Мора
Шрифт:
— Ладно, — просто сказала я, — С этого момента вы можете иметь имя. И не только. У вас ещё будет время подумать над просьбой. Кто следующий?
Авантюрины поклонились и вернулись на свои места. Встали трое Турмалинов: статная, лазурная демоница — мать Эмиасса Замина, его брат Нарул, который вёл мой допрос на третьей Заставе, и его сестра Марита. Не глядя на нас, явно нехотя, припали они к моим ногам. Нетерпеливо махнула им, чтобы встали, что они и поспешили сделать.
— В первую очередь я хотела бы попросить прощения за то, что говорила о вас, Повелительница, плохо. Я даже представить себе не могла, что моему сыну повезло выбрать из тысяч и тысяч женщин единственную достойную. Теперь к тому же, я убедилась,
— Мама! Я и сам могу извиниться! — с отчаянным стыдом и румянцем смущения перебил женщину Нарул, — Мора, простите меня за тот день! Это был приказ Пов… Амората.
Эмиасс очень переживал, что я отыграюсь на его семье, ведь я умею и люблю мстить, но я только усмехнулась и махнула рукой на разошедшихся в самобичевании Турмалинов.
— Всё уже в прошлом, забыли. Тем более нельзя исключать влияние Печати на крови, которую поставили Чёрные Алмазы на мир. Запрет на любое упоминание прежних повелителей… Сволочи! Да не дёргайтесь! Ничего я вам не сделаю… Чего вам бы хотелось?
Трое переглянулись, обменявшись мысленно сомнениями и дали слово Эми, как моему мужчине. Что они такого хотят, что не рискуют спросить лично?
— Защиту. Мы хотим, чтобы вы пообещали нас защитить от своеволия драконов!
— Что скажешь, Оворн? — повернулась я к магу. Он очнулся от своих мыслей, растерялся, — Мой народ хочет знать, что будет, когда вернуться драконы.
Отразившиеся на лице дракона сомнения мне не понравились. Оворн встал, отошёл к окну. Он долго молчал, Эмиасс посмотрел на меня и мысленно сказал, что не может прочитать его. Я подошла к магу, положила руки ему на плечи, вдохнула его запах. Медовые цветы, сладкие и такие по-летнему тёплые. Шёлковые волосы ласкали щёку своей мягкостью, на его лицо легли длинные тени от ресниц.
— Скажи нам, Ови! Не молчи, мы ведь не хотим стать просто сосудами с кровью.
— Он не скажет, милая, — тихо проговорил он. Поцеловал мою ладонь, прижал её к щеке и закрыл глаза, — Он и сам не знает. Закрыт от меня, нас. Может думает, может лишился сил, я не знаю.
Пронзительная нежность в алых глазах, робкая ласка, всё так тронуло демоницу. Оворн был зацелован, покусан, я прошептала ему, что помню всё, а отсутствие дракона даёт нам возможность побыть именно вдвоём, стать ближе. Оворн отстранился, пристально посмотрел в мои глаза, а потом на его губах затеплилась предвкушающая улыбка. Да, судя по его нежному, чувственному поцелую, это будет необыкновенно!
— Повелительница? — позвал Нарул, — Так вы обещаете нашим женщинам безопасность?
— Одно могу сказать точно: дракон обещал брать кровь лишь дважды. Перед полётом пары и перед рождением дракона. Если он обманет, или его сородичи снова попытаются сделать нас лишь своим сырьевым придатком, я снова закрою наш мир, теперь уже навсегда! Отдам для этого всю силу до капли, но мы будем сами себе хозяевами.
Опалы и Ониксы предложили свой опыт и силу для будущей войны. Я прикинула, как лучше: плыть такой толпой или всё же быть мобильным, небольшим отрядом. Спросила совета у Ланнара и Эми. Оба уверенно сказали, что мы должны быть готовы к такой волне нежити, равной которой не было.
— Нурлак знает, что нам нужен дракон. Если мы не сможем его достать — всему конец! Сколько мы сможем сопротивляться? Первым падёт Матросс, за ним и Долина долго не продержится — твари пророют горы, Нурлак сломает защиту и расправиться с нами.
