоже от нас больше вреда пока что, чем пользы. Во всяком случае, сейчас, пока вы не знаете, какой помощи от вас ждут жители и не знаете, с кем и как предстоит бороться на благо людей… А вот кому мы нужны, так это Кеше моему, а он точно собирается во дворец. В конце концов, там точно будет что-то такое твориться, где мы сможем понадобиться. Неспроста его искали маги…

— Вот тут я совсем не помощник, — растерялась Матильда. — Иннокентия я вообще не вижу. Вот Миролюба я легко нахожу, а ещё, когда нахожу, вижу, что с ним не то что-то, вроде он это и вроде нет. В общем, Миролюбу точно наша помощь нужна. А Иннокентия мы найти не сможем.

— Ну, что ты заладила: Миролюб-Миролюб. Не можешь найти и не надо. Я тебе точно говорю — мы найдём его во дворце, — осадила ее Лея. — Он точно туда придёт. Книгу ищет, а как найдёт, рванёт во дворец. А у меня там — связи.

Лее нравилось верховодить этими глупыми магами. Конечно, поначалу она их, как любой нормальный человек, побаивалась, но в процессе

знакомства поняла: теряться тут некогда, нужно брать их в оборот. Кто-то все время, сколько она себя помнит, шикал на неё да покрикивал: то бабы старшие в деревне, то этот Казимир здесь. А сейчас вот оказалось, что важнее Леи и нет никого для магов, которым только она и сможет растолковать, что да как, с кем бороться, от кого защищать людей, иначе они так и будут болтаться неприкаянными от деревни к деревне, вызывая ужас у селян, не хуже шишиг.

Столько забот и хлопот свалилось сразу на бедную девушку. Маги постоянно раскисали как щи на жаре, их каждое мгновение необходимо было собирать в кучу, приободрять, направлять, а теперь ещё и вести во дворец, по дороге обучая премудростям жизни и рассказывая про тот мир, в который они попали из своей полутёмной избы.

— Тихо! — скомандовала Матильда. — Прислушайтесь!

Все застыли на месте.

— Слышите? Какое-то бряканье. Вот так цук-цук? — спросила она.

Некоторое время все прислушивались, а потом Богдан шёпотом произнес:

— Да, будто кто-то идет и звякает чем-то.

Маги начали оглядываться. Солнце клонилось на закат, становилось прохладно и неуютно. Несколько мгновений постояв, решили всё же продвигаться дальше, чтобы ночь провести хотя бы на тракте, а не в поле. Звяканье становилось ближе. Лея скомандовала остановку. Все снова начали осматриваться.

— Вот! — зашипела Матильда, указывая вверх пальцем. — Вот!

Все посмотрели туда, куда она показывала, и увидели неприятную картину. Легкий ветерок плавно раскачивал тело пожилого человека, повесившегося на сосне. Огромная связка ключей, закреплённая на его поясе, нежно позвякивала при каждом движении. Закатное солнце золотило плешивую макушку старика, рисуя длинные дрожащие тени на лице, отчего было не совсем понятно, умер он или ещё жив. В какой-то момент казалось, что он посматривает на прохожих, даже как будто слегка улыбается, ощерив дугой чёрный рот.

— Тьфу ты, напугал, — поёжился Богдан.

В этот же момент старик на сосне часто закивал, будто в знак согласия, и мелко затрясся от этого всем телом, словно смеялся.

Маги замерли от ужаса. Нашлась только Лея. Она обошла мертвеца сзади и позвала всех за собой.

На голове «весёлого» старика сидела огромная ворона, которая в этот момент долбила его плешь, пытаясь достать из расщелины черепа кусочек мозга. Все немного успокоились. Богдан деловито по-хозяйски качнул мертвеца, чтобы согнать птицу. Несколько мгновений все стояли, слушая скрип сосновой ветки и брякание связки ключей.

— Надо идти, солнце скоро сядет, мы должны успеть выйти на тракт, — напомнил Ярослав. — В поле после захода делать нечего…

Все поспешили убраться поскорее от качающегося старика. Немного задержался Богдан, но позже догнал товарищей.

— Что ты там так долго возился? — недовольно спросил его Ярослав.

— Я взял ключи, ему-то они больше ни к чему?

— А тебе зачем?

— Пока не знаю, но, чувствую, пригодятся…

— Что? — встряла в разговор Лея. — Ты что-то взял у мертвеца?