Чтение онлайн

Ариосто принялся раскапывать могилу, и Габриэль велел ему не есть тела. Раньше этого никогда не случалось, но грифон ел любое мясо. Габриэль постарался не удивляться.

Что это? – спросил Ариосто.

Габриэль посмотрел на двухдневный труп рогатой твари.

Если тебе можно его резать, почему мне нельзя его есть? – поинтересовался Ариосто.

Тут у Габриэля нашелся ответ.

Не ешь, пожалуйста. От него исходит темная сила.

Гадость, –

решил Ариосто.

Им пришлось уйти довольно далеко, чтобы найти место для взлета, из-за густого подлеска и деревьев. По земле грифон ковылял довольно забавно, и Габриэль все время отворачивался, скрывая улыбку, когда лев пытался объясниться с орлом. Бежать было проще. Ходить грифон не очень умел.

Но так Габриэль понял весь ход боя и нашел могилу Фитцалана. И герметический след брата – зыбкий, но вполне ощутимый.

Потом они полетели. Габриэль не успел даже замерзнуть – они быстро увидели тонкую струйку дыма и оказались над лагерем. Грифон осторожно начал спускаться, кружась, и внизу заволновались. Габриэль красным дымом написал свое имя на небе и сел на маленьком лугу в ста шагах к югу.

Он спешивался, когда увидел Анеаса, отчаянно махавшего руками. Габриэль заметил, что сел в черничник. Лужок зарос кустами, усыпанными плодами. У Ариосто немедленно посинели лапы. Хищник жадно принялся за ягоды, хотя Габриэль не успел даже слезть.

– Габриэль! – кричал Анеас.

Он махнул брату рукой, отвязывая мешки с провизией.

– Габриэль! – заорал Анеас еще громче.

Габриэль обрадовался, подумав, что Анеас довольно бодр. Если слухи были верны, то Фитцалана с его младшим братом связывали очень близкие отношения, и…

Справа что-то шевельнулось.

Скатившись с высокого седла, он обернулся. Ариосто вместе с ним.

Анеас подбежал уже совсем близко.

Черный медведь ростом по плечо Габриэлю был весьма недоволен тем, что его трапезу прервали.

– Мы чуть на него не сели, – сказал Габриэль.

Это едят?

Нет, Ариосто, не трогай медведя. Через два часа будет овца.

Ладно. Он все равно довольно сильный.

Два опаснейших человека и огромное чудовище осторожно отступали от медведя. Тот заворчал и снова принялся за ягоды.

– Ты принес вина? – спросила иркская женщина.

Габриэль налил ей лучшего этрусского, которое нашлось в гостинице.

– Я так и подумал, что оно уже кончилось.

– Мука и масло тоже, – заметил Анеас.

– Какие богатства, – сказал ирк по имени Льюин. – Масло! Лучшее изобретение людей!

Анеас устроился поудобнее и налил себе вина.

– Хорошо, что ты здесь, брат. Мы встали лагерем, чтобы искупаться и принять непростое решение.

Тут показался гибкий юноша, излучающий герметическую силу. Габриэль посмотрел на него и вдруг засомневался – может, это девушка? Но сила у нее была несомненно.

– Меня зовут Смотрит на Облака.

А тебя?

– Габриэль Мурьен. Брат этого юнца. – Габриэль показал на Анеаса.

Анеас скривил губы, что понравилось Габриэлю гораздо больше его обычной пассивности.

– А! Ты Красный Герцог?

Габриэль кивнул.

– Хорошо, – решила Смотрит на Облака.

– Вчера, примерно в это же время, – начал рассказывать Анеас, – Орли снова разделил свои силы. Он бежит на север, а часть его людей – на восток.

Габриэль пожалел, что у него нет трубки. Он встал и поклонился огромному пришедшему из-за Стены.

– Я Габриэль Мурьен.

– Мы тебя знаем, Красный Рыцарь, – улыбнулся вождь. – Меня зовут Большая Сосна.

Второй пришедший из-за Стены оказался тем самым Яннисом Туркосом, которого хвалила королева. Габриэль не отличил бы его от Большой Сосны: глаза совершенно одинаковые, а одет капитан в набедренную повязку, штаны и тряпку, которая раньше была льняной коттой. Габриэль помнил, что при Гилсоновой дыре Туркос проявил доблесть.

Красный Рыцарь давно понял, что быть командиром – зачастую значит узнавать чужие мнения и выбирать из них самое разумное, и теперь слушал аргументы. Коротко говоря, Большая Сосна и Туркос хотели идти в сторону дома. Преследуя восточную партию, они бы оказались ближе к цели.

Когда все высказались, уже стемнело. Габриэлю пора было уходить. Водопад к востоку показался ему невероятно соблазнительным: выкупаться, поспать, ни о чем не думая…

– Мне нужно идти, – объявил он. – В гостинице в Дормлинге зажгли костер совета. Ты должен быть там, – сказал он Большой Сосне. – И капитан Туркос тоже. Сможет ли Анеас вас отпустить?

Анеас показал, что снимает с себя всякую ответственность.

– Тикондага снова в наших руках, – сообщил ему Габриэль. – И те, кто ушел на восток, этого не изменят. И я бы спал спокойнее, если бы Орли лежал в земле.

– Но вы двигаетесь дальше, – мрачно выпалил Анеас. – Это уже не главная наша цель.

– Вообще-то я ничего такого не говорил.

– Ты будешь императором? – спросил вдруг Туркос. – Тебя объявили им.

– Дважды.

Тессен рассмеялась, де ла Мот поднял чашку.

– Господи, я же пью с императором.

– Так вот почему вино такое хорошее, – решила Тессен.

– Я ведь не знаю ответа, – сказал Габриэль на архаике имперскому офицеру. – Я не хочу жениться на Ирине.

Возможно, Туркоса удивила такая откровенность, но он привык к пришедшим из-за Стены.

– Ну и не женись. Тебя возвысила армия. Это почетная традиция. А Ирина пыталась убить своего отца, как я слышал. И не думаю, что армия ее поддержит.

– А ты?

Анеас следил за ними, как ястреб.

Туркос поболтал вино в стакане.

– Прошлой зимой, когда ты спас меня и всю меховую торговлю, ты показал, что умеешь быть императором гораздо лучше самого императора. Я любил отца Ирины как человека. Но как правитель он ничего не стоил.

– Мне никто не поверит, что я вас слышал, – тихо сказал де ла Мот.