— У нас-с немного воинов, новые даархиты не рождались уже больше века, а старых и опытных убили в первую очередь, ведь именно они вышли на защиту Города. Но и тех, что ес-сть хватит чтобы защитить нас-с. Только если там будут Кукловоды…
Эмиасс заверил, что с этой минуты
— Итак, подведём итоги! — сказала я и села на трон, — В Долине Стамады сейчас собраны последние уцелевшие донну, демоны, люди, вороны и саашту. Завтра мы с младшими будем вливать тьму по максимуму в защиту. Эмиасс будет работать над амулетами, Ониксы и Опалы выберут оружие, Янтари… да, Янтари тоже могут помочь! Я пойду найду Асуната и стрясу с него сиамари. Этот жук наверняка утащил именно их из своей сокровищницы! Вы должны впаять их в оружие, доспехи — нам их сила тоже не будет лишней, — двое медово-янтарных демонов, старший брат и младший кивнули и выразили желание лично поучаствовать в выколачивании. Я довольно рассмеялась, — Сама справлюсь… И может мне дадут больше, чем вам.
— Так вы всё же примете его предложение? — взволнованно спросил Али. Сверкнули серебристые крылья, укрыв нас с моим сладким Изумрудом. Долгий, нежный, местами жадный, нетерпеливый поцелуй. Убью любого за вас…
— Я всё вам скажу сегодня, после того, как найду рыжего и поговорю с ним, — кивнула огненным, — Если вы желаете, лэй Саннар, то можете поплыть с нами. Хотя я бы хотела, чтобы вы с высоты своего опыта Магистра боевой магии проконтролировали бы здесь оборону если что.
Сильный, гордый, огроменный демон с багровыми рогами и такими же крыльями. Ланнар помоложе, его крылья ещё светлые, ещё полные огня, но скоро и он будет таким же опытным военачальником. Вон он уже занялся командованием: даёт инструкции Ониксам, Опалам, шпионам нашим. Судя по огненным всполохам в глазах, ещё не теряет надежды на наше примирение. Ну я не против в принципе, но не сейчас, когда всё так запуталось.
— Тогда я повинуюсь и остаюсь! — решил наш Магистр. Дочь облегчённо обвисла на его рукаве, супруга Саннара громко выдохнула и с благодарностью посмотрела на меня. Приятно, что теперь у меня есть такая поддержка! А может и подруга… По крайней мере младшая Рубин робко улыбалась мне, намереваясь стать ближе простой подданной. Улыбнулась в ответ, ободряюще сказала: " Всё будет хорошо!", имея в виду и драконов, и её положение, и брата.
— Мора… — позвал меня элементаль. Выжидающе выгнула бровь, стоя уже на пороге. Надо же поискать донну, а то вдруг он уже в постели… не один. Выковыривай его, делай показной скандал, демонстрируй ревность, обвиняй… сообщи о разрыве.
— Да, лэй Мунон?
— Я хотел бы принести извинения за свои эмоциональные слова на Острове Дракона…
— Не стоит, — голубые очи стали такими печальными, такими тёмными, что я поспешила исправить дело, — Я не злюсь больше. Просто впредь дважды подумайте, стоит ли оправдывать свои собственные порывы отговоркой заботы о друге. Да, вы переживали о нём, но было ещё кое-что, верно? — голубая бабочка затрепетала крылышками. Мягкие волосы принца ласкали пальцы, его алые уста призывно раскрылись, а глаза — наоборот закрылись в истоме. Не стала его разочаровывать и накрыла мягкие, сладкие губы своими. Прелесть какая! Сорхит, уже не сдерживаясь, не стыдясь и не думая о последствиях, зарылся в мои волосы руками, прижал к себе так тесно, что я отчётливо ощутила его реакцию на себя. Его тихий, отчаянный стон завёл меня безумно! Ты имеешь все шансы на мою благосклонность, милый, но следующего предательства я не прощу!